замком. Лаванда с пестуном-Менталистом, вылетев из салона, протиснулись между передними крыльями «танка на колесах» и дверными косяками, предельно ускорились и унеслись кошмарить все живое. А Барыня, Незаменимая и я рванули следом, но, если можно так выразиться, в ленивом режиме, ибо работали на подстраховке.
Не знаю, как другие, а я, двигаясь по обшарпанному коридору доходного дома, построенного в конце прошлого века, порядка сорока лет работавшего «по профилю», а потом выкупленного в собственность главой одной из самых одиозных криминальных группировок Саранска — «Пеель» — постоянно косил на картинку с биосканера, усыпанную алыми метками, и ждал неприятностей. Почему? Да потому, что в подвале этого здания, вроде как, располагался цех по фасовке афганского героина, соответственно, охранялось это место очень неплохо. Само собой, по местным меркам. По этой же причине за считанные секунды до первого боестолкновения сократил отставание от Гали и Щелчка метров до шести-семи. Но помощь им не понадобилась. Вернее, не «им», а «ей»: патлатого и бородатого мужичка лет сорока в потертой кожаной куртке, засаленных штанах и армейских ботинках, выскочившего в коридор с обрезом в левой руке,
Лаванда убила походя, одной-единственной каплей лавы, пробившей глаз и спалившей часть мозга. Потом продавила слабенькую ледяную броню второго защитника подпольного цеха каменным молотом, «возникла» слева от ошарашенного Одаренного, к своим тридцати годам доросшего только до первой ступени ранга ученик, насадила на каменный шип, «выросший» из пола, и понеслась дальше.
Усов, Барыня и я тоже рванули дальше. А Валя проявила гуманизм — не сбавляя скорости, вбила в глаз истошно орущего уголовника ледяное копье.
Второе боестолкновение Гали получилось значительно сложнее — ей пыталось устроить засаду четыре человека. Да, как выяснилось после боя, Дар имелся только у одного, Огневика в ранге подмастерья первой ступени, зато все подельники этого мага были вооружены старенькими, но вполне рабочими автоматами. Вот девушка и выложилась по полной — перед тем, как вылететь из-за поворота коридора к этим «меткам», она отправила туда мощнейшую вспышку. А для того, чтобы не попасть под огонь тех, у кого имеются линзы МДР с «умной защитой» для сетчатки глаз, ушла в серию из двух скачков.
Из первого вышла чуть ли не на корточках и у противоположной стены коридора, сразу же ударила по площади каменным градом и замедлила всех противников лавовым озером. А потом «оказалась» между ними, приложила Одаренного своим вариантом угнетающего рыка, задрала ствол ближайшего автомата к потолку, проломила горло его хозяина каменным кулаком, ослабила огненный щит мага сминающим касанием и вложилась в пробойник. Да, в этот момент в ее каменный панцирь огня прилетело две обычные пули, но Галя даже не дернулась. В смысле, добила Огневика, затем переместилась к ослепшему стрелку, шмалявшему абы куда, свернула ему шею и спокойно «положила» последнего простеца.
Стальную дверь с очередным кодовым замком взорвала Варвара. Она же как-то хитро метнула свето-шумовую гранату и «порадовала» ею еще один «засадный полк», дожидавшийся нас двумя этажами ниже, а затем влипла в стену, чтобы пропустить мимо себя Лаванду и ее напарника. А те, в темпе спустившись на полтора пролета, дали по тормозам, ибо ослепшие и оглохшие защитники устроили такую пальбу, что не передать словами. Когда у трех из четырех стрелков «внезапно» закончились патроны, а бедняга, пострадавший от «дружественного огня», взвыл на весь «доходный дом», Галя отправила к ним каменный град, перемахнула через перила и четыре раза подряд ударила каменными шипами. Этого хватило за глаза — новоявленным «бабочкам» стало не до сопротивления. А гуманистке-Вале привалило работы…
Перед дверями в фасовочный цех пришлось «поскучать» порядка двух минут. Но потом самое медленное звено команды — Эрикссоновское — все-таки пробилось на аналогичную позицию через другой подъезд, и по команде моей матушки все четыре штурмовые группы вынесли препятствия, мешавшие продолжить движение. В нашем случае и в случае Ларса это были стальные двери, ведущие на лестничные клетки, Крот, «ассистировавший» Лиджуан, взорвал массивную фальшь-панель, прикрывавшую проход к подземным коммуникациям, а Сом «помог» Вике «зайти» в помещение через хранилище готовой продукции.
К этому моменту пятеро охранников и оба руководителя «предприятия» успели взять по заложнице. Благо, «фасовщиц» в цеху было видимо-невидимо. И даже начали озвучивать свои требования. Но тут по их разумам шарахнул Щелчок. Естественно, в полную силу и несколькими заклинаниями — прессом, спутанными мыслями. дезориентацией и отчаянием. Так что уголовникам стало не до стрельбы. А через долю секунды их начали убивать. Лиджуан, Ларс, Вика и Галя. Не скажу, что быстро, но на пределе своих возможностей. Ну, а мы — то есть, боевые двойки и тройки «бездельников» — занялись толпой бритоголовых уроженок Средней и Юго-Восточной Азии, «упакованных» в целлофановые «комбезы» на голое тело, одноразовые медицинские перчатки и прозрачные респираторы…
…Передача захваченного объекта, пленников и героина сотрудникам ИСБ прошла быстрее некуда — менее, чем через минуту после получения сигнала о завершении штурма здание заполонили неразговорчивые мужчины и женщины в строгих темных костюмах, а их начальство добралось до нас, выслушало крайне немногословный доклад матушки, сухо поблагодарило за помощь и пожелало всего наилучшего. Само собой, задерживаться мы не стали — неспешно поднялись на первый надземный этаж, вернулись к своим внедорожникам, забрались на свои места, сняли тактические шлемы с наглухо затонированными линзами и покатили к месту сбора. Там нас «подхватили» дроны сопровождения и помогли добраться до КПП «Дубков». А дальше мы справились сами — доехали до «Байкалов», загнали «Росомахи» в десантные отсеки и подождали, пока матушка с Раисой Александровной пообщаются с местным начальством, зачем-то примчавшимся нас проводить.
Не знаю, как других, а меня обуяла лень. Поэтому, заглушив движок, я не стал выбираться из машины — опустил спинку кресла в горизонталь, закрыл глаза и расслабился. Услышав, что Валя с Варей собрались в туалет, коротко кивнул. Когда девушки открыли двери, и в салон ворвались далеко не самые приятные «ароматы» военного аэродрома, внезапно захотел филе форели с жареным рисом. По возможности, приготовленное матушкой. Уже через долю секунды перед внутренним взором появилась тарелка с двумя кусками рыбы, присыпанной какой-то зеленью, рис с зеленым горошком и ярко-оранжевыми кусочками вареной морковки. Затем к ним добавилась порция поменьше — для самой любимой женщины на свете — и ее любимый заварочный чайничек.
Увы, стоило сглотнуть слюну, как открылась правая передняя дверь, и мои грезы были развеяны голосом
