– Что случилось, миссис Линден?
– Частичная материализация, – ответила она. – У существа отсутствовала нижняя часть лица. Кто-то мог бы испугаться. Думаю, что мы должны на этом остановиться. Энергия на очень низкой отметке.
Лампы загорелись вновь. Медиум лежал в кресле с белым, покрытым липким потом лицом. Его жена принялась хлопотать над бесчувственным телом. Она расстегнула воротник рубашки и брызнула водой из стеклянного стакана в лицо мистера Линдена. Гости разбрелись по небольшим группам и принялись обсуждать увиденное.
– Разве это не захватывающее зрелище?! – воскликнула мисс Бэдли. – Сегодня было по-настоящему увлекательно. Как жаль, что нам так и не удалось увидеть существо с наполовину сформированным лицом.
– Ни за что. Мне уже приходилось видеть нечто подобное, – произнес мистик. Сейчас все высокомерие с него как ветром сдуло. – Должен признаться, что это было слишком тяжелым зрелищем.
Мистер Аткинсон оказался в компании с исследователями парапсихологических явлений.
– Ну и что вы об этом думаете? – спросил он.
– Я видел более профессиональное представление в Маскелайн Холле, – ответил один.
– Перестань, Скотт, – возразил второй. – Ты не имеешь права так говорить. Мы же удостоверились, что мошенничество исключено.
– То же самое говорилось о сцене в Маскелайн Холле.
– Но в Маскелайн Холле собственная сцена. А здешняя Линдену не принадлежит. Возможность применения механизмов исключена.
– Pupulus vult decepi[7], – ответил скептик, пожав плечами. – Свое суждение я оставлю при себе.
Он зашагал к дверям с достоинством человека, которого не просто ввести в заблуждение, в то время как его более рациональный товарищ продолжал приводить аргументы.
– Вы слышали это? – спросил Аткинсон. – Существует особый класс исследователей, которые абсолютно неспособны воспринимать доказательства. Они используют мозг для того, чтобы найти обходные пути, когда перед ними лежит открытая дорога. Когда человеческая раса вступит в новое царство, этим так называемым интеллектуалам суждено плестись в хвосте.
– А вот и нет, – со смехом заявил Мэйли. – Движение замкнут епископы. Я уже вижу, как они, сбившись в кучу, бредут, путаясь в сутанах, и последними входят в царство истины.
– Перестаньте! – воскликнула Энид. – Это слишком жестоко. Они неплохие люди.
– Конечно, неплохие. Их проблема большей частью физиологическая. Это в основном пожилые люди с мозгами, пораженными склерозом, поэтому не способны воспринимать новые знания. Это не их вина, но факт остается фактом. Почему вы молчите, Мэлоун?
Мэлоун не ответил. Его не оставляли воспоминания о небольшой коренастой фигуре, которая так приветливо махнула рукой в ответ на его слова. С мыслью об этом образе он повернулся, покинул особняк и вышел на улицу.
Глава 6,
в которой читатель знакомится с привычками Печально Известного Преступника
Мы на время покинем небольшую компанию, члены которой впервые познакомились с малоизведанной, мало описанной, но невероятно важной областью человеческих знаний. От исследователей мы перейдем к исследуемым. Ступайте за мной, нам предстоит нанести визит мистеру Линдену. Мы пристально рассмотрим взлеты и падения, из которых состоит жизнь профессионального медиума.
Чтобы попасть к нему, пройдем по шумной Тотнэм-Корт-роуд, где разместились крупные мебельные магазины, и свернем на тихую, ведущую к Британскому музею улочку, сплошь застроенную однообразными унылыми домами.
Это Туллис-стрит, а дом под номером сорок – именно тот, который нам нужен. Он ничем не выделяется среди остальных, такой же серый и невыразительный. Поднимемся по ступеням к потемневшей от времени двери, откуда через окошечко робкий посетитель может увидеть лежащую на маленьком круглом столике огромную Библию в позолоченном переплете, которая вернет бедняге смелость.
Откроем воображаемым ключом запертую дверь и, миновав сумрачный холл, поднимемся по узкой лестнице. Хотя уже почти десять утра, знаменитый кудесник все еще находится в спальне. Не следует забывать, что вчера вечером он провел изнурительный сеанс. Ему потребуется немало времени для того, чтобы восстановить силы.
Когда мы бесцеремонно распахнули дверь в спальню, медиум сидел в постели, опершись о подушки. На его коленях стоял поднос с завтраком. Если бы сейчас его увидели люди, которые молились вместе с ним в спиритуалистических церквях или благоговейно внимали его откровениям во время сеансов, то, вероятно, не смогли бы сдержать улыбки. В тусклом утреннем свете лицо Линдена казалось болезненно бледным, а кудрявые волосы спутанной пирамидой нависали над высоким, говорящем об остром уме лбом. Распахнутый ворот ночной рубашки открывал массивную, бычью шею. Широкие плечи и грудь свидетельствовали о недюжинной силе. Линден с аппетитом поглощал завтрак, беседуя при этом со своей заботливой черноглазой женой, которая присела на край постели.
– Ты полагаешь, что все прошло хорошо, Мэри?
– Неплохо, Том. Но эти двое ученых… Они всюду совали нос, вынюхивали и выпытывали. Боюсь, в присутствии этих парней даже библейские чудеса оказались бы невозможными. Какая уж тут гармония, о которой говорится в священной книге.
– Конечно! – в сердцах воскликнул Линден. – Была ли довольна герцогиня?
– Да, полагаю, что она была невероятно довольна. Довольным казался и хирург Аткинсон. Среди гостей был новичок по фамилии Мэлоун. Он журналист. Лорд и леди Монтнуар получили доказательства, так же как сэр Джеймс Смит и мистер Мэйли.
– Я не доволен ясновидением, – сказал медиум. – Тупицы продолжают забивать мне голову своими выдумками: «Ах, это точно мой дядя Сэм!» После этого я не могу видеть ясно.
– Они думают, что помогают. Помощь заключается в том, что они сбивают тебя с толку и обманывают себя. Я знаю такую породу людей.
– Но дальше все пошло лучше. Рад, что некоторые материализации удались на славу. Однако это далось мне с таким трудом. Я измотан до предела.
– Они заставляют тебя выкладываться по полной, дорогой. Тебе следует отправиться в Маргейт, поправить здоровье{104}.
– Возможно, на Пасху удастся выкроить недельку. Было бы совсем неплохо. Я не имею ничего против ясновидения, но материализация слишком утомительна. Хотя я не настолько слаб, как Галлоуз. Поговаривают, что бедняга после сеансов долго лежит на полу и беззвучно, словно рыба, втягивает воздух.
– Да! – горько воскликнула миссис Линден. – А затем его отпаивают виски. Он уже не может обходиться без алкоголя. Постарайся не превратиться в еще одного пьяницу-медиума. Я знакома с такими. Не становись одним из них, Том.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
