– Она носит золотой медальон со смарагдовым крестом на груди.
Мужчина остановился, повернулся и с удивлением уставился на Линдена.
– Где вы это узнали?
– Я вижу ее сейчас перед собой.
– Вы удивили меня. Моя мама носила подобный медальон. Вы говорите, что видите ее?
– Уже нет. Она ушла.
– Как она выглядела? Что она делала?
– Это была ваша мать. Она плакала.
– Плакала! Моя мама! Почему, она ведь достойна быть на небесах более, чем кто-либо другой. На небесах не плачут.
– Не плачут на вымышленных небесах, а в реальности случается всякое. Мы заставляем их плакать. Она оставила послание.
– Я слушаю.
– Послание гласит: «О Джек, Джек, ты все больше удаляешься от меня».
Мужчина презрительно отмахнулся.
– Я был последним идиотом, когда записался на встречу и назвал свое имя. Вы воспользовались шансом, чтобы навести справки. Вам не удастся одурачить меня своими трюками. С меня достаточно, более чем достаточно!
Второй раз за это утро дверь громко хлопнула вслед за разгневанным посетителем.
– Ему не понравилось послание, которое я передал, – объяснил Линден жене. – К нему явилась умершая мать. Она волнуется за него. Если бы люди могли знать о потустороннем мире, это принесло бы им больше пользы, чем все обряды и церемонии.
– В том, что некоторые невежественны, нет твоей вины, – ответила миссис Линден. – Две женщины ожидают встречи. Они не записывались заранее, но, кажется, у них большие проблемы.
– У меня побаливает голова. Я еще не пришел в себя после вчерашнего сеанса. В этом мое сходство с Сайлесом. Моя ночная работа, как и его, дает о себе знать на следующее утро. Я приму этих женщин. Нельзя поворачиваться спиной к тем, кто нуждается, если можешь ему помочь.
Одетые в черное, сурового вида женщины вошли в кабинет. Одной из них было около пятидесяти. Другая казалась вполовину моложе.
– Я слышала, что ваш сеанс стоит гинею, – сказала старшая и положила деньги на стол.
– Гинея лишь с тех, кто может себе позволить подобную плату, – ответил Линден. – Обычно я довольствуюсь гораздо меньшими суммами.
– Конечно, я могу себе это позволить, – ответила женщина. – У меня возникли проблемы. Вероятно, вы поможете их разрешить.
– Помогу, если смогу. Я здесь именно для этого.
– Я потеряла мужа во время войны. Он погиб у Ипра{106}. Могу ли я войти с ним в контакт?
– Вы не несете на себе никакого отпечатка. Прошу прощения, но я не властен над подобными вещами. Имя Эдмунд вам о чем-то говорит? Это его имя?
– Нет.
– Тогда Альберт.
– Нет.
– Прошу прощения, но я несколько сбит с толку. Очевидно, все дело в перекрещивающихся вибрациях. Путаница обрывочных образов, словно шум при приеме радиограммы.
– Имя Педро вам поможет?
– Педро, Педро… Нет, я не вижу ничего. Педро был стариком?
– Нет, не стариком.
– Ничего не вижу.
– Помощь нужна моей девочке. Мне необходим совет. Муж, когда был жив, всегда знал, что делать. Дочь обручилась с молодым человеком, портным по профессии. Но меня гложут некоторые сомнения по поводу их брака. Я не знаю, как поступить.
– Подскажите, пожалуйста, – сказала девушка, не сводя с медиума тяжелого взгляда.
– Я бы подсказал, если бы знал, дорогая. Вы любите этого человека?
– Да, конечно, он неплохая партия для меня.
– Если ваши чувства сводятся лишь к этому, то следует воздержаться от брака. В этом случае замужество принесет вам одни разочарования.
– Вы видите, что ее ожидают разочарования?
– Я вижу немалую вероятность того, что она будет несчастной.
– Вы видите еще кого-нибудь с ней рядом?
– У каждого человека есть шанс встретить свою пару.
– Таким образом, и она встретит свою пару?
– Весьма вероятно, что и она не станет исключением.
– Хотелось бы знать, выйду ли я когда-нибудь замуж? – спросила девушка.
– Я не могу сказать больше, чем сказал.
– А деньги… будет ли она богата? Мы совсем растерялись, мистер Линден. Нам нужны деньги…
В этот момент беседа была прервана самым неожиданным образом. Дверь распахнулась, и в комнату ворвалась миссис Линден.
– Они полицейские, Том! Эти женщины из полиции! Меня предупреждали об их приходе. Наконец они явились. Убирайтесь, убирайтесь из этого дома! Вы никого не обманете своими лживыми слезами. О, как я могла? Почему сразу не вывела вас на чистую воду?
Женщины поднялись.
– Вы пришли слишком поздно, миссис Линден, – сказала старшая. – Я уже передала деньги.
– Возьмите их обратно. Деньги до сих пор на столе!
– Нет, мы успели заплатить и услышать рассказ о своей судьбе. Подтвердите мои слова, мистер Линден.
– Вы мошенницы. Вы говорите об обмане, хотя сами обманываете людей! Мой муж принял вас только из сострадания.
– Не имеет смысла оскорблять нас, – ответила женщина-полицейский. – Мы делаем свою работу, и не мы пишем законы. Пока правило прописано в Уставе, мы обязаны его выполнять. Нам предстоит доложить руководству о происшедшем.
Линден был поражен до глубины души. Но когда полицейские ушли, он взял себя в руки и принялся утешать плачущую жену.
– Секретарша из полицейского управления прислала предупреждение, – всхлипывая, произнесла миссис Линден. – О Том, это произошло уже во второй раз. Тебя может ждать тюремное заключение и каторжные работы.
– Не волнуйся, дорогая. До тех пор пока мы уверены, что делаем все по совести, Господь не оставит нас. Мы должны принимать удары судьбы с легким сердцем.
– Но как это произошло? Как ты мог позволить им проделать это? Где было твое чутье?
– Дело в том, – произнес Линден, пожав плечами, – что медиум схож с доктором, который лечит других людей, но не может разглядеть свою болезнь. Медиум абсолютно беспомощен, когда дело касается его самого. Это правило, которое не терпит исключений. Я должен был сразу догадаться. Мне приходилось нащупывать путь в полной темноте. Вдохновение полностью отсутствовало. Лишь глупое сочувствие и симпатия заставляли меня продолжать поиски, хотя я не чувствовал реальных вибраций. Дорогая Мэри, не стоит унывать. Возможно, они получили недостаточно информации, чтобы открыть дело. Может быть, их начальник не настолько невежествен, как большинство полицейских. Будем надеяться на лучшее.
Несмотря на показную бодрость, испуганный медиум не переставал дрожать. Жена обняла его и изо всех сил старалась успокоить. Вдруг Сюзан, служанка, которая ничего не знала о происшествии, объявила о визите следующего посетителя. Этим посетителем оказался не кто иной, как Мэлоун.
– Том не может вас принять, – сказала миссис Линден. – Он болен. Сегодня утром приема не будет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
