персонажа на другого? Оба волосаты, у одного в волосах, по преданию была сила, у другого ум. Один иудей боролся исключительно за счастье еврейского народа, круша ослиной челюстью черепа филимистянам, другой в рукоприкладстве замечен не был, по слухам, поколачивал только жену, зато мечтал устроить переворот в мировых масштабах. Лет через 50 никто не вспомнит разницы.
Думаю, что и городские больницы давно ждут своих названий. Это раньше почти каждая носила имя советского деятеля: Свердлова, Урицкого, Володарского. Правда, две последние я сам иногда путал, имени кого больничка: Моисея Марковича или Моисея Соломоновича. Деятелей из названий больниц убрали. Сейчас, например, бывшая больница Володарского именуется просто, безлико, больницей № 14. Однажды зашел разговор о том, что за годы работы всего раза два-три встречал человека, который пришел бы к тебе своими ногами и принес выписку из больницы № 14. Конечно, тут возможны варианты, но, скорее всего, там лечат так, что повторно обращаться к врачам нет необходимости. А справки с течением времени теряются. И хотя сейчас там городской центр спасения конечностей, на спасенных конечностях приходят редко. Помнится, работая там санитаром в приемном отделении, еще в институтские годы, сам по утрам этим и занимался, гоняя во дворе ворон. Вороны по утрам слетались во двор завтракать, когда из морга вывозили мусорный бак с отрезанными ногами, а специальная автомашина для перевозки опаздывала. Тоже спасал конечности. Ног в те годы там отрезалось много, отбрасывались они часто и энергично, как в известном танце канкан. Думаю, что сейчас конечностей ампутируют не меньше, только уже спасенных.
Приживаются ли новые названия больниц в честь святых? Да совсем нет. Елизаветинскую больницу, как в народе называли третьей истребительной, так и продолжают, не задумываясь над вопросом, в честь какой мученицы она была названа: в честь матери Иоанна Предтечи или в честь великой княгини? А больницу Святого Георгия по-прежнему порой называют больницей имени Карла Маркса. Однажды, у метро «Озерки» бабушка обратилась ко мне с вопросом:
– Милай, а где мне тут найти больницу святого Карла Маркса?
Долго в прессе попадались новости о переносе 31-й городской больницы с Крестовского острова. Народные протесты, заголовки в либеральной прессе: «Онкобольных детей подвинут ради судей. Городская клиническая больница № 31 может прекратить свое существование в нынешнем виде. В комитете по здравоохранению прошло совещание о возможном переводе персонала и оборудования стационара в другие медицинские учреждения Петербурга. В распоряжении «Фонтанки» оказался документ, говорящий о том, что освобождение территории Крестовского острова проводится под нужды переезжающих в Петербург судей Высшего арбитражного и Верховного суда – для их медицинского обеспечения. Фонтанка.ру».
Место, конечно, слишком хорошее, чтоб использовать его так бездарно. Если Верховному суду нужна больница, лучшего места не найти. Переведут и не спросят. Или одномоментно, приказом сверху, а нет, так прикроют финансирование, сама развалится, поскольку высокотехнологичное лечение требует больших денег. Посчитают и решат, что детей с онкологией дешевле лечить за границей, естественно, за счет родителей или благотворительных фондов. Или оставят все как есть, а для судей найдут другой стационар. Одна только загадка не давала покоя. Если подсчитать, на сколько коек рассчитана больница, на 430, а в России в среднем полагается 100–110 больничных коек на 10000 душ. Эти цифры я знаю, приходилось писать отчеты. В селах поменьше, местами до 40. Вопрос, сколько имеется в Верховном суде членов? Получается, что тысяч 40–50? Сделаем поправку на их возраст и дряхлость, отнимем членов их семей, которые наверняка будут приписаны к этой же больнице, все равно цифры получаются какие-то фантастические, даже учитывая, что весь Верховный суд вместе с Арбитражным постоянно находится в стационаре на строгом постельном режиме.
Так что даже такую простую арифметическую задачку я решить не смог, поэтому – тема мне не интересна. Интересно стало другое. А как назовут новую фабрику здоровья? Сейчас она называется «Центр передовых медицинских технологий». Что, собственно, правильно. Но для ведомственной больницы название категорически не подходит. Как можно передовые, неизведанные технологии применять в лечении таких социально значимых групп населения? Тут нужны традиционные методы, проверенные. Вернуть ей историческое название, имени Яшки Свердлова? Ну как бы тоже не годится, мы открещиваемся от подобных личностей. И вот глянул я на свою коллекцию известных деятелей с медицинским образованием, и пришла мысль предложить назвать больницу в честь некоего товарища Винокурова А. Н. Он и врачом был, и одновременно юристом, и председательствовал в Верховном суде СССР в самые лихие годы, а если точнее, то с 24-го до 38-го. Не знаком вам такой деятель советской юстиции? Уверен, что не слышали его фамилии. Так оно и прекрасно. Не так одиозен, как иные известные юристы, типа Ульриха, Вышинского или своего предшественника – Крыленко. В БСЭ коротенькая статья в десяток строк. Фамилию Ульриха помнят многие, как одного из Сталинских палачей, а он был всего лишь подчиненным Винокурова. Да за одно то, что в те годы на таком посту 14 лет продержался, человек достоин памяти. Подписать приговоры десяткам первых лиц государства и уцелеть? Явно личность неординарная. А как отстранили, так не расстреляли, как положено, а в наркомздрав послали трудиться, на должности, соответствующей примерно должности главного санитарного врача. Классический пример универсального советского руководителя. Чем руководить безразлично, главное – руководить. Методы администрирования в различных сферах отличались мало. И ведь справлялся. Одного не выяснил: в энциклопедии написано, что умер Винокуров в Москве в 44-м году естественной смертью. По идее, для таких деятелей естественна смерть от пули. Хотя, может быть он помер и от старости.
И ни надо никаких референдумов, всенародных голосований. Поставьте мне задачу, и я наберу еще целый список деятелей, достойных своими именами украсить любую фабрику здоровья.
* * *
Сочиняю объяснительную записку. Жалоба заслуженного человека требует ответа. Возмущенный ветеран труда пишет президенту России: «Почему гинекологи не смогли мне выскоблить полость матки, а сказали, что маточный зев непроходим? Как непроходим? Я еще в 50-е годы легко делала себе аборты с помощью обычного градусника. Они даже и не пытались. Надо было позвать мужчину, он бы смог».
У президента не нашлось времени ответить лично. Жалоба вернулась из его канцелярии с требованием разобраться на месте. Досталось и мне. Пишет: «Положили меня на кресло, доктор сделал укол в вену и сказал: – Слезай, все закончилось. А я даже не успела заснуть». 20 минут наркоза бабка не помнит. По идее, заявление стоит расценить как благодарность, высший класс, человек не помнит наркоза. Так и напишу, хотя премию мне за это никто не даст.
Выборы
