— Ты недооцениваешь себя, мой любимый брат, — ласково сказала девушка, повернувшись, чтобы он мог видеть не только ее лицо, но и красивую грудь, — ты эгоист, это мне известно, тебе нравится мчаться на колеснице по бескрайней пустыне, ты любишь свободу… если ты взойдешь на престол, от многого дозволенного тебе придется отказаться. Да, ты можешь сбежать, это куда больше подойдет тебе, нежели отречься от престола. Только подумай обо мне. Чтобы сохранить власть и влияние, мне придется выйти замуж за генерала, который в два раза старше меня, или за престарелого советника…
Мальчик думал недолго:
— Тогда я сбегу вместе с тобой, моя любимая сестра!
Он выпалил это так радостно, что девушка немного перепугалась: неужели он серьезно?
— Нет, мой милый брат, — она обхватила его шею руками и прижалась щекой к голому плечу юноши. — Так нельзя. Ты — единственный наследник и тебе предстоит вернуть народу веру, которую пошатнул наш отец. Ты теперь не маг, и тебе будут доверять. И не важно, что ты юн… не важно.
Ее влажные губы коснулись его щеки, но мальчик лишь оттолкнул сестру.
— Нет. Пусть лучше генерал правит страной. Он больше подходит для того, чтобы занимать трон нашей родины. Я только и умею, что стрелять по уткам, куда мне справиться с хеттами, например?
— Он не может взойти на трон при живом наследнике, — вздохнула девушка.
— Но ты можешь выйти за него замуж, моя любимая сестра. А я отрекусь в его пользу.
— Могу, — она расплакалась, — но не хочу. Потому что…
Она не хотела уходить, она не спускала глаз с мальчишки, с младшего брата. А он не желал менять своего мнения.
— Правителем должен стать мужчина… — твердо сказал юный наследник, — а я…
— Мужчина, говоришь? — сестра подозрительно быстро соскользнула с кровати и встала к нему спиной.
Последующих ее действий он никак не ожидал. Голубая тесьма, на которой держалось ее платье под грудью, упала на пол вместе с брошкой, украшенной большим сапфиром, и еще несколькими ленточками, а вслед осела и прозрачная ткань.
Точеное обнаженное тело сестры, ее идеальная фигура, сводила с ума, затмила все мысли.
— Коли на троне должен сидеть мужчина, — повторилась она и, оборачиваясь, добавила, — я сделаю из тебя мужчину.
— Но мне еще… двенадцать лет, — заикаясь, выдавил из себя мальчик и, закутавшись в простыню, попятился.
Но рука старшей сестры уже сжимала тонкую ткань и отбрасывала ее в сторону. Обычно мужчина покорял женщину, но не наоборот. Чаще женщина отдавалась мужчине, становилась слабой в его сильных объятьях. Но у наследника престола, он чувствовал, тряслись коленки, и сердце колотилось так, будто готово выпрыгнуть наружу.
— Двенадцать, — улыбнулась старшая сестра, — не изображай из себя маленького!
Она прижалась к его телу, и ее ласковые руки прошлись по бокам, от талии до коленок, словно забирая весь страх в себя.
— Некоторые и в десять женятся, мой дорогой, — прошептала она, усевшись у него на бедрах, что мальчик не мог и пошевелиться, не то, что убежать.
Он видел лишь одно — прекрасное тело единокровной сестры. В глубине его души боролись непреодолимое желание и разум. И пусть брат женился на сестре, но повторять его судьбу не хотелось. Царевич мечтал об одной из белокурых хеттских принцесс, о красоте которых рассказывали прибывшие в столицу послы. А тут сестра сама идет к нему в ложе, оставляя чужеземным госпожам только шанс на унылую жизнь в гареме.
Новые для него чувства, бьющая через край энергия, непреодолимое влечение заполняли его тело, тело, в которое любимая сестра втирала одурманивающе пахнущий бальзам.
— Я люблю тебя, и я хочу пройти этот путь с тобой, — прошептала она на ухо, — взойти на престол, вывести страну из смуты, увидеть, как наш наследник продолжит все, что мы начнем. Не бойся, я всегда буду рядом с тобой, как сейчас.
Ему показалось, что она чуточку приподнялась, отпустила руки, но тут же села чуть ближе, вызвав тем самым прилив непонятных ему доселе чувств.
— Что это… — округлив глаза, прошептал он.
Но в ответ лишь получил горячий поцелуй.
— Теперь ты мужчина, — довольная содеянным, сказала сестра.
— Зачем? Ты что?
— Тебе не нравится? — на ее лице — какая-то странная гримаса, щеки красные, рот приоткрыт, а глаза словно слезятся от счастья.
Отказать сейчас — обидеть любимую сестру.
— Не говори ни слова, по глазам вижу, как тебе нравится…
Она обхватила брата за шею и резко перевернулась на спину, увлекая его тело за собой.
— Давай теперь сам, ну же, смелее…
— Откуда ты умеешь, это… — сощурившись спросил он.
Только тело не желало ждать ответа. Инстинкт подсказывал, что нужно делать. Он жадно прижимался к ее груди губами, целовал ее горячие алые щеки, пытался подстроиться под ее глубокое дыхание.
— Быстрее, быстрее, — шептала любимая сестра.
'Нельзя так, беги! — говорил внутренний голос. Но мальчишка не слушал его, им овладело непреодолимое желание, он теперь хотел только одного, то есть одну. Сделать ее счастливой, заставить ее кричать от счастья. Это тяжело, выматывает, но она, вцепившись в его плечи тянет его тело к себе снова и снова, жадно хватает ртом воздух, он чувствует как трясутся ее коленки… нет, не от страха, непонятно от чего. И, главное, ей это нравится. Продолжать дальше нет сил, все, что он может — лечь сверху и обхватить руками ее пышную грудь, позволив остаткам энергии перетечь в ее тело.
— Спасибо, — чуть шевеля губами, сказала она, проведя ладонью по холодной щеке. — Неужели ты думаешь, что генерал сможет сделать меня более счастливой? Если я не люблю его.
— Давай уедем, будем жить в маленьком городе на юге, и…
— Ты рожден правителем, мой венценосный брат.
Против этого не поспоришь.
— Но я… — он медленно приподнялся и понял, что силы вконец оставили его.
Единственное, на что наследник престола оказался способен — улечься рядом.
— Мы, — поправила его сестра, — мы завтра поженимся и вместе взойдем на престол. Мы вернем нашему народу былое могущество, завоюем Хеттскую империю, мы… ты меня слышишь, любимый брат?
Сон готов был обрушиться на него в любой момент. Но должно слушать сестру, не то эта девушка сама напишет его судьбу на ближайшие лет двадцать.
— Я помогу тебе забыть все страхи лучше всех богов на свете, а ты… — она провела рукой по его влажной от пота груди, — ты поможешь людям забыть все те несчастья, что произошли из-за нашего отца. Народ не примет на престоле волшебника, ты пожертвовал своей силой ради этого, а не чтобы уберечься от гнева проклятой сестры. Но супруга-чародейка — вполне приемлемо. Как только мы свяжем судьбы узами брака, ты забудешь о второй половинке своей души. Я знаю заклинание…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
