Белла остановилась как вкопанная.
— Давай начистоту. Этот инцидент окончательно открыл мне глаза на то, до какой степени мы разные.
Жак встревожился:
— Мы не разные, Белла. Во многом мы удивительно похожи, и ты прекрасно об этом знаешь.
Ей ли не знать, в чем они удивительно похожи! Даже сейчас его голос, жесты, лицо волновали ее, от малейшего прикосновения учащался пульс и загорались краской щеки! Черт бы его побрал!
Полная решимости не сдаваться, Белла двинулась дальше.
— Мы не похожи в самом главном, — сказала она. — Скажем, я ценю спокойную и безмятежную жизнь. У тебя же, как видно, настоящий талант постоянно собирать тучи над своей головой!
— Бог мой! Но я же в этом не виноват!
Девушка пожала плечами.
— Это-то меня и пугает больше всего. Беспутный, беспечный образ жизни…
— — Белла, с беспутной жизнью покончено. — Что-то не похоже, а ведь такое поведение будет стоить тебе жизни!
В его голосе звучали нотки мольбы и раздражения, когда он ответил на эту страстную речь обиженной скороговоркой:
— Белла, меня сегодня чуть не покалечили. Слово утешения совсем не помешало бы. Вместо этого ты начинаешь меня пилить и донимать своими безосновательными страхами!
Она резко повернулась и посмотрела ему прямо в глаза.
— — Если тебе нужно утешение — отчего бы не пойти к Ляруа? — ехидно спросила девушка. — Ее кавалер смылся из города, путь свободен… Чего же ты ждешь?
Она отвернулась от него и быстро зашагала прочь. Жак выругался сквозь зубы и заторопился за ней.
В последующие дни Белла тщательно избегала Жака. Она считала, что он стремительно катится в пропасть, но не знала, как спасти его от неминуемой гибели Инцидент с кастетом и едва не сломанной челюстью показал, насколько Жак уязвим перед лицом неожиданностей и насколько она бессильна защитить его, если кто-то всерьез решит с ним разделаться. Белла ежечасно боялась за него, хотя разум и подсказывал ей, что раньше августа с Жаком ничего случиться не может. Что, если новый взбешенный соперник явится не с кастетом, а с ножом или револьвером? Не успеешь и глазом моргнуть, как Жак уже будет лежать в луже крови. Это может произойти и в том случае, если она будет рядом за кулисами или даже на сцене в двух шагах от него.
Белла злилась на себя, но продолжала испытывать влечение к нему, невзирая на то, чего он беспечно отвергал все предупреждения. Девушка понимала, что ей пора подумать о собственных чувствах. Он явно обречен, стало быть чем больше она привязывается к нему, тем тяжелее ей станет в августе, когда произойдет трагедия, если, конечно, высшие силы не унесут ее обратно в двадцатый век до его гибели.
Поэтому в дни перед генеральной репетицией и премьерой Белла отвергала все знаки внимания со стороны Жака, решительно отказывалась от свиданий. Красавец тенор смотрел на нее то умоляюще, то обиженно, но девушка избегала его глаз и старалась не оставаться с ним наедине. Она неустанно наблюдала за артистами, пытаясь определить потенциального убийцу.
Через несколько дней после случая с кастетом в театр зашел констебль, чтобы переговорить с Лефевром и директором труппы. Он сообщил, что дружка Ляруа действительно больше нет в городе и что, судя по собранной информации, это трусливый мелкий хулиган, от которого не стоит ожидать серьезной мести.
Новость быстро распространилась среди актеров. Белла сделала вывод, что дружок Ляруа — фигура случайная и настоящего убийцу, до сих пор никак себя не проявившего, следует искать в другом месте.
За тридцать минут до генеральной репетиции Этьен собрал труппу для последней беседы перед важным событием. Собралось больше двадцати певцов, хористов и танцоров. Многие уже были готовы к выступлению — загримированы и одеты, кое-кто в париках. Остальные, занятые ближе к концу представления, были еще в обычной одежде.
Этьен, в черном парадном сюртуке, в белой сорочке и с пышным жабо, прохаживался по сцене перед сидящими в зрительном зале артистами.
— Леди и джентльмены, — торжественно начал он, — считаю своим долгом поблагодарить вас за сотрудничество и за добросовестный труд на протяжении короткого, но весьма плодотворного репетиционного периода. Сегодня мы увидим результат наших неустанных трудов, наше совместное дитя — представление, которое обещает стать самым блистательным из всех виденных публикой Нового Орлеана.
Этьен сделал паузу и насладился одобрительным шумом в зале. Затем поднял руку, призывая к вниманию.
— Думаю, нет нужды Лишний раз подчеркивать всю важность сегодняшней генеральной репетиции, тем более что на ней будут присутствовать почетные люди нашего города и критики из газет.
— — He бойся, Этьен, мы не подведем! — выкрикнул всегда уверенный в себе Жак. Все засмеялись.
— А я и не боюсь, — продолжал директор труппы. — Чего мне бояться с такими ребятами, как вы!
И все же должен напомнить вам: сегодня надо постараться и выложиться до конца.
— Ваше желание — закон! — донесся из зала громкий баритон Андре Дельгадо.
— Замечательно! Прежде чем вы разойдетесь и продолжите подготовку, я вас взбодрю одним важным сообщением. — Этьен горделиво усмехнулся. — Сегодня я получил телеграмму от Джаспера Мейфилда, антрепренера Мориса и Андреа Блумов. Мистер Мейфилд ставит нас в известность, что всемирно известные тенор и сопрано через две недели будут в Новом Орлеане и согласны принять наше предложение выступить на сцене «Сент-Чарлз-опера» с несколькими номерами. Большая честь для нас. И продажа билетов пойдет намного веселее, не так ли, Клод?
Клод, главный кассир, довольно заулыбался и помахал рукой. Остальные захлопали в ладоши и радостно зашумели. Настырный Этьен сумел сделать жителям города большой подарок.
Директор труппы хлопнул в ладоши и объявил:
— Друзья на этом закончим. По местам! Ни пуха ни пера!
По пути за кулисы дорогу Белле загородил словно соткавшийся из воздуха Жак — его внезапное появление напомнило ей давние фокусы привидения. Тем что Жак сейчас смотрел на нее, с мольбой и призывом, как некогда фантом. Девушка вся напряглась. Ей не хотелось выяснять отношения незадолго перед представлением, лучше держаться подальше друг от друга в такой важный день. Одно ее утешало — синяк на его скуле был незаметен.
— Жак, я спешу, мне еще долго одеваться, — прерывающимся голосом сказала Белла. — Нет времени на разговоры…
— Знаю, cherie. — Он нежно взял ее за руку и грустно улыбнулся. — Я хотел лишь пожелать тебе удачи. Волнуешься?
Она отрицательно покачала головой. Слава Богу он не намерен выяснять отношения перед представлением. — Нет, почти не волнуюсь. Самое большое испытание для меня — трио, это не намного страшнее, Жак церемонно поцеловал ей руку.
