— Ваша сегодняшняя работа, Поттер, — Снейп указал на большое деревянное ведро с какими-то склизкими шлангами. — Флоббер-черви. Необходимо сделать нарезку для рецепта противоожоговой мази. Результат складывать в эти банки. Наполните две, и можете быть свободны.
Снейп вернулся за письменный стол и углубился в проверку эссе. Я заглянул в ведро. Шланги оказались толстыми кольчатыми личинками в локоть длиной — к счастью, неживыми. Хм. Инструкций по разделке флоббер-червей, равно как и рецептов с их использованием, нет в учебниках ни первого, ни второго курса. Что ж, в эту игру можно поиграть вдвоём.
Я по-хозяйски заглянул в шкафы с инструментами и во втором обнаружил искомое. На пол со стуком опустилась монументальная разделочная доска — почти метрового размера, в два дюйма толщиной, старая и сильно пошорканная рубяще-режущим инструментом. В руку удобно лёг мощный нож для разделки крупной птицы. Туповат. Где у них тут точильный камень…
— Поттер! Что вы творите?
Ну то-то же.
— Телепаты в отпуске, профессор, — хех, звучит двусмысленно, но нехрен выпендриваться… О, да у него тут есть кое-что получше! — Вы не оставили инструкций, следовательно, методика разделки не имеет принципиального значения.
Я вернул нож обратно и вытащил мясницкий тесак. Оценивающе посмотрел на ведро с червями. Подойдёт.
— Умники в моём кабинете моют котлы, Поттер. Вручную, без магии.
— Как скажете, профессор, — я начал укладывать назад вынутый реквизит. — Всю свою сознательную жизнь я мою посуду. Почувствую себя вернувшимся домой на выходные.
Я не шутил. До тех пор, пока я не научился защищаться от Дадли, выполнение поручений на кухне было моей отдушиной. Кабанчик не решался пакостить по-крупному при тёте Петунии. А уж мою магию ещё нужно суметь обнаружить. Я же не палочкой колдовать буду. Создам из тряпки временный артефакт.
Сзади взвизгнул отодвигаемый стул. Снейп подошел к книжному стеллажу, достал оттуда потрёпанный том, раскрыл на нужной странице и раздражённо шлёпнул на лабораторный стол. Я захлопнул шкаф, подошёл к книге и быстро взглянул на титульный лист. «Либациус Бораго. Расширенный курс зельеварения». И — чернильная надпись «Собственность Принца-полукровки» на месте экслибриса.
Печатный текст обильно отредактирован чернилами. На полях многочисленные пометки. Очень толковые пометки, но всё же нужно уточнить.
— Ваши ремарки имеют приоритет, профессор?
— Лишний вопрос, Поттер.
У каждого — свои способы избежать короткого «да». Зато мы подтвердили псевдоним Снейпа в публикациях.
Так. Разделка на… «сосновой» зачёркнуто, сверху от руки — «буковой» доске. Хм, бук — это засада. Откуда я знаю, как он выглядит? Если бы требовалась гевея или кипарис… Хотя, где-то у меня был рекламный каталог паркета из тётиного почтового ящика. Я достал глянцевый журнальчик и пошел сравнивать нужную картинку с досками.
— Поттер, я не понимаю, как можно жить в Британии и не знать, что такое бук?
— Я жил на Тисовой аллее, профессор, но самая прочная древесина у нас была в розовых кустах, — я, наконец, нашел нужную доску. Тысячи раз видел эту скучную древесину, но не знал, что это бук. — И лучше не спрашивайте, что росло у соседей на улице Магнолий.
Что там дальше? Контакт с железом противопоказан. Нарезка бронзовым или обсидиановым ножом на дюймовые куски… На полях предложен альтернативный способ: специализированное заклинание разделки, «Секо вирми», смотри в конце… Надо же, кто-то не поленился сделать магическую оснастку? В конце книги — оставленный редакцией десяток чистых листов «для заметок», густо исписанный владельцем книги. Заклинание вариативное, словесная формула неизменная, управляется жестом. Запоминаю инструкцию. Нужно пробовать.
Я вытащил назад облюбованную разделочную доску. Послал на пробу осваиваемое заклинание — не сработало. Логично, толковая оснастка не должна резать стол. А вот сырая сосиска поработала не хуже червя. Повторив ещё дважды, я запомнил структуру кружева и приступил к анализу.
Ох, и накручено тут. Анализ жеста — убираем, я буду управлять напрямую. Проверка на наличие червя — убираем… Хотя, кое-что оставим, стол трогать не надо. Распознавание размеров — убираем, я давно привык работать с маркерными узелками. Блок, порождающий режущую плоскость, запоминаем отдельно, очень перспективная наход…
— Поттер, я не могу сидеть здесь до утра. Быть может, котлы всё же будут проще для ваших мозгов?
— Как я сказал сегодня Малфою, в Хогвартсе почему-то никогда не дают подумать. Вы же помните того мужика с пятидолларовой банкноты: сначала точим топор, потом рубим дерево, — и добавил тише: — Если уж приходится забивать микроскопом гвозди, сначала нужно ободрать с него всё лишнее.
Что ж, пора пробовать. Новая сосиска. Первый раз сплетать кружево очень трудно. Тридцать секунд. Проверяем, не забыл ли чего. Настраиваем размер кусков на один дюйм. Ставим маркерные узелки. Запускаем.
Плетение штатно щёлкнуло, растянуло сосиску в линию и разрезало на куски нужной длины. Колода не задета. Сегодня на ужин у меня будут жареные сосиски. Пора браться за червей.
Я надел защитный фартук, перчатки и пластиковый экран на лицо. Нашёл в шкафу деревянную лопаточку. Захватил рукой в перчатке первого опарыша, разместил на доске. Двадцать пять секунд выплетания… щелчок. Хорошо, что заклинание само растягивает этот шланг перед нарезкой, не нужно держать руками. При помощи лопатки смахнул обильно сочащиеся слизью куски в банку. Судя по количеству материала, он будет использован в качестве густой основы мази, геля или как там маги называют свою целебную дрянь.
Дело постепенно налаживалось. Скорость выплетания росла. Я начал класть по несколько червей на доску, разрубая их по одному, но экономя время на зачерпывании и смахивании. Первая банка заполнилась через пятнадцать минут.
Снейп подошёл и придирчиво проверил результат.
— Почему вы не пользуетесь палочкой, Поттер? Это легче, быстрее и профессиональнее.
— Так руки же изгвазданы, — я показал ему перчатки, вымазанные в слизи. — Быстрее как раз работать двумя руками. Каст медленный только поначалу, скорость растёт. Если вам нужно, я разделаю всё это ведро. Только дайте ещё банок.
Снейп удовлетворил просьбу и вернулся к эссе. Щелчки и возня ему, похоже, не мешали. С ведром удалось управиться за полчаса. Свои перчатки я очистил своим собственным плетением, лабораторный стол и инструмент — палочковым «Экскуро». В чужой монастырь со своим уставом не ходят.
— Итак, Поттер, — сказал Снейп вместо похвалы. — Безоар. Вы берётесь критиковать классические ингредиенты зелий, но не владеете простейшими навыками уровня С.О.В. Например, разделкой флоббер-червей.
Он что, обиделся? Я пожал плечами.
— Я не критиковал чужие действия. Вопрос на уроке был: что делал бы именно я? Я ответил. Я волен варить для себя всё, что хочу, и так, как хочу. А сейчас у меня — флоббер-черви и указание подготовить их для чужой работы по чужому рецепту. Разумеется, я обязан уточнить, что и как в точности нужно делать для этого чужака. Не для себя.
— Вы полагаете, что доросли до собственных рецептов?
— Я никому их не предлагаю. Не публикую разгромные статьи. Не потрясаю основы. Не высказываю своё особое мнение, разве только от меня напрямую не требуют ответа, — я вздохнул. — Вообще, мы оба знаем, с какой целью назначена эта отработка.
Я достал бумагу с рецептом простудного отвара и протянул её Снейпу. Если бы не просьба Помфри, я бы вообще не стал подставляться.
Снейп пробежался глазами по рецепту и буркнул:
— Это не зелье, Поттер, это бездарно надёрганные травы из знахарских рецептов. Вы бы ещё ромашковый чай предложили.
Не нравится — не ешьте, подумал я, рассеянно пиная пол. Меня попросили, я предупредил, что рецепт непрофессиональный. Или он по-другому разговаривать не умеет?
— Как скажете, я не зельевар. Будет на сегодня ещё какая-нибудь работа?
— Что такое «лазурный виноград»? — спросил Снейп, не отрываясь от текста.
