понял?
– Ага, понял, – быстро кивнул Петька. – А со Штырем чего делать станешь?
– Забудь за Штыря, – отмахнулся Руслан. – Его больше нет.
Охнув, мальчишка отбежал к соседнему углу здания и, забежав за поворот, осторожно выглянул обратно. Чуть усмехнувшись, Руслан знаком позвал казаков за собой и, поднявшись на невысокое крыльцо лавки, решительно шагнул вовнутрь. Негромко звякнул колокольчик над дверью, и Санька, стоявшая за прилавком, растерянно замерла. Перед ней, перегнувшись через прилавок, что-то тихо шипел невысокий, крепкий добротно одетый мужик.
– Уважаемый, ты или покупай, или отойди. Люди ждут, – произнес Руслан, подмигнув подружке.
– Сгинь, – огрызнулся мужик, не оборачиваясь.
Вместо ответа Руслан от всей души отвесил ему пинка по откляченной заднице. Взвыв, мужик стремительно развернулся, и в воздухе тускло сверкнул клинок короткого ножа. Этого Шатун и добивался. Прогнувшись в пояснице, он пропустил мимо нож и, выпрямляясь, с силой хлопнул мужика ладонью по лбу. Ахнув, мужик качнулся назад, наваливаясь поясницей на прилавок, и Руслан тут же нанес прямой удар ногой в живот, под пряжку поясного ремня.
При его весе и умении бить он таким ударом проламывал дверную доску. От удара ноги мужика снесло назад, а корпус, ударившись о прилавок, качнулся вперед. В итоге он со всего размаху приложился мордой об пол. Небрежным движением отбросив в сторону оброненный мужиком нож, Руслан указал на него своим казакам, с хищной усмешкой попросив:
– Поднимите его, браты. И перед дверью поставьте.
Казаки ловко вздернули мужика на ноги и, оттащив примерно в середину зала, поставили так, чтобы входная дверь оказалась у него за спиной.
– Санечка, дверку-то открой, – усмехнулся Руслан, делая глубокий вдох.
Санька, оббежав казаков, распахнула дверь во всю ширь, и Руслан, стремительно обернувшись вокруг своей оси, ударил. Крепкий, подбитый железными набойками сапог с силой врезался мужику в грудь, и Штырь, вырвавшись из державших его рук, спиной вперед вылетел на улицу. Перелетев крыльцо, он рухнул на тротуар и, перекатившись через голову, растянулся на мостовой ничком, даже не пытаясь шевелиться.
Один из казаков, выскочив на улицу, быстро приложил пальцы к становой жиле и, поднявшись, растерянно почесал в затылке, сдвинув папаху на брови.
– Ну, княже, удивил, – растерянно протянул он, входя в лавку. – Битюг и тот легче лягает. Ты ж его кончил.
– Туда и дорога, – небрежно отмахнулся Руслан. – Я своего никому не отдаю, – добавил он, поворачиваясь к девушке. – Как тут дела?
– Теперь и не знаю. Раньше хоть договориться можно было, а теперь и не знаю, чем закончится, – вздохнула Санька, кивая на дверь.
– Я Петьку к ворам отправил, с предупреждением, – отмахнулся Руслан. – А чего ты сама им раньше не сказала, что со мной в доле?
– Сказала, да только не поверили они, – снова вздохнула девушка. – Сказали, что ты мзды не берешь, и торговлишкой тебе пробавляться невместно.
– А я ею и не пробавляюсь, – снова усмехнулся Руслан. – Для этого у меня ты есть. Я только деньги в дело вложил. Но за свое могу и еще раз по малинам пройтись.
– Не надо, – мотнула Санька косой. – Раз ты Петьку к ним отправил, теперь поверят. Ой, полиция, – пискнула она, моментально подбираясь.
В дверь шагнул полицейский урядник и, оглядевшись, спросил, расправляя пышные усы:
– А дозвольте спросить, господа казаки, кто из вас того человека ударил? – поинтересовался он, ткнув пальцем себе за плечо.
– Я, – развернулся к нему Руслан всем телом.
– Гм, – подтянулся урядник, моментально узнав могучую фигуру. – Осмелюсь доложить, урядник Меднов, ваше благородие. Дозвольте узнать, за что вы его так?
– С ножом на меня кинуться посмел, – коротко пояснил Шатун, кивая на лежащий на полу нож.
– Всегда знал, что Штырь глуп, но чтоб так… – удивленно качнул урядник головой. – Могу я из покойницкой телегу вызвать? Непорядок, когда убитый у базара валяется.
– Конечно. Вызывайте, голубчик, – благосклонно кивнул Руслан и, достав из кармана полтину, протянул ее полицейскому. – Не сочтите за обиду, примите за беспокойство.
– Благодарствую, ваше благородие, – поклонился урядник, ловко убирая полтину в карман.
Выйдя из лавки, он тут же развил бурную деятельность. Отогнав от трупа зевак, он отправил дворника в больницу за телегой и, с грозным видом встав над телом, принялся покрикивать на особо любопытных. Руслан вернулся к делам насущным, начав выяснять у Саньки, какие у нее имеются вопросы или проблемы. Звякнувший колокольчик заставил его оглянуться. Влетевший в лавку Петька, осторожно придерживая руками свои лохмотья, подошел к прилавку и, покосившись на Руслана, негромко сообщил:
– Санька, старшие велели передать, что работать ты можешь спокойно. Никто тебя принуждать не станет. А тебе, Лютый, велели сказать, что они прощенья просют. Не знали, что ты Саньку под свою руку взял.
– Ты им про Штыря рассказал? – иронично уточнил Шатун.
– Угу, – шмыгнул носом мальчишка. – Он как из лавки вылетел, так я сразу и понял. Не жилец. Так старшим и передал.
– Молодец. Правильно все сделал, – одобрительно кивнул Руслан. – Санечка, дай ему калач какой или пряников, – попросил он девушку.
– Вера! – оглянувшись, позвала девушка.
Из задней комнаты выглянула девушка лет семнадцати, в которой Шатун сразу узнал сестру контрабандиста Никандра.
– Покорми Петрушу, – улыбнулась ей Санька, жестом указывая мальчишке на заднюю комнату.
– Ты бы не пускала его туда в таком виде, – с сомнением проворчал Руслан, глядя мальчишке вслед. – Грязный он больно. Понимаю, что на паперти чистому не подадут, но и на кухне ему делать нечего. Там же тесто и все такое.
– Не будет его на кухне. В кладовке поест, – улыбнулась Санька в ответ. – Нам бы еще в помощь кого. Парня покрепче, – решившись, добавила она. – А то возчики товар привозят, а грузить отказывают.
Говорят, сами управляйтесь или платите. А берут-то немало. Вот мы с Верой и корячимся с теми мешками.
– А есть кого нанять? – задумался Руслан.
– Есть. Сенька-горбун, – помолчав, решилась Санька. – Сам он горбат да хром, потому и не берут его совсем. Вот и перебивается, где чего поднести да переставить надо. А сил у него на пятерых.
– Глянуть-то на него хоть можно? – удивленно поинтересовался Шатун.
– Пойдем. Он сейчас на заднем дворе дрова колет, – вдруг засуетилась Санька.
– Давно его знаешь? – глядя ей в глаза, тихо спросил Руслан. – Только не ври мне.
– Давно, – поджав губы, кивнула девушка.
– Тоже на воров работал? – не унимался Шатун.
– Нет. Он прежде в доме нашем бывал. Сестра его горничной у родителей моих служила. А он так, подай – принеси. Говорю же, из-за горба никто на службу не берет. А он человек добрый. Вот и подумала… – Санька запнулась, с тревогой глядя на Руслана.
– Ну, давай я хоть гляну на
