И вот невидимая для людей красная молния окутывает шарик, закручивает его в другую сторону и несет по воле мага. На тот самый сектор, на который поставил толстый нувориш, испивший 'Соленой собаки'. Ни единого сомнения, эта ведьма в красном выигрывает крупные суммы за счет случайно встреченных в казино посетителей.
— Не будем мешать ей играть? — спросила Иштар, заметив, насколько разгневана Сехмет из-за того, что какая-то выскочка превзошла ее в силе управления физикой.
— Будем, — упрямая, словно ослица, египетская богиня провожала взглядом счастливых победителей, удалявшихся в служебное помещение.
Две девушки незаметно пробрались непростительно близко ко входу для работников. Сехмет и Иштар приложили уши к двери, но за ней ничего не было слышно.
— Уважаемые дамы, — крупье, глядя на подозрительно ведущих себя особ, взял обеих за руки, — кажется, вы немного перебрали, если лезете в это помещение.
— Кажется, — Сехмет решила подыграть, закатила глаза и безвольно обвисла на руках у мужчины, — в уборную бы…
Страх сковывал ее тело. Нет, она не могла выложить все свои козыри перед тем, в ком она разглядела давнего врага. Богиня войны прекрасно видела, что он ослаблен, в его ауре больше следов человека, нежели антропоморфа. Она тайно надеялась, что крупье не сможет изучить ни ее мысли, ни ауру в таком состоянии. Только неподдельный страх выдавал ее.
Учтивый крупье тут же подозвал одного из официантов и велел проводить девушек до уборной. Те повиновались, но когда прислужливый молодой человек отошел от них, богини, стараясь не попадаться на глаза крупье, пробрались к выходу.
Краем глаза богини лишь заметили, как из подозрительного помещения вышла женщина в красном, на поясе которой теперь свисала золотая цепь, и незнакомка снова была бодра, а на подносе у нее — очередной коктейль. Подозрительная женщина бросила взгляд в сторону крупье и застывших на выходе богинь, и Иштар успела заметить, как злобно сверкнули ее глаза. Кроваво-красный огонек на секунду зажегся в них и тут же потух.
Для кого был предназначен очередной коктейль, богини не увидели, потому что они мигом выскользнули из заведения, пока они не успели попасть в поле зрения крупье. То-то он удивится, заметив, как быстро протрезвели странные посетительницы.
— Нехорошее место, — поспешила заметить Сехмет, — я боюсь, что эта ведьма убивает людей. А крупье…
— Довольно искусно, надо сказать, она это делает, — добавила Иштар, — только, хочу заметить, нам не стоит вмешиваться в это дело, если не хотим себе шкуры подпортить. Казино не имеет ничегошеньки общего с порученным нам Аидом. Пара магов пожирают души развратных бизнесменов. Нам до этого не должно быть ни малейшего дела.
— Я почему-то так не думаю, — Сехмет, облачившись в привычный ей кожаный костюм, медленно брела по улице. — Я видела ауру этого рыжего.
Словно в подтверждение сказанного девушка почувствовала мощный поток отрицательной энергии, настигающий ее со спины. Не будь она богиней, она лежала бы хладным трупом на асфальтовой мостовой. Но, спроецировавшись во времени, она успела извлечь катану из ножен, обернуться и ударить по кухонному ножу, который направил прямо в нее некий невысокий хулиган в грязной черной одежде. Ни лица, ни фигуры не разглядеть. Существо, ссутулившись, отбежало не безопасное расстояние и натянуло модную в последнее время черную шапку-чулок почти до самого носа. Иштар тоже успела достать припрятанный револьвер и уже целилась в обидчика.
Нецензурно выругавшись, хулиган бросился прочь.
— Я же говорю, — холодно заметила египтянка, убирая меч в ножны.
— А мне кажется, что эта парочка решила избавиться от нас, чтобы мы не вывели их на чистую воду. Они же поняли, что мы заподозрили их.
— Ну да, — улыбнулась Сехмет, — только это не повод уничтожать богиню ножом, отравленным древнеегипетским цветочным ядом.
Девушка крутила в руках орудие убийства. Обычный человек ничего бы не разглядел. А нанесенный тонким слоем яд и вообще бы не заметил.
— Древнеегипетский? — переспросила Иштар. — Но где в конце двадцатого столетия после пришествия великого изначального он мог найтись? Рецептура же…
— Давно похоронена в гробницах фараонов и известна только моему клану, — закончила за нее египетская богиня. — Я расскажу Исиде об этом месте, думаю, она разберется. Мне кажется, что я нашла, где таится проклятый нами. Жаль, что у нас есть другое дело, и я очень хотела бы, чтобы эта женщина в красном не была связана с ним.
Выстрел пистолета Иштар несколько озадачил Сехмет. Обернувшись, она увидела распростертое на асфальте тело еще одного мужчины в черном. И рядом с ним валялся такой же нож. Можно было и не проверять — снова отравленный. А первый наемник, дрожа от страха, пытался спрятаться за единственным возможным прикрытием — ближайшим столбом. Поймав на себе тяжелый взгляд богинь, он бросился прочь, расталкивая прохожих.
— Но, чую, это не так.
Сехмет взяла коллегу за руку, и они растворились в воздухе. Нечего подвергать свои божественные тела опасности, если можно уйти домой по четвертому измерению.
* * *
1300 лет до нашей эры
Душный воздух давил, мешал дышать. Мальчик перевернулся на другой бок и, завернувшись в простыню, прижал ноги к груди, словно ему не двенадцать, а он беспомощный эмбрион, спящий в утробе матери. Не помогло. Лицо сестры, полное страха и ужаса не покидало его воображения.
Она сама виновата. Целенаправленно она пришла в эту спальню, занесла кинжал над грудью мальчика, словно она не знала, какой он наделен силой, будто эти двенадцать лет он провел в другом царстве. Хладнокровная расчетливая убийца, в мыслях которой можно было прочитать единственное: желание во что бы то ни стало вновь взойти на престол. Ее мужа убили, говорят, заговорщики, но сестра не желала просто так освобождать королевское ложе. Генерал, советник, верховный жрец главного храма… — кандидатур достаточно.
На троне должен сидеть мужчина. Либо это сын предыдущего правителя, либо муж одной из дочерей. Сначала — сын, и только потом — муж. Младший брат стал помехой для амбициозной двадцатилетней женщины. Единственный способ ей остаться на троне — убить мальчишку. Жажда власти настолько ослепила ее, что женщина забыла об одной мелочи — все братья и сестры наделены волшебным даром, наследием великого отца.
Еще и удивлялась, когда мальчишка схватил ее за руку, а подоспевший молодой генерал, которого она прочила себе в мужья, взяв ее за плечи, передал своим подчиненным с приказом отвезти в пустыню и оставить на съедение шакалам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
