Жене захотелось активности. Не обязательно связанной с веселым распитием алкогольных напитков и последующим вечером в полузабытьи. Нет, любой активности. Прогуляться по магазинам. Поговорить с кем-нибудь, кроме Лики и Лиды, которые, хоть и носят бюстгальтеры третьего размера, по большому счету, являются совсем еще детьми.
И вот однажды, листая старую телефонную книжку, она наткнулась на давно забытые номера Дашки и Инны. «Позвонить, что ли? – усмехнулась Женя, уже схватившись за телефонную трубку. – Хотя о чем нам разговаривать? Мы никогда не были подругами».
Она и не подозревала, что, набирая один из когда-то наизусть знакомых номеров, она в который раз повернет на сто восемьдесят градусов свою судьбу, по каким-то непонятным причинам все еще к ней благосклонную.
Олег Резников чувствовал себя разбитым и усталым. В последнее время он слишком много пил, к тому же катастрофически не высыпался, да и Дашина ненасытная молодость, точно немецкий кухонный комбайн, безжалостно выдавила из него все соки.
Запершись в захламленном просторном кабинете своего офиса, он меланхолично покуривал приобретенную в Доминиканской Республике сигару и думал о том, что ему срочно необходимо отдохнуть. Все равно где, все равно как, лишь бы остаться в долгожданном одиночестве. Можно поехать погреться на какой-нибудь средиземноморский курорт, а можно устроить неделю отчаянного спорта, колесить по морским просторам на арендованной яхте или на сверхскоростных лыжах мчаться с заснеженной горы. Смакуя на кончике языка горьковатый дым, Резников словно наяву видел себя, подзагоревшего, улыбающегося, бодро забегающего в прохладное море... Вот только выдержать бы последнюю гонку, выполнить давно данное навязчивой Дашке обещание – пристроить ее в этот чертов концерт, и все. Больше он никогда не будет так издеваться над собственным организмом. Пора завязывать и с бессонными ночами, и с коньячными литрами, да и с самой Дашкой, пожалуй, тоже.
– Олег Викторович, в приемной посетительница, – раздался размытый интеркомом голос секретарши.
Он удивленно взглянул на перекидной настольный ежедневник – никаких договоренностей и назначенных встреч не было. Неужели секретарша, дура жалостливая, опять пропустила в его приемную какую-нибудь боевитую самозванку, которая мнит себя звездой эстрады и не сомневается, что он, Олег, будет просто счастлив поспособствовать ее популярности?
– Меня нет, – буркнул он.
– Она говорит, что это очень важно и срочно. – Секретарша медленно, но верно приближалась к неминуемому увольнению.
Скольких офисных идиоток он сплавил за последние полгода – пять, семь, десять? Он давно перестал считать.
– Они все так говорят. Соврите ей что-нибудь. Я занят.
– Но она говорит...
– Да плевать мне на то, что она говорит! – вышел из себя Резников. – Прогоните ее, а потом зайдите в отдел кадров за трудовой книжкой.
Помолчав, тупая секретарша решила продолжить атаку:
– Она говорит, что дело касается Даши... – и, смутившись, добавила: – Вашего нового проекта.
О романе Резникова с девятнадцатилетней Дашей сплетничал весь офис. Сначала Олегу это нравилось – ему казалось, что в посторонних глазах он выглядит этаким донжуаном, умудренным и опытным, соблазнившим юную красотку. Но в последнее время ему все чаще казалось, что окружающие над ним безобидно посмеиваются – мол, наш-то, дурак старый, пошел на поводу у хваткой девчонки.
Олег раздраженно поморщился:
– И что она говорит?
– Пропустить ее к вам?
– Черт с вами, пропускайте.
Он смахнул пепел со стола прямо на светлый ковер. Ничего страшного, когда он уедет на море, здесь сделают косметический ремонт, давно пора.
В дверь интеллигентно постучали. Олег, ненавидевший все эти китайские церемонии, принципиально промолчал. Откинувшись в кресле, он приготовился неприязненной гримасой и легким хамством выпроводить незваную гостью вон. Но каково же было его удивление, когда в кабинет заглянула... Инна Иртенева.
– Меня зовут...
– Я прекрасно знаю, кто вы, – перебил Олег, – и даже догадываюсь, зачем пришли.
– Да? – растерялась Инна. – Так вам все известно?
Тут уж настала его очередь удивляться:
– О чем?
– Думаю, в ребусы мы играть не будем, – мягко улыбнулась Инна. – Я могу сесть?
– Может, вам еще и кофе предложить? – пробормотал Олег. – Обойдетесь. Говорите, зачем пришли. Вы тоже хотите со мной работать, так? И считаете, что раз я собираюсь подписать контракт с Дашкой, то и вам здесь что-нибудь светит. – Олег привык не церемониться с потенциальными звездочками и, как всегда, говорил резко. – Ведь вы были солисткой, а Дашка трудилась у вас на подпевках. А теперь вы развелись, вы не у дел и ищете, куда бы приткнуться. Ну что, я угадал?
Резников видел, что Инна взбешена, что ей отчаянно хочется врезать ему своей стильной кожаной сумочкой. Словно энергетический вампир, он оживился и даже немного развеселился:
– Теперь можете изложить вашу версию.
– Да как вы можете... За кого вы меня принимаете?! – Инна решительно подошла к его рабочему столу и схватила стоящий перед Олегом стакан с водой. Сначала он думал, что содержимое стакана пылкая дамочка выплеснет ему в лицо. Но вместо этого Инна, запрокинув голову, залпом выпила воду и с грохотом вернула стакан на место. – Если вы хотите знать, я рада до смерти, что от всего этого избавилась! Не нужна мне ни сцена, ни ваши дурацкие песни – ничего! Я никогда не хотела петь.
– А что же тогда пели? – усмехнулся он. – Если бы моя карьера не задалась, я бы тоже всем говорил, что мне не больно-то этого и хотелось.
– Я вообще не понимаю, как Дашка с вами может общаться. – Она промокнула лоб спрятанным в рукаве бумажным платочком.
– Кстати, вы, кажется, именно о ней и хотели поговорить, – с усмешкой напомнил Олег, – а вместо этого зачем-то оскорбляете меня. В моем же собственном кабинете.
– Да... – Инна устало вздохнула и все-таки присела на краешек его дубового стола. – Может быть, я и не имею права вмешиваться...
– Скорее всего, – встрял Резников.
– Но я вижу, что Дашка собирается совершить большую ошибку, и думаю, что мы оба должны ее от этого удержать.
– Мы оба? – непонимающе уставился на нее Олег. – Вы имеете в виду контракт?
– Ох уж эти мужчины... – насмешливо протянула Инна. – Ничего вы не понимаете. Ну как вы могли не заметить, что она ждет ребенка!
– Что вы несете? – щелчком пальца Олег метнул потухшую сигару в корзину для мусора.
– Дашка ждет ребенка, – четко проговорила Инна, – надо полагать, вашего. А вы лезете к ней с идиотским контрактом, о котором она всю жизнь мечтала, поэтому и готова сделать аборт, несмотря на то что уже на третьем месяце.
