Комбайн задуман в первую очередь для крупных интенсивных хозяйств, расположенных на сплошных больших полях, для технических культур, таких, как хлопок и сахарная свекла. Он может принести особую пользу в условиях индустриализации и коллективизации в СССР.
Себальд решает снова поехать в Советский Союз.
Гертруда остается в Вене, она посещает школу медсестер и готовится поступить на медицинский факультет Венского университета.
Весна 1930 года. Себальд снова в Москве, в гуще советской жизни. Уже трудно представить себе, что он несколько лет пробыл за границей. Проект мостового комбайна отходит на второй план. Себальда назначают консультантом комиссии по экспертизе крупнейших строительных проектов, осуществление которых будет стоить миллионы.
Вместе с советскими и иностранными специалистами, профессорами Келлером и Терзаге он рассматривает строительные проекты. Он дает отзывы на проекты автомобильных, цементных, известковых заводов, заводов по обработке песчаника, производству асфальта. Все это должно быть осуществлено в кратчайшие сроки, построено людьми, жизнь которых еще нелегка и скудна.
Советский Союз в строительных лесах. Многими нитями связан он с иностранными специалистами. Их технические знания оплачиваются валютой. СССР для них — обетованная страна больших индустриальных проектов.
Но высокие ежемесячные оклады порой выплачиваются впустую, не дают нужной отдачи. Инженерам не предоставляют широкого фронта работ, они занимаются мелочами, попусту тратят время.
Член комиссии по делам иностранных специалистов при Наркомате Рабоче-Крестьянской Инспекции Рутгерс следит за тем, чтобы рационально использовать специалистов, дать им возможность работать в полную силу. И никому не удается лучше, чем Рутгерсу, инженеру, владеющему многими языками, знакомому с методами труда и обычаями разных стран, устранить неполадки, наладить работу.
Идея мостового комбайна для интенсификации сельского хозяйства продолжает занимать Себальда. Он опубликовывает статьи в специальных журналах, дает чертежи и расчеты. Институт механизации сельского хозяйства и Сельскохозяйственная академия создают комиссию для рассмотрения проекта. Строится деревянная модель, проводятся лабораторные исследования.
Старый друг Себальда, австрийский коммунист Феликс Франкль, уже много лет живущий в Советском Союзе, с восторгом встречает проект Себальда. Франкль учится в Промакадемии. Ее слушателям созданы особые условия обучения. Они станут квалифицированными инженерами не в пять-шесть лет, как обычно, а в три-четыре года.
Советский Союз должен догнать и перегнать капиталистические страны в техническом отношении, стране необходимо в кратчайшие сроки создать свои руководящие кадры инженеров-коммунистов.
— Твоя машина, Себальд, — это то, что нужно, — говорит Франкль. — Мы должны сделать все, чтобы осуществить проект.
Однако комиссия, выделенная Институтом механизации, признавая ценность проекта, считает, что при нынешнем состоянии сельского хозяйства осуществление его преждевременно.
Весной 1931 года НК РКИ решает использовать Себальда как гидростроителя. Его включают в состав комиссии РКИ, которая едет на Вахшстрой, чтобы проверить, как идет строительство новой мощной ирригационной системы.
Они едут туда с вооруженной охраной, так как в окрестностях еще свирепствуют банды басмачей. На обратном пути в Ташкенте Себальд посещает Институт механизации сельского хозяйства, лабораторию строительства водных сооружений, ирригационные устройства. Себальд вновь предлагает свой проект мостового комбайна. Но и здесь считают, что еще не настало время осуществить его.
Интерес Себальда к крестьянскому вопросу приводит его в Международный аграрный институт, постоянным сотрудником которого он вскоре становится. Здесь Себальд занимается специальными вопросами развития сельского хозяйства в колониях. Его статьи печатаются в журнале «Аграрные проблемы».
Одновременно Рутгерс является членом редколлегии новой ежедневной газеты «Москау дейли ньюс», выходящей в Москве на английском языке.
Днем работа в Аграрном институте и редакции, вечера дома. Постоянно бывают гости. Большей частью это иностранные специалисты и ближайшие друзья: Феликс Франкль и его жена Гиза Шпицер, Герш Наглер, голландские коммунисты Струйк и Схемергорн.
Так проходят два года в Москве.
В 1932 году Себальд и Барта снова в Вене. Город потерял свой приветливый облик. Исчезла непринужденная веселость венцев. По улицам маршируют колонны фашистов. Полиция стоит шпалерами вдоль мостовой. Фашизм шествует, выкрикивая свои лозунги: «Германия превыше всего! Народ без земли. В поход на Восток!»
Себальд вновь участвует в пропагандистской работе Австрийской компартии и Общества друзей Советского Союза. Он читает лекции и делает доклады о хозяйственном строительстве в СССР, о жизни и быте советских людей. Многие часы он проводит в библиотеках, занимаясь научной разработкой аграрных проблем. Одновременно начинает историческое описание возникновения АИК Кузбасс на основании писем и документов.
В феврале 1933 года Себальда приглашают принять участие в конгрессе по крестьянскому вопросу, созываемом в Голландии, выступить там с докладом о сельском хозяйстве в Советском Союзе.
По дороге в Амстердам Себальд и Барта останавливаются в Берлине. Положение в городе крайне напряженное, фашизм готовится к решительному удару. Себальд встречается со старыми друзьями, социологом и прогрессивным писателем К. А. Виттфогелем. Ученого преследуют фашисты, он избегает бывать в своей квартире и собирается покинуть Германию.
27 февраля Себальд и Барта смотрят пьесу Виттфогеля «Мышеловка». Два часа на сцене и в зрительном зале актеры и зрители живут жизнью современной Германии со всей ее неуверенностью, безнадежностью и террором. Выйдя из театра, они замечают на улицах какое-то смятение.
Горит рейхстаг.
Радио кричит: «Коммунист ван дер Лгоббе арестован на месте преступления».
По улицам маршируют колонны коричневорубашечников. На следующий день по тротуарам разгуливают старые вильгельмовские офицеры и генералы, на жесткой груди мундиров блестят старые ордена.
Радио беспрерывно повторяет: «Поджигатель арестован», «Фюрер в рейхстаге», «Фюрер сказал: «Теперь мы разгромим коммунистов железной рукой!»
В тот же день, перед самым закрытием границы, Себальд и Барта уезжают в Голландию.
В Голландии еще мир и покой. Но фашизм пустил крепкие корни в сердце Европы и представляет растущую опасность для соседей Германии. В Амстердаме Себальд встречается с Давидом Вайнкопом. Более тридцати лет назад они вместе начинали путь трибунистов. У Вайнкопа собраны важные политические документы о рабочем движении в Западной Европе с начала века. Себальд убеждает друга перевезти бесценный исторический архив в Россию. Вайнкоп, Себальд и Барта втроем пересматривают документы и готовят их к отправке в Россию. Через три месяца Институт Маркса — Энгельса — Ленина в Москве принимает архив.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
