Джей и рассмеялась и легонько стукнула его кулаком в грудь.
– Но сейчас ты, надеюсь, не собираешься воспользоваться бедной художницей?
– Очень даже собираюсь. – Он подтянул ее ноги, согнув в коленях, чтобы она села на него верхом, и, приподняв, снова опустил, погружаясь в самые глубины. – Я намерен заниматься с тобой любовью много раз и разными способами, пока ты не запросишь пощады. Тогда я поставлю тебе определенные условия, и ты вынуждена будешь их принять.
– Что же это за условия? – спросила она, задыхаясь и вращая бедрами.
– Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж, Джейн.
Небо на востоке слегка посветлело, когда Джейн, бросив последний задумчивый взгляд на свою студию, направилась к ведущим вниз ступенькам. Николаса она отослала прочь около часа назад, пообещав прежде, что обязательно появится внизу часа через два.
Но чтобы привести в порядок ее рабочую комнату, понадобилось гораздо больше времени.
«Выходи за меня замуж, Джейн. Выходи за меня замуж, Джейн».
Его слова, как литургические песнопения, продолжали звучать в ее голове. Их тепло согревало сердце и душу. Она не смела мечтать о том, чтобы провести с ним всю оставшуюся жизнь.
Она не сомневалась, что любит Николаса. В его объятиях она провела самые страстные и незабываемые моменты своей жизни. Она думала, что это все, на что может рассчитывать. Мгновение и воспоминания.
Но выйти за него замуж…
Джейн открыла дверь спальни и вошла в полутемное помещение.
– С поздним возвращением. Или мне следует сказать: с ранним возвращением?
Джейн с испугом обернулась и увидела на своей постели Клару. Сестра сидела, прислонившись спиной к изголовью кровати. Ее лицо скрывала тень. Ноги в домашних туфлях были вытянуты на нетронутом покрывале.
– Правильнее сказать «с ранним», – радостно ответила Джейн, испытывая желание броситься к сестре и обнять ее, но она поборола это желание. Неизвестно, зачем сестра явилась. – Доброе утро, Клара. Что привело тебя в столь ранний час?
Не дожидаясь ответа сестры, она приготовила нижнюю одежду и платье. Вода в тазике была холодной, но Джейн смочила в ней полотенце и стала раздеваться.
– Я не ложилась.
– Ты плохо себя чувствуешь? – спросила Джейн через плечо, радуясь царившему в комнате сумраку.
Только сейчас ей пришло в голову, что на ее светлой коже могли остаться следы ласк Николаса.
– Не очень хорошо.
– Тогда почему ты здесь? Тебе следовало лечь в постель. Пойду попрошу Фей принести…
– Фей ничего не может принести, что способно улучшить мое самочувствие.
Клара свесила с кровати ноги.
В голосе сестры Джейн уловила нотки печали и раздражения.
– В чем дело? – мягко спросила она, направляясь к Кларе.
– Дело в тебе.
Джейн резко остановилась.
– Во мне?..
– Да… в тебе и твоем легкомыслии. – Клара встала. – В твоем неуважении ко всем членам нашей семьи.
Атака сестры заставила Джейн ощетиниться:
– В чем сэр Томас обвиняет меня на этот раз?
– Отец тут ни при чем. – Клара вышла из тени. Следы слез и опухшие веки привели Джейн в оцепенение. – И мать тоже. Речь идет обо мне, Джейн… твоей сестре, о которой ты якобы заботишься.
Джейн открыла рот, чтобы задать еще ряд вопросов, но не смогла из-за приступа тошноты.
– Что ты имеешь против меня? – В шаге от сестры Клара остановилась. По ее щекам снова потекли слезы. – Почему не хочешь видеть меня счастливой?
– Я… я… я не…
– Из ревности, сознайся? – вновь набросилась на нее Клара, прежде чем Джейн нашлась с ответом. – Ты умудрилась испортить собственную жизнь. Теперь не можешь смириться с фактом, что у меня есть шанс избавиться от позора, на который ты обрекла нашу семью. Ты завидуешь моей возможности стать счастливой.
– Неправда.
– Ты лжешь! – выкрикнула Клара. – Тогда зачем ты уводишь его от меня? Сэр Николас приехал в Ирландию ради меня! Ему нужна я! Но ты не можешь удержаться от желания сделать мне больно. Ты должна отнять счастье, предназначенное мне.
– Ты сама его оттолкнула. – Джейн вновь обрела голос, и оправдания выплеснулись наружу. – Ты… ты заставила меня поехать с тобой… и подтолкнула его ко мне.
– Следовательно, ты считаешь, что правильно поступила, воспользовавшись моей робостью? Ты не могла оставить его в покое… или дать мне время… прийти в себя. Привыкнуть к нему. Считаешь, что правильно было с твоей стороны увозить его вчера в Балликлоу… и позавчера тоже? Не вздумай отрицать это, Джейн. Я не дура. Я знаю, что и в тот день он был с тобой.
О прошлой ночи Клара не знает, подумала Джейн. Младшая сестра не могла знать, что вместе с Николасом они всю ночь занимались любовью всего двумя этажами выше того места, где теперь находились.
– Чего ты хочешь добиться этим, Джейн? – вскипела младшая сестра. – Думаешь, ты такая хорошая, что можешь стать его женой? Неужели из-за своего эгоизма ты способна опозорить честь еще одной семьи? Как насчет «Белых мстителей»? Как собираешься удержать его, если будешь до рассвета скакать по полям, как сегодня, в компании бандитов, мародеров и предателей?
На глаза Джейн навернулись слезы. Она тяжело опустилась на край стула.
– Но он не сделал тебе предложения. Я… мне сказали, что он… не просил… твоей…
– Пока не попросил! – выпалила Клара. – Но если бы ему дали время, попросил бы… попросит, если ты оставишь его в покое.
По щекам Джейн заструились слезы. Она отвернула лицо и почувствовала, как на ее колено легла ладонь Клары, когда сестра опустилась рядом с ней на корточки.
– Я никогда ни о чем тебя не просила, Джейн, но прошу сейчас. Пожалуйста, не лишай меня этого шанса. – Ее голос прошелестел тихим шепотом. – Если ты когда-нибудь любила меня как сестру, если хоть немного заботишься обо мне, пожалуйста, дай мне шанс завоевать его расположение. – Клара сжала руку Джейн. – Мне нужен этот шанс. Мне нужен он, чтобы увез меня отсюда, из этого Богом забытого края. Обещаю сделать его счастливым, Джейн.
Джейн повернулась к сестре и сквозь пелену слез посмотрела ей в глаза.
– Я не могу приказать ему, на ком жениться или кого любить. Он не из числа таких мужчин.
– Тогда уезжай, Джейн. Оставь Вудфилд-Хаус, поживи у кого-нибудь из своих многочисленных друзей. У тебя их тут пруд пруди. Дай мне убедить его. – Клара стиснула руку сестры. – Пожалуйста, Джейн.
Глава 23
Двери кабинета были закрыты и заперты на замок. По приказу сэра Томаса о прибытии их гостя не было объявлено ни хозяйке дома, ни кому бы то ни было. Встреча носила сугубо Конфиденциальный характер.
Записка, доставленная сэру Роберту Масгрейву незадолго до рассвета, объясняла его искренний интерес и желание сказать помощь в аресте главарей местной фракции мятежников. Вдобавок бывший магистрат намекнул, что ради достижения успеха готов поделиться методами и даже информаторами.
