что я сидел в кресле. Совесть, про которую я благополучно почти забыл в Улье, решила проснуться и теперь не давала мне покоя.
Возбуждённый усталый мозг терзали картины ста и одной смертей, какими может погибнуть в Улье подросток. По-хорошему, надо бы отвести её к знахарю и посмотреть, какой Дар она получит, и только потом отпускать в свободное плаванье.
Да ладно, хватит себя обманывать! Мне было девчонку очень жаль. За короткий промежуток времени она потеряла всех членов своей семьи, да ещё и произошло всё у неё на глазах. Как только она ещё в разуме осталась…
Но бросить ради неё свою напарницу, ставшую почти роднёй… Да что там? Ближе, чем многие из родных. Я не мог отказаться от поисков.
Ночь, перенасыщенная тяжёлыми мрачными мыслями и чувством вины, тянулась бесконечно долго. Как обычно бывает в таких ситуациях, рассвет наступил внезапно, и я был почти рад ему. Можно отодвинуть мысли и заняться текущими делами. Как только забрезжили первые лучи, разгоняя серую хмарь на востоке, я озаботился варкой кофе и завтраком. Девочка спала. Так даже лучше. Не будет душераздирающих сцен прощания. Оставлю ей все консервы, несколько споранов, запасной нож и рецепт живуна, а сам дальше двину.
Кто бы сомневался, что уйти спокойно мне не дадут!. Уже когда скрипнул металлической калиткой, за мной выскочила босая и растрёпанная девчушка. Рефлексы сработали быстрей усталого мозга, я развернулся и вкинул автомат. Палец лёг на спусковой крючок. Только после всех этих манипуляций до меня дошло, что преследует меня не хитрый заражённый, а проснувшаяся мелкая попаданка. Она поколебалась всего секунду, увидев направленный на неё АК-102, а потом догнала меня, обняла, уткнулась лицом куда-то в район солнечного сплетения и горько разрыдалась. Левая ладонь в тактической перчатке рефлекторно легла на гладкие иссиня-чёрные волосы подростка.
— Нельзя тебе со мной…
Голос прозвучал хрипло и не убедил даже меня самого. Поняв, что я отказываю ей, фактически бросаю одну, девочка разрыдалась ещё громче. Пришлось накинуть скрыт, иначе она так со всей округи заражённых соберёт.
— Я должен идти…
Ответом мне стал новый взрыв рыданий.
— Don’t leave me alone! — бросило она мне в ответ, подняв красное опухшее лицо.
— Ну всё, всё…
Короче, бросить мелкую я так и не осилил. Так и назвал — Мелкая. Но и поиски своей напарницы бросить не мог. Оправились вдвоём. Как мог, объяснил ей, куда иду, и чем это может ей грозить. Однако девочка не возражала. Как это ни странно, но то, что со мной была молчаливая Мелкая, даже облегчило мой путь. Было меньше времени грызть себя и тонуть в омуте мрачных мыслей.
Я нашёл неплохой гибридный паркетник, каким-то чудом оставшийся на ходу. В дальнейший путь отправились на нём. След прекрасно читался и из машины — отпечатки гусеничной тяжёлой техники довольно сложно потерять из виду. Несколько раз нам пришлось прятаться от заражённых. На помощь приходил мой Дар скрыта. Я глушил двигатель и набрасывал на нас хамелеон. Один раз удалось обмануть даже довольно крупную стаю заражённых, связываться с которой я без такой боевой единицы, как Кали, не рискнул.
Поначалу всё шло гладко. Ну-у, настолько, насколько только может быть гладко в Улье. А потом, ночью, нас разбудил кислый запах. Кластер пошёл на перезагрузку, и в низинах уже даже был виден собирающийся туман. Едва только продрав глаза, я, не задумываясь, ударил по педали газа, и на безопасную территорию мы выскочили буквально в последний момент.
Наутро из-за внеплановой перезагрузки я не смог снова встать на след. Но чувство долга не отпускало меня, и мы расширили кольцо поисков, сделав перезагрузившийся кластер центром спирали. Но это не принесло вообще никаких плодов, кроме того, что несколько раз я непреднамеренно подверг нас опасности.
По моим прикидкам, мы уже забрались довольно далеко на территорию, контролируемую внешниками и мурами лишь номинально. Они даже не потрудились обозначить здесь своё присутствие. Нужно было возвращаться.
Мы искали след уже около месяца, а то и больше. Сложно сказать точнее, я потерял счёт дням, а Мелкая изначально их не считала. Всё устройства, какие могли сесть — сели. Единственным профитом стало то, что я немного изучил английский язык, а Мелкая стала говорить по-русски. Но справедливости ради стоит заметить, что способности к языкам у девочки оказались куда более впечатляющими, чем у меня.
— Куда мы сейчас? — спросила она после того, как я завёл двигатель, и мы поехали назад.
— В Зимний. Это стаб такой. Большой. Много народу там живёт, — я посмотрел на сидевшую рядом Мелкую. — Попытаюсь для разнообразия пожить как нормальный человек. Если смогу…
— Ты смочь! — самоуверенная, но приятная улыбка поселилась на лице девочки.
— А тебе стоит, — решил я добавить ложку дёгтя в бочку мёда, — продолжить ходить в школу.
— Куда?
— You go to school, — пояснил я свою мысль. — Ножками. Топ-топ-топ…
— Я понимать, — кивнула Мелкая. — Не понимать, откуда тут школа.
Она обвела рукой пустынный тундровый пейзаж. Я не ответил, и разговор угас сам собой.
До порта мы добрались без приключений. Но с перезагрузкой кластера исчез и буксир, который я готовил к плаванью. Зато вместо него удалось найти вполне себе комфортную небольшую частную парусно-моторную яхту, которой тут раньше не было. Под парусом я ещё не ходил, но выглядела лодка надёжной, а для каботажного плаванья так и вовсе нормальной. Мы пошли вдоль берега. Путь по воде занял намного меньше времени, чем я ожидал. Яхта хорошо держала волну и тянула с приличной скоростью. Так что примету на берегу — маяк, — мы чуть было не проскочили мимо. Кораблик, послуживший нам верой и правдой, пришлось вытянуть на берег и оставить. А дальнейший путь до Зимнего мы проделали в составе каравана торговцев.
— Здесь мы будем жить? — испугано прижавшись ко мне, спросила Мелкая.
Да-да, я тоже был впечатлён, когда впервые увидел внешние стены стаба, более напоминавшие гидротехническое сооружение масштабом вроде плотины Ингурской ГЭС. Так что очень хорошо понимал состояние девчушки.
— Здесь, Мелкая, — кивнул я. — И хорошо будем жить. Вот увидишь.
Первое, что мы сделали внутри стаба — заселились в самую лучшую гостиницу во Внешнем кольце. Отмылись и, наконец, выспались всласть. Отъедаться я пригласил Мелкую в самый лучший ресторан второго кольца «Баренц». Естественно, что мы пошли не в поношенном рванье, а прикупив себе цивильной одежды. Мелкая, снявшая с себя, наконец, мешковатый худи и джинсы пузырями, оказалась очень стройной и ладно сложенной и стала больше похожа на девушку, чем на девочку.
Мы сидели за нашим столиком, когда вдруг кто-то неслышно подошел ко мне со спины и закрыл руками глаза. Поначалу я занервничал и дёрнулся, но потом расслабился. Это «Баренц», очень сомнительно,
