недолга. Тем более что ты сам слышал, торжеств не будет. К тому же что нам с тех торжеств, как с куриных перьев навару. А так можно будет и о себе позаботиться.
– Опять вывернулся, – подумав, удивленно проворчал майор. – Ладно. Ты лучше скажи, когда обратно в Пятигорск собираешься. А то бросили все и уехали.
– Ну, не думаю, что там что-то серьезное случиться может. Тем более что все, кому надо, знают, что мы с тобой очередное дело раскручиваем, – проворчал Руслан, прикидывая возможные последствия их отъезда. – Сколько тебе времени нужно, чтобы в суд все передать?
– Неделя. Это если не разгибаться, – стоически вздохнув, отрезал Рязанов.
– Ну, неделю точно переживем, – кивнул Шатун.
– А ежели пока нас нет, в городе всякая шваль начнет голову поднимать? – не унимался майор.
– Ну, тогда они точно узнают, за что меня Лютым блатные прозвали, – жестко усмехнулся Руслан.
На этом разговор и закончился. Оба понимали, что в сложившейся ситуации Руслану уезжать нельзя. Ведь в Краснодар он примчался с одним десятком бойцов. И в случае чего, именно он сможет отбить с этим десятком любое нападение. Что ни говори, а выучка у молодого штабс-капитана была серьезной. Это признавали все. Даже опытные ветераны из казачьих бойцов. Так что Рязанову пришлось смириться и ускорить оформление документов.
Спустя неделю дело ушло в суд, и приятели вздохнули с облегчением. С учетом того, что дело это взял под свой контроль лично генерал-губернатор, в исходе его можно было не сомневаться. Закрытый трибунал вынес суровый приговор, и все фигуранты отправились на Сахалин, добывать уголек. А через день после оглашения приговора офицеры были вызваны на личный прием к генерал-губернатору.
В кабинет они вошли в своем повседневном виде. Ведь примчались приятели в город не на балах блистать, а с врагами резаться. Улыбнувшись при виде них, генерал-губернатор жестом указал приятелям на стулья и, подвинув к себе папку, с видом доброго дядюшки протянул:
– Ну, молодцы, порадовали. Это ж надо умудриться, сидя в Пятигорске, здешний заговор вскрыть. Умеете работать, молодые люди. Не отнять. Умеете. Не стану кота за хвост тянуть, скажу прямо. Все награды свои вы оба заслужили. Извольте, господа. Георгиевские кресты обоим, – тут он протянул приятелям наградные бумаги, – и чеки на предъявителя, каждому по пять тысяч. Понимаю, что не много, но пока так. А дальше от вас зависеть будет, – лукаво подмигнул губернатор, выдавая им подписанные чеки.
– Премного благодарны, ваше высокопревосходительство, – дружно гаркнули приятели неуставную фразу, но и обстановка уставному обращению не соответствовала.
– Господь с вами, молодые люди, – отмахнулся генерал-губернатор. – Это я вам по гроб жизни обязан. Обоим. От очередной замятни уберегли.
Находившийся здесь же Татищев вручил каждому коробочку с Георгиевским крестом и, пожав руки, лукаво подмигнул, явно на что-то намекая.
– Принято решение там, – продолжил генерал-губернатор, ткнув пальцем в потолок, – что офицеры, выслужившие полный Георгиевский бант, имеют полное право испросить вспомоществования от государства для личного обустройства по выходе в отставку. Об отставке вам думать пока рановато, а вот про обустройство ваше мы тут сами подумаем. Дальше вам, вон, генерал ваш, да Петр Иванович расскажет, – кивнул он на сидевших у стола помощников. – Ступайте с богом, мальчики, – тепло улыбнулся он, устало вздыхая.
Приятели дружно вскочили и, щелкнув каблуками, покинули кабинет, оставшись в приемной, дожидаться начальство.
– Похоже, он так от раны толком и не оправился, – кивая на кабинет, еле слышно выдохнул Руслан.
– Похоже на то, – кивнул майор. – Что дальше делать станем?
– Я в Пятигорск завтра, а ты можешь еще на пару дней задержаться. Думаю, Лизонька будет рада, – поддел его Шатун.
– Все бы тебе зубоскалить, – насупился Рязанов.
– Вот дурень-то, – фыркнул Руслан. – О тебе ж забочусь. Куй железо, пока горячо. Глядишь, и сладится. Что ни говори, а ты теперь и не голодранец вовсе. Осталось новое гнездо свить.
– Вот ведь вьюн, – не удержавшись, тихо рассмеялся Рязанов.
– Ты лучше скажи, с маменькой все дела решил? А то я умчался и не знаю толком, как все разрешилось, – сменил тему Шатун.
– Вроде решил все, – задумчиво кивнул майор. – К врачу ее свозил, тот лечение назначил уже. И дом им снял. В общем, вроде сложилось все.
– Ну и слава богу.
Вышедшие из кабинета Татищев и Тарханов, увидев приятелей, едва заметно улыбнулись и повели их в кабинет князя. Там, рассевшись у стола, уже в более приватной обстановке генералы поведали приятелям, что полученные ими награды далеко не все. Генерал-губернатор, после недолгих размышлений, свалил все наградные дела на князя, и тот, не придумав ничего лучше, решил помочь приятелям с обустройством новых имений. Это означало, что им были наняты две артели, получившие генеральский заказ на строительство двух особняков. Материалы уже начали готовить.
К тому же между генералами было решено вывести обоих офицеров в полные кавалеры ордена Святого Георгия.
– По плодам узнаете их, – завершил свою речь Тарханов цитатой из Библии. – Так что, мальчики, служите спокойно. Мы вас никому в обиду не дадим.
– Даст бог, вы меня на посту смените, – тихо добавил Татищев, и приятели, переглянувшись, только кивнули, понимая, что любые слова тут лишние.
* * *
В Пятигорск они въехали примерно в полдень. Весь день шел мелкий, нудный дождь, от которого промокало всё. И лошадиные шкуры, и амуниция, и одежда. Так что первым делом вся группа отправилась домой. Сушиться и приводить себя в порядок после долгой дороги. Помывшись, и убедившись, что за время их отсутствия в городе ничего не случилось, Руслан решил посвятить немного времени личным делам.
Рязанов укатил к матери, так что Шатун, свистнув свое сопровождение, отправился к базару. Пешком, накинув на себя бурку и покрыв голову башлыком. Подойдя к знакомой уже лавке, парень внимательно осмотрелся и, к собственному удивлению, вдруг приметил на углу маленького оборванца Петьку. Жестом подозвав его, Руслан протянул мальчишке медную монетку, тихо спросив:
– Ты чего тут высматриваешь?
– До Саньки Штырь пришел, – быстро оглянувшись, сообщил мальчишка.
– Что за Штырь, чем промышляет? – быстро спросил Руслан.
– Гоп-стопом живет. Встретит гуся какого, подрежет малость да оберет до нитки. Злой он на Саньку. Сам все к ней клинья подбивал, да она его послала куда подальше. Вот он и решил с ее лавки долю брать. Воры решили, что она должна на общак откидывать.
– Значит так. Сейчас бежишь к своим ворам и рассказываешь, что Лютый в городе, и лавка эта его. Моя в смысле. И на общак им никто платить не будет. Пусть скажут спасибо, что я с них долю за подышать не требую. Все
