Все естество, шокированное последней синхронизацией, кричало, что да, есть, и этот путь — путь превращения себя в машину. Бастовал разум, сопротивляясь самой идее переноса личности. «Куда? Во что ее переносить? На пластинку записать? На кинопленку? Как это возможно? Где это я там буду?!»
Синдзи вынырнул из внутренней баталии, и как раз вовремя: на колышущуюся голубоватую массу справа обрушился «Ягдэнгель», а танки тотчас же заткнулись. Полыхнул искрящий клинок, и ему навстречу из недр Ангела выпросталось окутанное голубой дымкой щупальце. Аска поймала мечом отросток и… Конденсаторные банки, которые щетиной покрывали все плечо «Истребителя», с грохотом высвободили свой заряд. Синдзи уже освоился с теорией этого воздействия, эффект которого Аска показала на Пятом Ангеле: мощный импульс рассчитывался так, чтобы на короткое время сорвать защиту врага. Любую. Да, перезаряжать долго, да рискованно в бою, но зато не нужно удручающе долго нагружать плазменное покрывало.
Вспышки молний разорвали мглистый полог, так что Синдзи на мгновение увидел огромную тушу, словно бы опутанную шевелящимися щупальцами. Что-то ворочалось и сияло в центре черной твари, но он это рассматривать не стал: Аска, полностью лишив щупальце защиты и ослабив сияние по всему телу врага, дала с правой руки короткую очередь из спаренного орудия.
Ангел издал оглушительный вопль — низкий и страшный. «Голос пустошей» перепугано затих, а отрубленное щупальце, на лету обращаясь в грязь, рухнуло на землю.
— Давай!!!
Синдзи упер все клинья прожекторов в тушу чудовища, выделяя уродливую тварь, и обрушил на врага осколки своего тела. Зарокотали пушки, пулеметы, тягучими плевками сорвались ракеты. Люки оружейных пилонов едва успели раскрываться, а стволы уже работали по врагу.
Тело дрожало от боли, но зрению ничто не мешало: метки смещались по корпусу Ангела, распределяя перегрузку защиты, корректировались неточно наведенные стволы, а разум, отметая сомнения, непрестанно вгрызался в течение боя. «Истребитель» точными очередями отсек еще два щупальца, не применяя меч: защита чудовища пока еще не оправилась от шока, и Синдзи видел даже несколько всплесков своих попаданий во влажную черную плоть. Аска активно двигалась по дуге почти вплотную к Ангелу, выбирая момент для того, чтобы поглубже вогнать клинок в его тело и окончательно уничтожить барьер.
— Tausend Teufel… — прорычали телефоны. — Помехи…
Синдзи видел редкие искорки, пробегающие по корпусу «Ягдэнгеля»: такая продолжительная близость с плазменным экраном начинала доставлять машине проблемы.
— Аска, сколько… — крикнул он.
— Funfzehn… Vierzehn… — прохрипела Аска. — Тринадцать… Двенадцать…
«Еще десять секунд до перезарядки…»
Пришлось прекратить стрелять из шестиствольного орудия: боль перегрева раздирала руку, ныли сами стволы. Ангел тяжело хлестал щупальцами «Истребитель», и Синдзи решил рискнуть: напружинив спину, он послал во врага тяжелую ракету, целя так, чтобы туша чудовища прикрыла Аску от осколочно-фугасного заряда. Расчет оправдал себя: мощный взрыв угольно-алого пламени ударил, сметая и сжигая слабо защищенные щупальца, и Ангел пошатнулся, едва не рухнул на «Ягдэнгель». Сорью сделала шаг назад, и на правой руке расцвел целый букет сполохов, которыми она встретила падающее чудовище. Новая волна тягучего крика, переполненного яростью, хлестнула по пустошам.
Ангел стремительно изменился — словно истончился в середине массивного бесформенного туловища, обращенные к Аске щупальца взорвались, покрыв «Истребитель» густыми потоками слизи, а над корпусом чудовища взметнулись огромные подвижные конечности. «Истребитель» невольно отступил назад от удара, и на его правой руке ярко вспыхнуло: не выдержали выстрелов забитые слизью стволы — все или не все, Синдзи рассмотреть не успел. Ангел выбросил длинные щупальца и умело схватил «Истребитель» за манипуляторы. Аска закричала: хватка чудовища искрошила половину конденсаторов, и Ангела, как и саму машину, тряхнуло током.
«Обезоружена», — понял Синдзи.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ангел задрожал и исторг еще один вопль, сквозь который едва прорвался крик Аски:
— Синдзи! Пожалуйста!.
Туша Ангела колебалась, выкручивая и растягивая манипуляторы машины, оплавляя их в месте контакта с плазмой, и что-то еще видела непрерывно кричащая девушка, что-то невидимое с позиции «Типа-01». Что-то жуткое настолько, что Сорью в несколько секунд сорвала голос на тонкий детский визг.
«А какого, я собственно, хера…»
Судорожные колебания плоти пробежали по угольному телу, и Ангел взметнул машину в воздух, а из невидимой Синдзи сердцевины прямо в боевую кабину ударил мощный синий поток.
«Дальний бой — нет шансов».
Поток стих, и «Истребитель» обвис на своей дыбе. В телефонах что-то скулило.
Взорвались крепления заплечных контейнеров. Отстрелилась перегретая шестистволка.
«Ближний бой — не успею».
Танки и подошедший БМК вели уже непрестанный огонь, и часть снарядов влетала в искалеченный «Истребитель», но защита Ангела выдерживала огненный вихрь.
Синдзи рванулся вперед, взрывая крепления всего навесного оружия.
«Не успею…»
Заклокотал реактор, и парообменники захлебнулись жаром. Машина, центром которой он был, задрожала, и Синдзи стиснул зубы, сдерживая всю тяжесть непривычной для механизма перегрузки. Бегать «Тип-01» не умел.
«Научишься, сука…»
Тяжело рухнула вниз усиленная левая ступня, ахнули амортизаторы, с трудом гася импульс. Завыло стреляющей болью колено, но правая нога машины немедленно ушла в воздух, не дожидаясь фиксации левой.
«Сожгу к херам, тварь, но ты научишься…»
Левая… Правая… Левая… Натужно выли индикаторы, показывая несусветную нагрузку на суставы, бились далеко в красном поле показатели температуры масляных амортизаторов, но это все побоку. Холодный разум рвался туда, где поскуливало упрятанное в распятую машину родное существо. Синдзи набирал ход, а сердце в груди разрасталось, пожирая тело «Типа» пламенем своего биения. Он вслушался: только сердце и поспевало за его волей, только оно билось в ритм с обжигающим желанием успеть.
«Еще один выстрел — и Аске хана. Значит…»
Стон земли под ногами, мечущиеся пятна собственных прожекторов, сошедшихся на кошмарной твари, агония собственного тела — и над всем этим ровные мысли, мысли машины, получившей задачу. «Остановится ли станок, если вместо деревянной заготовки положить под резец стальную? Глупость какая».
На ходу выдвигая клинки, Синдзи сжал гидравлические усилители удара. Грохнул разряд, и Ангел текуче обернулся, не отпуская «Истребитель». Посреди антрацитно-черного, маслянистого корпуса чудовища сияла белым пламенем маска, похожая на растянутый по шару рисунок черепа. Еще два грохочущих удара стоп, — и глаза маски налились голубым светом.
«Хер тебе».
Клинки воткнулись в тело чудовища, и Синдзи закричал, одним усилием загоняя стрелки индикаторов в красную зону. Защита Ангела полыхнула, и Синдзи успел увидеть, как искореженный «Истребитель» улетел в сторону, получив, наконец, опоздавшую свободу. Инерция удара «Типа-01» бросила Ангела на землю, и машина словно зависла над распластанным телом. Чудовище ревело, не затыкаясь, а Синдзи ничего не чувствовал: сердце подстегивало тело, давая столько силы, сколько требует разум, не взирая на пределы прочности органов, напрочь отметая примитивные мысли о самосохранении. Машина о таком не слыхала и уверенно подавляла осколки сознания пилота.
Таял, переливаясь, голубой щит, и маска в отчаянной попытке спастись вновь засияла, готовя выстрел. Ощущая, как лопаются от усилия глаза, Синдзи выдернул раскаленный стержень из тела Ангела и вогнал его прямо в заряженное оружие врага. Боль сотрясла тело, но чудовище и не собиралось сдаваться — потянулись нескончаемые короткие щупальца, оплетая тело, и Синдзи вновь словно бы отделился от боя, обдумывая ситуацию: с одной стороны, их защита слаба, они не смогут убить его, с другой стороны, танки взорвут Ангела слишком нескоро… Он прислушался: «Да, нас… меня может не хватить…»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
