секунду понял, что сейчас произойдет. В глубине души он еще с момента их расставания в Дэчен Чолинг понимал, что совместное будущее – лишь призрачная надежда и что их отношения на расстоянии вряд ли выдержат проверку временем, но все равно получил глубокую душевную рану, когда Ребекка тихо призналась ему, что встречается кое с кем из университета.
Она сказала, что не хотела причинить ему боль и что ей очень жаль. Она пыталась дозвониться до него на прошлой неделе, но не смогла. Стивен объяснил, что в то время находился в голландской тюрьме, и, когда Ребекка в шоке ахнула и спросила почему, он ничего не ответил, проигнорировав вопрос, а потом, рассерженный и готовый расплакаться, бросил трубку. Он тут же пожалел об этом и попытался перезвонить. Ребекка не ответила. С той поры они больше не общались. Стивен почувствовал, как у него сжалось горло, и крепко зажмурился, чтобы сдержать подступающие слезы. Он вылетел из своей комнаты в холодную, сырую ночь, направляясь к одному из игровых полей, расположенных сразу за Виверн-Холлом. Там Стивен перешел на бег, принялся нарезать круги по футбольному полю. Позволив себе на бегу отдаться эмоциям, он давился сильными, неконтролируемыми рыданиями, пока по лицу текли горячие слезы и холодные капли дождя. Сделав двадцать кругов, Стивен пополз обратно в общежитие и заснул на своей односпальной кровати, измученный и подавленный.
Стивену трудно говорить о Ребекке. Он считает, что, если бы они не разъехались по разным странам, она единственная смогла бы отговорить его от совершения преступлений. Это не означает, что у нее гарантированно получилось бы – «вполне возможно, что я посвятил бы себя этому делу и ничто бы не сбило меня с пути», – но, скорее, она стала бы его последним шансом избавиться от навязчивой идеи и выбрать другую дорогу в жизни.
– Она – единственная, кто мог бы меня остановить.
Утратив надежду на отношения с Ребеккой, Стивен отдался выполнению своей миссии без остатка. Ему больше нечем было заняться и не для чего жить.
Стивен объясняет, что предпочел бы не сообщать никаких подробностей, которые помогли бы мне разыскать Ребекку и обратиться к ней за интервью. Он говорит, что не хочет каким-либо образом вторгаться в ее жизнь или влиять на нее, не желает рисковать и навлекать на нее неприятности, потому что, хоть и трудно сказать, в какой именно степени Стивен раскрыл Ребекке свои планы и действия, ее могут привлечь к ответственности за соучастие. Стивен также признает, что хотел бы сохранить душевное равновесие. Он не особенно горит желанием узнать, что она вышла замуж или родила детей, ведь это лишний раз заставит его ощутить боль потери. «Ребекка, – написал он мне в одном электронном письме, – была как луч света в очень холодной пещере на том этапе моей жизни, когда я начал терять надежду и направление».
Никто из обитателей Дэчен Чолинг не может вспомнить Ребекку. Ральф Уильямс, Лиза Стеклер, Маизза Вазер… Все они очень хорошо помнят Стивена, рядом с которым жили и работали неделями. Но никто из них не помнит, чтобы у него были отношения с высокой девушкой из Колорадо, которая любила играть в скрэббл и совершать долгие велосипедные прогулки и у которой был нежный, но заразительный смех. Вазер, пожилая немка, чья палатка находилась напротив палатки Стивена, сама страдает аутизмом и поэтому признает, что ее, вероятно, не стоит спрашивать о подобных вещах.
– Мне очень жаль, но я часто не замечаю романтические отношения между другими людьми. Я просто не разбираюсь в таких вещах. За всю жизнь я так и не научилась их видеть.
Уильямс в течение шести недель жил в одной палатке со Стивеном. Лежа под одной крышей, они вели свои долгие ночные беседы о глобальном неравенстве доходов. Но Уильямс уверяет, что они никогда не говорили о любви или отношениях.
– В то время он ни с кем не встречался, у него не было никаких романтических отношений, и у меня возникло ощущение, что я – его единственный друг там. Что мне он поверяет все свои мысли.
Уильямс покинул Дэчен Чолинг в конце июня или начале июля 2007 года, в то время как Стивен оставался там до начала сентября, все более одержимый такими людьми, как Карл Гугасян и Андре Стендер. Так что Ребекка, вполне возможно, прибыла после отъезда Уильямса, и его слова об отсутствии у Стивена личной жизни не означают, что у того не было возможности завязать отношения. По словам Стивена, тот факт, что Ребекка смогла разглядеть его душу за неказистой внешностью, и сделал ее такой особенной для него. В этом-то и был весь смысл.
Лиза Стеклер, словоохотливая, общительная руководительница отдела кадров в Дэчен Чолинг, уверяет, что у нее хорошая память на людей, но она все равно не может вспомнить Ребекку из Колорадо, соответствующую описанию Стивена. Она хмурит брови и прикладывает палец к щеке.
– Мне почему-то кажется, – и я надеюсь, что это не прозвучит гадко, – что… он ее выдумал?
Так же считает и детектив-инспектор Джим Фокс. Он говорит, что все рассказы Стивена о Ребекке – «чушь собачья». У него есть дневники, которые Стивен вел в Дэчен Чолинг, и после изъятия они все были изучены.
– Подружка во Франции в 2007 году? Не было такого, – резко отрицает он. – У меня есть дневниковые записи о каждом дне, проведенном Стивеном во Франции, и везде он пишет, что одинок, что его никто не любит и у него нет друзей. Что у него нет девушки. К теме одиночества в своих записях он возвращался постоянно. Уверен, Ребекка, или как ее зовут, существует и жила там в то время. Но Стивен точно не упоминал в дневниках ни о каких отношениях, ни о каком-то летнем романе или о чем-то подобном.
Стивен смеется, когда слышит это.
– Может быть, он считает, что я слишком уродлив, чтобы на меня обращали внимание девушки, – заявляет он, а потом добавляет, что детектив-инспектор Фокс просто ошибается. – Я действительно много раз писал о ней в дневниках. Это просто показывает, что он не обратил на это особого внимания.
Стивен полагает, что детектив Фокс подсознательно хотел найти доказательства сложившемуся у него мнению, что Стивен – нелюдимый одиночка.
– Существует такой феномен. Люди видят то, что хотят видеть. Он, вероятно, создал для себя мой образ, стереотип парня, полностью оторванного от общества.
Стивен уверяет, что среди тех материалов, которые он мне дал, есть полицейские фотокопии дневниковых записей с упоминанием Ребекки. Но их
