Эти слова Николас слышал не в первый раз. Они воплощали в себе принципы, в которые его учили верить и по которым учили жить. Он слышал их много раз в юности, но в какой-то момент вдруг почувствовал, что недостоин счастья.
– Я не забыл.
– Хорошо, что не забыл. Джейн это заслужила.
Николас ничего не сказал. Мать вернулась к нему.
– Что ж, раз тебе абсолютно нечего здесь делать, может, ты захочешь взглянуть на величайшее сокровище Вудфилд-Хауса? – в ответ на его кривую улыбку она покачала головой и похлопала его по руке. – Нет, ты и сам в состоянии найти дорогу в спальню Джейн, мой милый. Я говорю о ее рабочем кабинете. Студии, где она пишет.
– Ваши обширные познания и мудрость продолжают меня удивлять, миледи.
Он предложил ей руку.
Глава 22
– Сегодня я разговаривал с Финном, Эган, – сообщил Ламам, пока они ждали прибытия остальных. – Он сказал, что утром на фермы арендаторов Джона Стака и Дэниса Кейхилла нагрянули драгуны. После обеда они побывали в Килкорни, наведывались к Коннеллу, Джоку Дайнину и Неду Райану. Спрашивали о тебе.
– Они не скажут ничего другого, кроме того, что всегда говорили, если, конечно, им не посулят райские кущи, – сказала Джейн, чтобы успокоить друга.
Названные Лайамом фермеры скорее отрубят себе правую руку, чем выдадут ее. Упомянутые люди и их семьи хорошо знали, кто такая Эган. Все они помогали «Белым мстителям» и в случае необходимости предоставляли кров людям, согнанным со своих обжитых мест.
– Финн думает, что это только начало, – произнес Л айам. – И я с ним согласен. Лайам даже заставил нас вчера ночью перевезти слепую женщину, Бриджет, в Чарльвилл, потому что ты разговаривала с ней. Сегодня утром драгуны искали ее. Перевернули весь Баттевант.
– Мы с тобой слишком давно занимаемся борьбой, чтобы поддаваться панике, – сказала Эган. – Они не первый раз обыскивают из-за нас округу.
Лайам покачал головой:
– Но раньше они охотились за всеми, а теперь, похоже, только за тобой.
– Что говорит Финн?
– Он считает, что какое-то время ты должна оставаться в тени. Тогда поиски и расспросы прекратятся.
– А кто поедет в Килдэр?
– Финн полагает, что вместо тебя следует послать кого-нибудь другого.
Так и быть, решила Эган, она не поедет на съезд. Учитывая то, как обстоят дела на сегодняшний день, – особенно после вчерашнего, – она опасалась, что ее будут отвлекать чувства, испытываемые к Николасу.
– Итак, кто, на твой взгляд, мог бы заменить тебя на съезде? – повторил Лайам свой вопрос.
– Патрик, – ответила Эган.
При виде пустого стойла надежды сэра Томаса лопнули, как мыльный пузырь.
Весь вечер он был уверен, что Джейн с баронетом, поскольку оба исчезли. Наверняка уединились где-нибудь в укромном уголке.
Спенсер по уши влюблен в Джейн, к чести этого гуляки. Если этому прохвосту, черт возьми, хватило мужества не отшатнуться от нее даже после того, как он узнал о ее скандальном прошлом, тогда зачем становиться у них на пути? Несмотря на репутацию распутника, баронет показался ему человеком чести – по тому, как вел себя с Джейн. Во всем этом сэр Томас усматривал предпосылки для союза по любви, если таковой существует в мире жестокосердия и алчности. Но он видел, что Спенсер слеплен из другого теста.
Сэр Томас снова обвел глазами стойло.
Чтоб ей пусто было, проклятой девчонке, обязательно должна все испортить!
Вылетев из конюшни, сэр Томас размашистым шагом поспешил в дом. Главарей этих чертовых «Белых мстителей» нужно переловить и отправить на виселицу. Если посеять в рядах отребья страх, даст Бог, и Джейн образумится, имея надежду на будущее со Спенсером.
Слишком долго он ждал результатов от Масгрейва. Придется самому вмешаться и показать денди, как старый пес идет по следу.
Дрожащий свет дюжины свечей вызвал к жизни образы на полотнах. Отступив назад, Николас удивленно разглядывал картины.
Александра привела его в студию и ушла, не проронив ни слова, предоставив сыну самому заглянуть в приоткрытое окно образа мыслей Джейн. Самостоятельно постичь глубину яркого таланта молодой женщины. Прочувствовать жизнь, породившую подобные работы.
Он сосредоточенно изучал ее картины, как кладоискатель, нашедший спрятанные сокровища самого Креза. Переходя от полотна к полотну, он испытывал такой водоворот эмоций, что вынужден был время от времени просто садиться и смотреть.
Он был тронут, потрясен; Его глаза увидели борьбу, горе, которые играли столь важную роль в ее жизни.
Но наиболее волнующим открытием стала сила любви Джейн к Конору. Отказаться от всего, целиком посвятить себя делу, которое не впитала с молоком матери, – все это свидетельствовало об огромной преданности Джейн этому человеку. Сможет ли она полюбить другого, сможет ли Николас занять его место?
Но, черт возьми, подумал он, взятие Квебека тоже было делом нелегким.
Николас подошел к ее рабочему столу и открыл кожаную папку с набросками. Сверху лежал выполненный углем рисунок, запечатлевший его самого. Сделанный наспех эскиз тем не менее поражал силой и емкостью. Николас на нем смотрел на кого-то, кого удерживал под собой.
Она отразила первый день их встречи. Ей удалось поймать смесь удивления и запала на его лице. Остальные детали рисунка ввели Николаса в заблуждение, пока он не сообразил, что они были плодом ее воображения. На рисунке он был одет в свободную, летящую рубашку. Распахнутая впереди, она демонстрировала мускулатуру его груди. Растрепанные волосы обрамляли лицо. Его рука выходила за пределы рисунка в направлении художника.
Он смотрел на эротическое воспроизведение того, что было, или того, что могло произойти. Влечение к нему она ощутила с первой минуты.
Скрип двери внизу, ведущей на лестницу, вернул Николаса к действительности. Он перевел взгляд в сторону ступеней и увидел Джейн.
– Значит, ты все же нашел это место, – прошептала она.
Не видя ее лица, скрытого тенью, он не мог сразу определить, рассердилась она или обрадовалась, увидев его.
Джейн вошла и заперла за собой дверь на щеколду. Наблюдая, как она поднимается по ступенькам, он испытал прилив желания. На ней были черные брюки и рубашка. Белую толстовку она не надела за ненадобностью. В его воображении ожил образ с рисунка.
– Из конюшен я возвращался по садовой тропинке, однако не нашел тебя и решил, что ты пошла спать.
Джейн перевела взгляд с его отброшенных в сторону куртки и галстука на руки, видневшиеся из-за закатанных рукавов.
– Мы сегодня вечером почти не были вместе. – Он протянул ей ладонь, и она приняла ее. Помог подняться на верхнюю ступеньку и привлек к себе. – Должен предупредить тебя, что ты разожгла во мне неутолимый голод после того, что я сегодня отведал.
