моментально нашелся я, чтобы похвалить нашего нового помощника. — Значит, сможешь держать в тайне наш маленький план. Ведь клуб принадлежал исключительно Владимиру? Если там действительно проходили такие дела, то едва ли этим занят старик-отец?
— Нет ничего невозможного в этой семейке, но в целом — да. Не поверил бы, что его отец таким занимается.
— А что тогда будет с клубом после его смерти? Продадут?
— Вероятно. Или его получит кто-то из родственников. Племянники, двоюродные братья или сестры. Бизнес, по мнению Карпова-старшего, должен оставаться семейным при любом раскладе. В противном случае не имеет никакого смысла им заниматься.
— О, бизнес — это не только деньги. Ну-ну, — усомнился я. — Но мое предложение было довольно простым: нам следует завалиться в клуб, чтобы почтить память Карпова, а потом пробраться в его кабинет и достать документы. Они ведь в клубе?
— Не знаю, — Алла пожала плечами и заметно погрустнела. — Может быть и в любом другом месте.
— Блядь… Ты еще скажи, что он брал его с собой!
— Мог, — кивнула девушка.
— Тогда у нас нет шансов найти это ебучий блокнот, — я взьерошил волосы. — План бесполезен.
— Нет, — вдруг заявила Ника. — Есть кое-какие мысли!
— Надеешься, что Артем с тобой расплатится?
— Расплатится с ней? — фыркнула Алла.
— Она теперь сыщик, — улыбнулся я, внутри посмеиваясь над наверняка наивной идеей Ники.
— Хорошо, что хотя бы один из мужчин в этой комнате может держать язык за зубами, — съязвила рыжая. — Короче, вариант раз: припереться в клуб. Она приведет нас, как хороших знакомых или друзей Владимира. Или его деловых партнеров. Все равно там должен быть управляющий, который знает про все дела своего патрона, разве не так?
— Управляющий у клуба есть, — уверенно ответила Алла. — Есть, точно. Но он нечасто появляется на месте. Быть может, после смерти Володи он чаще бывает там.
То Володя, то заставили. То люблю, то спасите — я смотрел на черноволосую красотку и думал, что же творится у нее в голове. То, что тараканов там побольше, чем в студенческой общаге — и так понятно. Но насколько они безумны — вопрос без ответа. Требовалось срочно переговорить начистоту. Но сперва…
— А второй вариант?
— Ты разносишь все к чертовой бабушке. Брось, мы втроем и так про тебя все знаем, так что при нас можешь творить все, что тебе заблагорассудится, — вполне серьезно проговорила Ника. — Кроме того, я же смогу получить доступ к камерам клуба — у нас в команде есть человек из охраны, который может подсказать, что к чему в этом заведении. Ну, а потом…
— Нет, нет и еще раз. Ты с ума сошла?? — почти выкрикнул я. — То, что я показывал перед вами — и так большой секрет. Даже вы этого не должны знать, потому что иначе мне на работе устроят маленький ядерный взрыв в одном месте, и вы меня больше не увидите. К счастью, про вас не знает ни мое непосредственное начальство, ни кто-либо выше.
— Все так рискованно? Мог бы и раньше сказать, — вздохнула Ника.
— Ну хотя бы ты никому не говорила про меня?
— Да нет же, распереживался. Не скажу я твоим мамкам и папкам, что ты куришь и пьешь, — она стерла с лица притворное беспокойство и рассмеялась. — Значит, я верно понимаю, что второй вариант тебе не подходит от слова совсем?
— Однозначно не подходит, — наотрез отказался я. — Первый выглядит вполне себе неплохо. Он лучше по условиям. Карпова нет, Семена, этого старого маньяка, тоже нет, а остальные едва ли имеют власть и влияние, правда? — обратился я к Алле.
— Да как бы все остальные — обычные шестерки.
— А управляющий в клубе тебя знает?
— Да, знает. Но при этом не знает всех партнеров Володи. Поэтому я согласна. Надо тебе только приодеться получше и машину хорошую.
— Машина есть, разве что… — Ника поморщилась: — она ядовито-зеленого цвета.
— Не мужской цвет, — тут же согласилась Алла, а у меня глаза на лоб полезли:
— Вы что, сговорились, что ли?
— Нет, просто это действительно хреновый цвет. Как ни крути.
— Я не буду перекрашивать машину, — отказался я. — Меня этот цвет вполне устраивает.
— Знаешь, а ведь они… — начал Глеб.
— Ни. Слова. Больше, — я поднял указательный палец и добавил: — Пожалуйста.
Не в моем стиле грубить своим же людям. Даже когда они сговорились за моей спиной в таком важном вопросе, как цвет автомобиля. Я поразмыслил немного, а потом сказал:
— Может, позже — да. Но сейчас чем ярче, тем заметнее, тем эффектнее и лучше для нас.
— Но и вид другой нужен, — вставила Алла свои пять копеек. — Если ты хочешь представить себя партнером Владимира, то футболка и брюки — не лучший вариант вообще. Какое-то несерьезное, точно тебе не тридцать, а сорок.
— Не надо мою самооценку ниже плинтуса забивать, — попросил я. — И так озадачили по самое не могу. Но, впрочем, ты можешь мне помочь с внешним видом. А вы вдвоем, на всякий случай разберетесь с камерами, — обратился я к Глебу и Нике. — Ситуация непростая, поэтому лучше перестраховаться, чем потом читать о наших похождениях во всех газетах.
— Круто! Идем брать клуб! — воскликнула Ника. — Это же круче, чем ГТА!
— Еще и не такое пережить придется, если завязнем с Артемом. Поэтому мое следующее предложение…
— Избавиться от него? — с каким-то непонятным восхищением подхватила рыжая. Я посмотрел на Аллу, и та кивнула:
— Да, дольше я не могу с ним работать. Он обходительный и все такое… но если он и дальше заставит меня работать
