— Я видел, как ты репетировала вместе с Элен и Тесс, Надо сказать, школьница из тебя получается неотразимая.
— Спасибо. — Улыбнувшись слегка дрожащими губами, девушка осторожно высвободила руку. — Удачи тебе, а мне пора.
Она почти бегом направилась в гримерную. Хорошо, что обошлось без стычки и они с Жаком не взвинтили друг друга перед генеральной репетицией. Однако разочарование в его глазах разрывало сердце. Впрочем, времени на размышления и угрызения совести не оставалось. Они с Элен проворно оделись и загримировались и через несколько минут уже стояли в хоре на сцене за закрытым занавесом. Проходя с Марией на авансцену, Жак искоса взглянул на Беллу.
Она вздохнула. Как жаль, что их отношения с Жаком зашли в тупик. Сегодня он особенно красив, хотя полосатый пиджак, светлые брюки и соломенная шляпа были не тем костюмом, в котором он рисовался ей в ночных мечтах. Вот в вечернем фраке он был неотразим!
Через несколько секунд из оркестровой ямы раздались нестройные звуки настройки, потом пауза — и зазвучала увертюра. Бордовый занавес разошелся в стороны, и Белла увидела почти пустой зрительный зал, ряды роскошных кресел. Большая часть публики сосредоточилась в частных ложах. Там сидели дамы в вечерних туалетах и строго одетые солидные мужчины, в том числе и маститые критики.
По взмаху дирижерской палочки Мария и Жак запели «После бала», Белла испытала укол ревности — вот бы сейчас стоять рядом с Жаком! Она бы спела не хуже!
Представление шло отлично, без сучка и задоринки. Публика реагировала с энтузиазмом. Несколько жестковато звучал голос Терезы Обрегон во время ее дуэта с Андре — они пели «Последнюю летнюю розу». Андре из кожи вон лез, и в его голосе звучала подлинная страсть, а Тереза в его объятиях была как деревянная, в ее пении чувствовалась безучастность, натянутость. Это был, пожалуй, единственный номер, заслуживший лишь вялые аплодисменты. Зато когда Андре исполнял душещипательную «Ее бы лучше пожалеть, чем упрекать», обращаясь к безмолвной Белле, аудитория неистовствовала от восторга. На Белле было вульгарное красное платье все в блестках; на шее красовалось боа из перьев, в руке девушка сжимала живую розу. Белла с удовольствием сыграла свою роль и совсем не боялась. Страх появился, когда настало время выходить вместе с Элен и Тесс в роли школьниц. Впервые она выступала перед публикой как участница трио, а не большого хора. Погас свет, замелькали огоньки «калейдоскопа». Элен сжала руку Беллы и шепнула:
— Удачи, куколка!
— Спасибо, — благодарно ответила Белла. — Тебе тоже!
Нo опять-таки, к своему удивлению, она ощутила, что паника отпустила, как только вспыхнул свет и раздались слабые приветственные аплодисменты и смех по поводу их забавных костюмов. На всех трех девушках короткие платья с передничками и кружевные панталончики. Лица густо усыпаны нарисованными веснушками, щеки без меры нарумянены, а на головах — яркие соломенные шляпки.
В нужное время девушки подхватили мелодию оркестра и запели веселую песенку, держась за руки и пританцовывая под музыку. Когда номер закончился и они раскланялись, раздался гром аплодисментов.
Свет в зале начал медленно гаснуть. Элен повернулась Белле, показав подруге поднятый вверх большой палец, и все три девушки убежали за кулисы. После такого успеха Белле не было страшно даже вращение хрустального шара в полной темноте.
Однако за сценой ее поджидал неприятный сюрприз: Жак, Этьен, Андре и Тереза тихо, но ожесточенно о чем-то спорили.
— Тереза, — умоляюще говорил Андре, — сегодня тебе не следует петь соло. Ты и без того перенапрягла голос во время нашего дуэта.
— Не лезь не в свое дело! — хрипло огрызалась Тереза. — Я сама решаю, что мне делать, а что нет!
— Андре прав, — раздраженно возражал ей Этьен. — . Если будешь солировать, то неизбежно угробишь голос. Пусть остаток представления за тебя допоет дублерша. В конце концов сегодня только генеральная репетиция. Надо беречь силы. Нам не нужны сюрпризы на премьере.
Тереза хмурилась и упрямо отмахивалась от трех увещающих ее мужчин. Тут Жак заметил стоящую чуть в стороне Беллу. Он бросил на нее влюбленный взгляд и улыбнулся — у девушки стало тепло на душе. Как глупо все-таки, что их отношения испортились!
— Нет, Этьен, не уступай Терезе, — сказал Жак. — Она сама не понимает, что больное горло надо поберечь. Пусть Белла споет за нее.
Остальные трое удивленно хмыкнули и уставились на Беллу.
Став центром внимания, она сразу вспыхнула. Предложение Жака вызвало в ней бурю чувств. Девушка была в полном смятении, страх и возбуждение разом овладели ею. Справится ли она? Да, ее уверенность в себе окрепла во время соло Андре и после удачного участия в трио. Но соло! Это как прыжок в пустоту.
Этьен нетерпеливо взмахнул рукой. — Что за глупые шутки, Жак! Мы все прекрасно знаем, что Белла не тянет на солистку. — Но она только что с блеском исполнила песенку про школьниц!
Этьен насмешливо пожал плечами:
— Сравнил!
Жак подошел к Белле, взял ее за руку и заглянул в глаза.
— Прав Этьен или нет? — спросил он ее. — Почему бы тебе не воспользоваться случаем и не показать, на что ты действительно способна? Споешь для меня, cherie?
Белла могла только гадать, почему она согласилась. Радость после маленького успеха на сцене или накопившееся между нею и Жаком напряжение? Страстная мольба в его глазах или собственное подавляемое годами желание преодолеть страх, самовыразиться, явить миру свои способности и богатство своего внутреннего мира? Отказать Жаку в столь драматический момент и при людях означало бы пасть в его глазах, объявить себя трусихой и дурочкой. Так или иначе, но она встретилась взглядом с Жаком и с уверенностью сказала:
— Да, я спою для тебя.
Жак улыбнулся так счастливо, что Белла уже не могла уступить и хоть на секунду пожалеть о своем решении. И тут он совершил нечто поразившее ее — наклонился и быстро, но страстно поцеловал.
Оторвавшись друг от друга, они увидели, что окружающие не сводят с них глаз.
— Белла поет вместо Терезы, — сказал Жак Этьену тоном, не терпящим возражений. Потом повернулся к Терезе: — Ты согласна? Один-единственный раз. Сегодня вечером.
Вид у Терезы был озадаченный. Соглашаться ей не очень хотелось, но в конце концов она кивнула. — Этьен? — настаивал Жак. Тот впился строгим взглядом в Беллу.
— «Баркаролу» знаешь? — спросил он.
— — Да, сэр. Хоть ночью разбудите — тут же пропою.
Этьен недоверчиво повернулся к Жаку.
— Послушай, ты действительно уверен, что она справится? Без репетиций…
Жак ободряюще улыбнулся Белле.
