Сердце Беллы заколотилось быстрее. Как идет Жаку стеганый бордовый халат! Его грудь была обнажена. Вспомнив, как темные волоски восхитительно щекотали ее соски, Белла ощутила сладостную дрожь во всем теле. Он шел к ней с очаровательной улыбкой, и девушке стало так спокойно, так радостно на душе! Она залюбовалась непокорной прядью волос, спадавшей ему на лоб, легкой щетиной на резко очерченных скулах.
Белла разом припомнила их ночные ласки и покраснела. Лишь теперь она заметила, что лежит совершенно голая. Боже, голая и в чужой кровати!.. И они целовались и ласкали друг друга всю ночь напролет!
Странный и чудесный факт заключался в том, что любовью они занимались лишь один раз. Жак медленно подготовил Беллу ко второму разу, однако она так морщилась от боли, что ему пришлось остановиться. С коротким стоном разочарования он ласково обнял ее и стал успокаивать. Белла ощутила его неудовлетворенность, и инстинкт подсказал ей, что делать, — она взяла его твердую плоть в руки и ласкала ее, пока он не изверг семя…
Теперь его присутствие вызывало из памяти упоительные воспоминания — она снова переживала отдельные моменты их безумной ночи. Голова слегка кружилась, и в теле была какая-то приятная слабость, но Белла все же приподнялась на подушках и стыдливо натянула на себя простыню — до самой шеи.
Жак поставил поднос ей на колени и наклонился поцеловать.
— Ах, я опять хочу тебя, милая, — ласково сказал он. — Однако сперва тебе надо восстановить силы, правда?
Белла застенчиво улыбнулась и сделала глоток горячего кофе со сливками.
— Спасибо! Так мило, что ты принес мне завтрак.
Жак сел рядом на кровать. Его запах, уже знакомый по прошедшей ночи, снова растревожил упоительные воспоминания. Белла откусила кусочек пирожка, а Жак тем временем чуть сдвинул простыню и стал целовать ее грудь. Губы щекотали ее сосок. Не готовая к ласке сейчас, при свете дня, девушка осторожно подалась в сторону.
— Что случилось? — спросил он, чуть нахмурившись.
— Я… — Его грозный вид смутил ее. Белла осеклась, потупив взгляд на поднос, и натянула простыню обратно, прикрыв оголенную грудь. — Я впервые просыпаюсь в мужской постели.
Ее слова не остановили Жака. Он с ласковой решительностью потянул простыню вниз и положил ладонь Белле на грудь. Она опять попыталась отпрянуть, но остановилась, встретив его пылающий взгляд.
— Я знаю, ma cherie, что ты впервые в мужской постели. И что я первый. Как это приятно, как это меня возбуждает! Я твой первый мужчина… и последний! — От подобных собственнических слов у Беллы участился пульс.
— Тебе не кажется, что ты опережаешь события? Жак покачал головой и склонился к ее груди. Он поцеловал кончик ее соска и, когда она вскрикнула от удовольствия, стал медленно щекотать сосок языком. Закрыв глаза, Белла постанывала от наслаждения.
— Нет, не думаю, что опережаю события, — сказал Жак. — Я не собираюсь выпускать тебя из вида…и из своей постели.
Она спросила озадаченно:
— И как же ты намерен не выпустить меня из вида?
Он выпрямился и посмотрел на нее ясным, искренним взглядом.
— Странный вопрос. Естественно, я намерен жениться на тебе. Незамедлительно.
— Жениться? Ты шутишь! — воскликнула Белла.
Его брови грозно сдвинулись.
— Разумеется, я говорю серьезно! Какие чувства, по-твоему, владели мной, когда я этой ночью принял в дар твою девственность, а потом целовал твой щеки, мокрые от радостных слез? Или тебе до сих пор мнится, будто ты для меня мимолетное увлечение?
На какое-то время Белла лишилась дара речи. Все мысли спутались в ее голове.
— Н-нет, нич-чего под-дббного, — наконец сказалa она заикаясь. — Я… я вовсе не хочу преуменьшить то прекрасное, что было между нами…
— Куда ты клонишь?
Белла нашла в себе силы встретиться взглядом с его полными упрека глазами.
— Просто… — Она тяжело вздохнула, не смогла и промолвила: — А впрочем, скажи ты. Что думаешь?
— Ладно. — Жак поцеловал ее руку и с чувством произнес: — Белла, ты именно та женщина, о которой я так долго мечтал. Которую ждал всю жизнь. Теперь, когда я нашел тебя, мы объедем с тобой вместе вокруг земного шара. Мы будем петь в лучших театрах всех столиц мира!
Она хотела ответить, но он закрыл ей рот ласковым поцелуем.
Однако даже страстный поцелуй уже не мог отвлечь Беллу от реальности, которая вдруг разом навалилась на нее. Сердце пронзила боль. Итак, не она нужна Жаку, а лишь ее голос. Он хочет в жены великолепную певицу, будущую примадонну. Мечтает, чтобы она стала его вторым «я». Всю жизнь Жак искал талантливое сопрано — одаренную певицу, которая смогла бы петь с ним оперные дуэты. Разумеется, удобнее, если она при этом будет его женой. Так надежнее — никуда не денется, всегда под рукой, творческий, а заодно и жизненный союз. Нет, никогда! Белла не станет таким оперным придатком!
Пока девушка прикидывала в уме, как бы помягче сказать свою горькую мысль, Жак встал и возбужденно стал мерить спальню шагами, — Разумеется, нам предстоит столько всего сделать!.. — оживленно говорил он. — Продумать все детали свадьбы. Ведь такие персоны, как мы, должны венчаться при огромном стечении публики и в главном соборе города, не так ли? — Он весело подмигнул ей. — Я постараюсь через все светские знакомства родителей устроить так, чтобы на свадьбу собрались лучшие представители Нового Орлеана, цвет местного общества. Ведь мы должны с самого начала обеспечить себе солидное место в свете, нельзя ограничивать свои знакомства богемой. Вне рамок театрального сезона мы будем вести активную светскую жизнь ради наших детей.
— Де-детей? — вытаращилась на него Белла.
Он усмехнулся.
— Ты знаешь, малышка, браки имеют одну странную особенность — через некоторое время у супругов рождаются дети.
Белла, пораженная, замолчала. Как далеко он расписал их будущее!
Радостно потирая руки, Жак продолжал: — — Разумеется, мы непременно пригласим старых подруг матери — мадам Робийар и мадам Дарси. Медовый месяц проведем в путешествии. Ну а затем несколько недель придется потратить на светские визиты и приемы — нужно со всеми близко перезнакомиться. На это время мадам Робийар и мадам Дарси станут нашими добрыми опекунами. Разумеется, на свадьбе будут мои родители, моя сестра и родственники ее мужа, все они с радостью приедут в Новый Орлеан, чтобы присутствовать на торжестве…
— Погоди секундочку! — воскликнула Белла, умоляюще поднимая руку.
Он весело рассмеялся.
— Я понимаю, дорогая, неизбежная светская суета, масса обязанностей и новых лиц — это все поначалу кажется ужасным испытанием. Но ничего, я буду рядом, и ты справишься! Матушкины подруги тоже будут охотно помогать тебе. — Все не так просто, Жак… Тень легла на его лицо. — Что непросто?
