Читаем без скачивания Ведьминские истории 2. Ни слова о ведьмах! (СИ) - Малиновская Елена Михайловна

Я широко распахнула глаза, осознав, о чем говорит Ингмар. В свою очередь схватила бокал с вином и сделала глубокий глоток, силясь успокоиться.

Кошмар какой! Я и представить не могла, что существуют чары подобного рода действия.

— Поэтому я так обрадовался, когда услышал, что Рив тоже видел Роберта, — произнес Ингмар. — Как ты помнишь, он не особо одобрял то, каким образом Фишер зарабатывал себе на жизнь, и искренне переживал из-за гибели брата. Стоило мне только намекнуть, что к этому может быть причастен тот загадочный маг — как Рив сразу же согласился на добровольное сотрудничество. Оно и к лучшему. С Фишером я бы провозился намного дольше. И совершенно не уверен, что после этого он сумел бы ответить за свои преступления перед законом.

— Почему? — невольно вырвалось у меня.

Ингмар медленно растянул губы в ленивой ухмылке, и я в очередной раз пожалела о своем любопытстве.

— Потому что человеком после подобного допроса Фишера назвать было бы уже нельзя, — размеренно проговорил он. — От него осталось бы лишь оболочка с абсолютно выжженным мозгом.

Я одним глотком допила вино, еще плескавшееся в бокале. Едва не шарахнулась в сторону, когда Ингмар, взяв бутылку, подошел ближе, собираясь подлить мне еще.

— Эрика, еще раз повторю, что применение подобных чар — крайние меры, на которые я иду чрезвычайно редко и с огромной неохотой, — негромко произнес он, щедро наполнив мой бокал доверху. Сделал паузу, после чего поинтересовался: — Надеюсь, теперь ты веришь, что я не прятался в кустах, ожидая, когда Роберт нападет на тебя? В этот момент я был в надзоре. При всем своем желании в двух местах одновременно я присутствовать не могу.

Не буду скрывать, после этого у меня как-то потеплело на душе. Было до безумия неприятно думать о том, что Ингмар сознательно подставил меня под удар Роберта, желая добыть недостающие доказательства.

Глаза Ингмара вдруг остро блеснули.

— А что тут с Бриеном? — поторопилась выпалить я новый вопрос, не дожидаясь, когда он вернется к предыдущей теме. — Как я понимаю, он был помощником Роберта?

Ингмар сухо хмыкнул и неодобрительно покачал головой, явно уставший от моих постоянных попыток увести разговор от своей скромной персоны.

— Неправильно понимаешь, — все-таки ответил он. — Бриен, как я уже говорил, — мошенник и авантюрист. А еще, как ни странно, неплохой артефактник. Но не убийца. Он не имеет ни малейшего отношения к преступлениям Роберта. Большая часть его истории — правда. Его действительно выгнали из университета, и он действительно обманным путем устроился стажером в надзор. Более того — он даже не солгал, когда говорил, что хотел остаться там работать.

— Тогда я тем более ничего не понимаю, — пробурчала я. — Если Бриен не имеет к делишкам Роберта никакого отношения, то каким образом он оказался в том кабаке и выиграл медальон надзора? Рив сказал, что маг, помогающий Фишеру, несколько недель охотился за Вильямом. Тогда я решила, что речь о Бриене, но потом поняла, да ты и сам это подтвердил, что сообщником Фишера был все-таки Роберт.

— А это вторая случайность, которая привела к провалу плана Роберта, — ответил Ингмар. — Быть может, вспомнишь, какие чары были на медальоне Вильяма, когда мы разговаривали с Бриеном в твоей лачу… — На этом месте я внушительно кашлянула, и Ингмар с усмешкой исправился: — В твоем доме?

— Подчинения? — с легкой вопросительной ноткой протянула я.

— Вот именно. — Ингмар одобрительно кивнул. — Роберту нужен был какой-то человек в надзоре, чтобы перенести в подвал амулеты. И Вильям подходил для этой цели наилучшим образом. Вообще-то, Бриен знатно разозлил Роберта, когда неожиданно вмешался в игру, а особенно когда выиграл медальон надзора. К тому моменту Роберт, затесавшись в толпу зевак около игорного стола, подменил настоящий медальон на его точную копию, но до пределов заряженный подчиняющей магией. До того он приказал Фишеру в конце игры проявить ложное великодушие и вернуть Вильяму фальшивку. Все равно Вильям вышел бы из кабака без единого медного гроша в кармане.

— Подожди! — взмолилась я, не успевая осмысливать новую информацию.

Ингмар послушно сделал паузу и легонько взболтал вино в своем бокале. Потянулся было отпить от него, но в последний момент передумал.

Я мысленно хмыкнула, заметив, что Ингмар почти не прикоснулся к алкоголю. За время нашего разговора он еще ни разу не подлил себе добавки, тогда как мой второй бокал подходил к концу.

Пожалуй, мне тоже стоит притормозить. Сдается, рано или поздно Ингмар вернется к тому, что я обязана встать на учет как ведьма. Да как бы и о попытках побега не заговорил. Было бы неплохо к этому моменту сохранить трезвую голову.

И я решительно поставила бокал на стол, отодвинув его подальше от себя.

Ингмар заметил это. Наклонил голову, пряча в тени язвительную усмешку, затем вновь выжидающе посмотрел на меня, ожидая нового вопроса.

— Получается, медальон надзора, который ты забрал у Бриена, был поддельным? — спросила я.

— Естественно, — подтвердил Ингмар. Насмешливо поинтересовался: — Эрика, неужели ты думаешь, будто медальон надзора так легко сломать, что с этим справился бы вчерашний студент-недоучка?

— Ну-у… — неопределенно протянула я. — Вообще-то, у меня не было возможности и времени внимательно изучить ваши медальоны. Если бы я получила какой-нибудь из них в руки на некоторое время, то дала бы точный ответ.

Ингмар негромко фыркнул от сдерживаемого с трудом смеха. Затем выразительно поднял глаза к потолку, словно принеся безмолвную молитву богам, и с нескрываемой иронией уставился на меня.

— Кто о чем, а ты вечно о своем, — сказал он и шутливо пригрозил мне пальцем. — Эрика, твоя наглость вызывает у меня самое искреннее восхищение. Но мое терпение не бесконечное.

— Да я просто на твой вопрос ответила, — огрызнулась я. — Откуда мне знать, смог бы Бриен справиться с настоящим медальоном надзора, если я понятия не имею, какая защита на нем стоит.

— Поверь мне — не смог бы, — твердо произнес Ингмар. — И тебе, к слову, очень настоятельно советую умерить любопытство и не пытаться самостоятельно изучать свойства этих медальонов.

— Ага, кто бы мне еще их дал, — очень тихо, себе под нос, шепнула я.

Ингмар, однако, меня услышал. Но почему-то не рассердился, а, напротив, заулыбался, как будто я сказала нечто в высшей степени забавное. Впрочем, почти сразу посерьезнел и продолжил:

— Если бы Бриен попытался привязать к себе настоящий медальон, то не уверен, что он вообще остался бы в живых. И уж совершенно точно сигнал тревоги поступил бы в надзор. Но ничего этого не произошло. Бриен без особых проблем перенастроил медальон на себя. А заодно и угодил под власть чар, предназначавшихся Вильяму.

— Ничего не понимаю! — В очередной раз воскликнула я и всплеснула руками. — А каким образом тогда Роберт перенес амулеты в здание?

— Да таким же, каким и собирался, пусть и с небольшой поправкой на изменившиеся обстоятельства. — Ингмар раздосадованно хмыкнул. — Бриен вынудил Вильяма оформить себя как младшего стажера. А стало быть, получил возможность беспрепятственного прохода в здание.

— А как же легендарные охранные чары надзора? — не удержалась я от язвительного вопроса. — Я думала, они должны реагировать на любой амулет, пересекающих порог цитадели порядка и закона.

— Ага, ты лучше представь, сколько ведьм бывает в надзоре каждый день, — раздраженно фыркнул Ингмар. — И каждая из них увешана амулетами, как праздничная елка игрушками. Чаще всего, конечно, на них красивые безделушки, а не что-нибудь стоящее, но все равно. Не говорю уж о прочих магах, вынужденных по тем или иным причинам толкаться в коридорах. К тому же Роберт перестраховался. Бриен перенес амулеты не за один раз, а растянул это на две недели. Закончил свою работу как раз накануне того вечера, когда ты получила предложение руки и сердца. Роберт планировал активировать их на следующий день, но в дело опять вмешался счастливый случай. Мы провели с тобой вечер, после чего ты вероломно сбежала от меня в самый пикантный момент. И со следующего дня я в своем кабинете почти не появлялся, пытаясь отыскать тебя. Поэтому Роберту пришлось ждать. Ну и заодно он попытался устранить тебя.