«У меня уже входит в привычку подслушивать её…»
— Поздно ночью, понимаешь? — говорила Андреа. — Главное слово здесь «поздно». Сколько раз тебе говорили, что у нас поздняя ночь начинается, когда у вас полдень, и не раньше. Разве так трудно посмотреть на часы?
— Да ладно, я просто забыл, — отозвался по-детски капризный голос, смутно знакомый Марку. — Чего не бывает.
— Слишком часто бывает! Три недели назад, когда мы с Гвен были у вас, ты ошивался здесь ранним вечером. И попал на глаза одной ученице.
— Ну и что? Всё равно она приняла меня за привидение и страшно испугалась.
Марк сразу понял, что речь идёт об Абигали. И одновременно вспомнил этот голос — он принадлежал коту Нильсу.
— А если бы не испугалась? — настаивала Андреа. — Если бы закляла тебя и понесла показывать всей школе?
— Не-а, исключено! — самоуверенно заявил кот. — Я очень ловкий и осторожный.
Андреа вздохнула:
— Ты просто неисправим, Нильс! Но имей в виду: если ещё раз кто-нибудь тебя заметит, так отлуплю, мало не покажется! Уяснил?
— Ну, хорошо, хорошо, — чувствовалось, что угроза произвела на кота впечатление. — Я больше не буду.
— Вот и договорились. А теперь возвращайся и лови мышей у себя. Поверь, они везде одинаковые.
— Э, нет, — возразил Нильс. — Ты ничего в этом не понимаешь. Здесь мышки самые вкусные… — Раздалось испуганное мяуканье; видно, Андреа не сдержалась и пнула его ногой. — Ладно, ухожу.
Марк сообразил, что разговор закончен, и бесшумно нырнул в ближайший открытый чулан. А буквально через несколько секунд хлопнула дверь кладовки и Андреа быстрым шагом прошла мимо чулана, к счастью, не заметив Марка. Он же порадовался, что корзину с одеждой прихватил с собой, а не оставил в прачечной, иначе оказался бы в весьма неловком положении.
Ещё минут пять Марк простоял в чулане и не услышал ни единого шороха, лишь только издали доносился слабый шум работающей самостирки. Наконец он вышел в коридор и убедился, что дверь кладовки, где Андреа разговаривала с котом, плотно закрыта, а Нильса внутри нет.
«Значит, вот оно как! — подумал Марк. — Астральная проекция, да?…»
Из всего услышанного следовало, что Нильс не был никакой астральной проекцией, а живым котом, которого Ильмарссон по неизвестной причине объявил мёртвым и переселил в другое место. Даже если это место было на Торнине (что сомнительно), то находилось оно довольно далеко, на другой стороне Грани, а стало быть, Нильс попадал сюда отнюдь не пешком. Посему напрашивался единственный разумный вывод — подобно Леопольду, он имел доступ к Перекрёстку миров!
Само по себе это открытие не слишком удивило Марка. Инквизиторы уже давно подозревали, что Инга и Владислав знают, как пробуждать у котов-оборотней способности древних драконов, но отказываются это делать, не желая давать в руки ордена столь мощный инструмент усиления своего влияния. Тем не менее, они вполне могли поделиться секретом с Ильмарссоном, которого очень уважали. А может, главный мастер справился и без их помощи — ведь не зря же он считался самым мудрым колдуном на всех Гранях. Ему достаточно было узнать о существовании такой возможности — а дальше он уже и сам во всём разобрался. Да, скорее всего так и было.
Впрочем, сейчас Марка куда больше занимал другой вопрос: зачем Ильмарссону понадобилось прятать Нильса и какое отношение к этому имеют Андреа с Гвен? Теперь он не сомневался, что их поездки, о которых рассказывал Ульрих Сондерс, были связаны с этой тайной. И мало того — наверняка их доставлял на место и возвращал обратно Нильс.
«Что же здесь происходит? — размышлял Марк, направляясь окружным путём к выходу из подвала. — Что-то странное, это точно. И я обязательно разберусь…»
Добравшись до двери, ведущей на лестницу, он немного постоял в задумчивости, потом открыл её, нарочито громко закрыл, имитируя, что только вошёл, и зашагал к прачечной.
Андреа сидела на скамейке, держа в руках книгу. Увидев Марка, она тепло улыбнулась:
— Ещё раз привет! У тебя тоже не хватает времени днём?
— Как видишь, — ответил он.
— А мне Гвен объявила забастовку. Раньше стирала и мои вещи, но теперь отказалась.
— Вы поссорились? — спросил Марк с притворным безразличием. На самом же деле ему очень хотелось услышать утвердительный ответ.
— Вовсе нет, — покачала головой Андреа. — Просто Гвен вредничает. Скоро это пройдёт.
«Очень жаль», — подумал Марк, перекладывая вещи из корзины в соседнюю самостирку. Потом включил подачу воды, насыпал горсть мыльной стружки и запустил на исполнение встроенные чары.
— А свои накладывать лень? — поинтересовалась Андреа.
— Не то чтобы лень. Привычка, — объяснил он. — Когда я здесь учился, ни один уважающий себя мальчишка не пользовался для стирки собственными заклинаниями. Это считалось девчоночьим делом. А госпожа Корелли регулярно устраивала проверки и снимала со всех нерадивых учеников, кроме первоклашек, зачётные баллы.
— С тех пор ситуация не изменилась, — заметила Андреа. — Ребята всё так же не любят бытовую магию, а госпожа Корелли их за это наказывает. Хорошо хоть нас никто не накажет за нелюбовь к некоторым предметам. — Она закрыла книгу и небрежно бросила её на скамейку рядом с собой.
— Что верно, то верно, — согласился Марк. — Уже читала о кошках и вишнях?
— Недели две назад. А дальше ещё хуже. Но ничего — сдадим зачёт и благополучно забудем весь этот вздор.
К этому времени самостирка с одеждой Марка наполнилась тёплой водой, и её барабан начал вращаться то в одну, то в другую сторону.
— Слишком быстро, — сказала Андреа. — Сделай медленней… Хотя ладно, я сама.
Она встала со скамьи, подошла ближе и слегка подправила действие чар. Барабан стал вращаться не так интенсивно.
— Вот видишь! Совсем другое дело.
Тут Марк, повинуясь внезапному импульсу, снял с себя львиную шкуру и бережно вложил её в соседнюю самостирку.
— Лучше помоги мне с этим.
Андреа уставилась на него широко распахнутыми глазами.
— Ах, Марк! — произнесла она потрясённо. — Мне льстит твоё доверие, но… Как ты себя чувствуешь?
— Нормально, — солгал он, отчаянно борясь с желанием схватить шкуру и снова надеть её. — Всё в порядке. Она ведь рядом и никуда не денется.
Вдруг ему почудился какой-то шум в коридоре. Марк опрометью метнулся к двери, запер её на засов, а вдобавок укрепил защитным заклятьем.
— На всякий случай, — объяснил он, моментально успокоившись. — Чтобы никто не вошёл сюда внезапно. Меня пугает сама мысль оказаться перед кем-то без шкуры.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
