— Сейчас же, Кристи! — произнес Этан, на этот раз с нажимом.
— Нет.
— Катись отсюда в задницу, козел. — Эту фразу произнес один из товарищей Энди по колледжу.
Кристи, опешив, уставилась на него. С Этаном никогда еще никто так не разговаривал. Тут она вдруг вспомнила, что Джейсон, так звали молодого грубияна, приехал из Шарлотт и просто не знал, кто такой Этан Боннер.
— Э-э… Извините, пастор Этан, — вмешался Энди и предостерегающе подтолкнул приятеля под столом. — Джейсон нездешний.
Этан окинул Энди и Джейсона взглядом, в котором ясно читалась угроза вечного проклятия, затем снова уставился на Кристи.
— Кристина, немедленно пойдем со мной, Как нарочно, именно в этот момент музыкальный автомат заиграл песню под названием «Я тебе не принадлежу». От нервного напряжения у Кристи похолодело в животе. Она скомкала в пепельнице измятую салфетку и целлофановую обертку от пачки сигарет, затем передвинула кувшин с пивом к центру стола, чтобы до него без труда мог дотянуться любой из участников пирушки.
Этан склонился к уху Кристи.
— Если ты меня не послушаешься, я сгребу тебя в охапку и вынесу отсюда, — сказал он так тихо, что никто, кроме нее, не мог его слышать.
При этом он выглядел отнюдь не как пастор Этан, которого все знали и уважали. Лицо у него было угрожающее, и Кристи с некоторым запозданием вспомнила, что характер у Этана Боннера достаточно вспыльчивый. Она решила не рисковать.
Встав с места, Кристи, стараясь выглядеть как можно более высокомерной и независимой, небрежно кивнула и процедила сквозь зубы:
— Ну хорошо, пожалуй, я смогу уделить тебе несколько минут.
— Это уж как пить дать, — бросил Этан, в этот момент явно не склонный к проявлению великодушия. С этими словами он крепко взял Кристи за руку и повел к выходу. Как ни странно, как только она сделала первый шаг, нервозность ее заметно ослабла. Кристи показалось, что ее окутало какое-то розовое облачко, принесшее с собой ощущение спокойствия и удовлетворенности. Она не привыкла к употреблению алкоголя и потому, хотя и выпила всего две кружки пива, чувствовала себя немного навеселе. Это было очень приятно, и Кристи подумала, что, сколько бы Этан ни учил ее жизни, она не станет переживать по этому поводу.
Тем временем Этан подвел Кристи к своей машине. Остановившись перед автомобилем, свободной рукой он похлопал себя по левому карману джинсов. Не обнаружив в нем того, что искал, он хлопнул себя по правому карману, затем стал шарить в задних.
Кристи сразу поняла, что он снова забыл где-то ключи от машины. Скорее всего они остались в клубе, на столе, за которым он сидел. На такой случай Кристи всегда носила запасные ключи в своей сумочке. Она машинально потянулась за ней, но тут же обнаружила, что на плече у нее висит не старая сумочка с множеством карманов и отделений, а новая, совсем небольшая, с позолоченной цепочкой вместо ремешка. Кроме того, она вспомнила, как Рэчел советовала ей перестать опекать Этана, словно ребенка.
— Я оставил свои ключи в баре, — сказал Этан и требовательно вытянул вперед руку ладонью вверх. — Мне нужны запасные, Он был совершенно уверен, что добрая, преданная, безотказная Кристи продолжает носить с собой запасную "вязку, хотя и не работает больше у него секретарем. Поняв это Кристи одновременно почувствовала, что в розовом облачке, которым она была окутана, появилась огромная воронка и что она отнюдь не так пьяна, как ей бы хотелось.
— Мне очень жаль, — сказала она.
Отпустив ее руку, Этан снял у нее с плеча сумочку. Кристи молча смотрела, как он роется в ее вещах.
— Их здесь нет, — раздраженно сказал он.
— Я больше у тебя не работаю, не забывай об этом. Я не обязана таскать в сумочке твои ключи.
— Еще чего, конечно, ты на меня работаешь… — Этан замолчал, словно громом пораженный, а затем медленно стал разглядывать вынутый из сумочки специфический квадратный пакетик. — А это что такое?
Кристи покраснела и от этого смутилась еще больше, боясь, что Этан заметит ее замешательство, но тут до нее дошло, что на стоянке для этого слишком темно. Тогда она глубоко вздохнула и заговорила:
— Это презерватив, Этан. Ты что, никогда в жизни не видел презерватива?
— Что за чушь, конечно, видел!
— Тогда почему спрашиваешь, что это такое?
— Потому что хочу знать, почему он оказался у тебя в сумочке.
Смущение Кристи сменилось гневом.
— Тебя это не касается!
Она выхватила презерватив у Этана, сунула его в сумочку и снова повесила ее на плечо.
Из клуба «Горец» вышли две супружеские пары, одна из которых была из прихода Этана. Преподобный Боннер бросил взгляд в сторону знакомых ему супругов, которые как раз начали спускаться по ступенькам крыльца, и Кристи поняла, что ему хочется спрятаться куда-нибудь, прежде чем они его заметят.
Клуб «Горец» находился на тихой улочке, заканчивавшейся тупиком, между подарочным магазином и крошечным бутиком, которые уже закрылись. На другой стороне улицы располагался небольшой парк со столами для пикников и игровым оборудованием. Этан, по всей видимости, решил, что лучше всего будет укрыться именно там. Он зашагал через дорогу, таща за собой Кристи, которую он довольно грубо держал за руку.
В погожие дни местные деловые люди имели обыкновение поедать за расставленными прямо под деревьями столами свой ленч. Внимательно вглядываясь перед собой, чтобы не споткнуться. Этан, пользуясь тем, что парк был слабо освещен светом уличных фонарей, повел Кристи к самому удаленному из столиков.
— Садись, — приказал он.
Его начальственная манера, однако, не произвела на Кристи никакого впечатления. Вместо того чтобы опуститься на скамью, она, ступив на нее ногой, уселась прямо на стол.
Этан, который не мог допустить, чтобы его авторитет пострадал, тоже был вынужден сесть не на скамейку, а рядом с Кристи на столешницу. При этом, поскольку ноги Этана были длиннее, ему волей-неволей пришлось согнуть их под более острым углом. Кристи взглянула на него, и ей показалось, будто его глаза устремлены на ее грудь, но тут он заговорил своим сдержанным, полным благочестия голосом, и она решила, что ошиблась.
— Я твой пастор, Кристи, и тот факт, что одна из женщин моего прихода носит с собой презерватив, меня очень даже касается.
Кристи не могла понять, почему Этан так себя ведет.
Ведь он всегда уважал право выбора, которым обладал каждый человек, даже если и не разделял точку зрения оппонента. Он горячо проповедовал идею полового воздержания, но в то же время недвусмысленно давал понять: те, кто не склонен к сексуальному аскетизму, просто обязаны применять средства, предохраняющие от нежелательной беременности и от СПИДа.
