и вовсе вырубился, едва они попали в палату медицинского учреждения. В принципе, это было вполне логично — они прилетели на вакцинацию, плюс медицинский осмотр сразу после ужина, в рамках подготовки к инъекции и заодно ограничить их доступ к объектам инфраструктуры. Без генерала Пая полковник вообще не обладает никакими правами — он гость и не более. Полчаса назад к ним в палату зашли две женщины в военной форме — генерал-майор и подполковник в сопровождении «рыжей ведьмочки». Последняя участливо поинтересовалась самочувствием и после положительного ответа китайцев предложила проследовать за руководством медицинского учреждения для проведения прививки. Увидев в шприце обычную кровь, лейтенант-китаец побледнел и взглянул на полковника. Тот сказал, что так и должно быть, и только тогда молодой китаец протянул свою руку. Вся процедура заняла не более пяти минут — полковник был удивлён и польщён, что инъекции им сделало такое высокопоставленное медицинское руководство. Дальше их обоих предупредили о симптомах после прививки и попросили оповестить подчинённых, чем сразу занялся адъютант.
Он столкнулся в дверях с Жанной, мгновенно остановился и галантно пропустил её войти. Девушка кивнула в знак благодарности и подошла к присевшему на стул полковнику.
— Господин полковник, рано утром ваше сообщение пилотной группе доставлено. Сегодня в 11–00 по местному времени они вылетели обратно. Вторую группу ваших соотечественников ждут завтра, примерно в то же время, что и вашу. Вам просили передать, что через пятнадцать минут у вас будет радиоокно для связи с вашим руководством.
— Благодарю, — Ху Жень резко встал со стула. — Я готов идти.
Около Радиоцентра, по сравнению с прошлым вечером, было непривычно много народа. В вестибюле на первом этаже Жанна и Ху Жень остановились у стола охраны, и пока девушка объясняла кто этот китаец и по какому вопросу пришёл, полковник в коридоре заметил класс с открытой дверью. Оттуда был слышен молодой девичий голос, старательно что-то диктовавший. Её временами перебивали другие молодые голоса.
Соловьёва заметила любопытные взгляды китайца, но не подала виду. Поднявшись на второй этаж они снова встретились с тем же молодым человеком, теперь уже одетым в полевую форму. За вечер, проведённый у себя в палате, Ху Жень напряг память, вспоминая курсы повышения квалификации ещё до Чумы, и выудил из её глубин классификацию званий российских военнослужащих. Этот мальчишка был чуть моложе «рыжей ведьмочки», но носил погоны шанвэя[31]. Он приветливо поздоровался с полковником и пригласил его в одну из комнат. «Тигр» ответил со второго вызова, да и уровень сигнала был несоизмерим со вчерашним — намного громче.
— «Тигр» «Джу-4». Как прошла вакцинация?
— В пределах нормы — ничего нестандартного. Вас ожидают завтра утром, примерно в то же время. Есть ли связь с самолётами?
— Группа самолётов видна на радаре. Через час первый сеанс связи. Есть дополнительная информация?
— Достаточно. Подробности только при встрече.
— Почему?
— У русских есть переводчик с «мандарина». Она находится рядом со мной.
— Вас понял. Конец связи.
Пока Жанна провожала китайца в больницу, Вовка успел переговорить с подполковником Мухиным. Вчера вечером в Астрахань, измученные долгим и трудным переходом, пришли люди из Усть-Каменогорска. Вместе с людьми из КФ, Мухин начал разворачивать по минимуму анклав на новом месте. Подполковник уведомлял руководство, что при вчерашнем разговоре с просьбой прислать из Саратов бригаду специалистов по электрике и сантехнике — люди захотели осесть в предместье Астрахани и нужно было помочь запустить водоснабжение и электричество от дизель-генераторов, привезенных с собой, неожиданно откликнулась Элиста. Те попали на разговор в эфире, а сегодня с утра пришла небольшая колонна из Калмыкии. Заодно передали записку от руководства — очень просятся в РСА и готовы к полномасштабным переговорам. Будут слушать частоты 3730 и 3760 КГц по вечерам.
* * *
— Ну, что будем делать с калмыками? — Олег Петрович испытывающе посмотрел на Мочалова и Пасечникова, держа в руках Вовкин отчёт о радиосеансе с Астраханью.
— Как что, нужно выходить на связь и забирать их к себе, — ответил ему Сергей. — Олег, ты пойми — как только Элиста и Астрахань станут под РСА, можно будет начинать операцию по зачистке оставшихся христолюбов, окопавшихся в Волгоградской области. Как только это произойдёт, мы получаем полностью чистый регион с возможностью иметь несколько застав на границе с Казахстаном.
— Я тут посмотрел на старую карту Астраханской области, — задумчиво проговорил Денис. — Есть мысль наших людей забрать из Ганюшкино и передислоцировать их в Камызяк и Кировский. Всё-таки логичнее остаться на бывшей территории России, а не дразнить казахов красной тряпкой, захватив часть их территории.
— Согласен, — кивнул ему Ермолаев. — Тогда ориентируем Мочалова-младшего на сеанс с новыми астраханцами и калмыками на завтрашний вечер. Нужно предметно поговорить на эту тему.
— На завтра не получится, — покачал головой Пасечников.
— Почему? — опешил Ермолаев.
— Потому что завтра прилетает китайский генерал, — усмехнулся Мочалов. — Я попробую вместе Денисом пообщаться с ними сегодня. Наверняка сын сможет организовать такой «круглый стол».
5 июля 2028 года. г. Тополиновск. Радиоцентр. Вечер
Вовка не подвёл. Сначала быстро связался с Астраханью, а потом и с Элистой — там оператор мониторил аварийные радиолюбительские частоты и мгновенно подошёл сначала сам, а потом и пригласил руководство. Дангаров Юсып Батырович оказался, как и сам Мочалов, гражданским лицом. Крепкий хозяйственник, охотник и рыбовод, он до Чумы обитал в селе Вознесеновка, что под Элистой, где имелось рыбоводческое хозяйство. Четыре тысячи человек персонала рыбоводческой фермы представляли собой сплочённый коллектив. Именно он стал костяком калмыцкого анклава и не дал скатиться к этническим конфликтам — там работали как русские, так и калмыки. Да, приходили депутаты, инициативные личности националистического толка и просто любители наживы — всех послал в пешее эротическое путешествие. Кого словами, когда просто пристрелили. Помимо гражданского населения прибилось примерно три взвода из 413-го отдельного моторизованного спецбатальона внутренних войск. С оружием и техникой. Постепенно, люди притёрлись между собой, распределили обязанности и начали не только добывать хлеб насущный, но и пытаться выйти на контакт с другими анклавами. Помог случай. Тоже мальчишка — сын умершего в Чуму радиолюбителя, но сам немного занимавшийся ранее под руководством отца, смог реанимировать технику и включился в активный поиск на разных частотах. Около полугода Дангаров наблюдал за развитием ситуации с РСА, пока не понял, что может банально не успеть к «разделу пирога». Пару месяцев назад ему сначала удалось выйти на
