мыли, терли, подавали напитки и еду, продавали сладкие брикеты для детей, открывали и закрывали двери, проверяли приборы освещения и делали еще десятки разных полезных вещей. Эту армию уборщиков и технического персонала привезли из музея и дворцовых запасников по просьбе Николаса Холдера и Рауля Данфи. Роботы сильно напоминали толпу бестолково суетящихся людей и должны были ненадолго отвлечь на себя внимание тех, кто выйдет из Двери.
Командующий Императорским космическим флотом стоял на тронном возвышении и с мрачным видом наблюдал, как посреди полного хаоса их гости спокойно и деловито готовят к предстоящему испытанию Себастьяна Лангвада и Оливию Данли. Они оба были одеты в легкие бронекостюмы и укомплектованы полным набором средств, необходимых при аварийной высадке на планету. Молодые люди упорно старались не смотреть друг на друга, но мастер Данли выглядела бледной и испуганной, а Себастьян немного растерянным.
Убедившись, что все застежки и крепления в полном порядке, майор Кроу отошел в сторону, и советник Литгоу набросил на плечи молодых людей поверх доспехов длинные императорские мантии.
— Надеюсь, они не помешают при переходе.
— Не волнуйся, Рэйн, неважно, что на них будет надето.
Брат и сестра Корвел тоже поднялись на подиум. Анна сегодня надела брюки, и адмирал вынужден был признать, что она в любой одежде оставалась воплощенным искушением. Он подавил тяжелый вздох и подошел ближе.
— Можем мы еще что-нибудь для вас сделать?
Анна посмотрела ему прямо в глаза, и сердце Филиппа пропустило удар.
— Я знаю, как это трудно, Филипп, ведь на вас ляжет груз ответственности за все происходящее, и все же попытайтесь услышать меня, — она говорила тихо, только для него одного, и так проникновенно, что Бран ощутил холод в позвоночнике. — Не используйте свои приборы, лучше отключите все прямо сейчас, а если вы не в силах это сделать, ни в коем случае не смотрите и не слушайте то, что здесь будет происходить.
Адмирал чувствовал себя участником какой-то космической фантасмагории. В этом торжестве абсурда понять что-либо было невозможно, единственное, что ему оставалось — слепо положиться на удачу.
— Почему на вас с братом нет брони? — он задал вопрос гораздо резче, чем намеревался.
— Потому что нам она не нужна, Филипп. Когда все закончится, отправьте своих людей на поиски Себастьяна и Оливии как можно скорее.
— Эта задача мне ясна, я уже обо всем распорядился. А где прикажете искать вас и вашего брата?
В глубине колдовских зеленых глаз переливался, набирал силу звездный свет. Анна была уже очень далеко отсюда, за гранью реального мира.
— Пока не знаю, это мы решим в последний момент.
Подошло время посторонним покинуть Палатиум. До боли стиснув зубы, адмирал наблюдал за сценой прощания. Мужчины из окружения Анны подходили по очереди, опускались на колено и почтительно целовали ей руку. Девушка стояла неподвижно и только едва заметно кивала каждому, словно заключая с ним молчаливый договор. Николас Холдер подошел последним и честно попытался исполнить тот же ритуал, но внезапно опустился на оба колена и судорожно прижался лицом к ее ладоням. Анна мягко оттолкнула адвоката и повелительно указала на дверь.
— Уходите прямо сейчас.
Эхо негромко произнесенных слов раскатилось по огромному залу, и все невольно замерли. Роботы тоже прекратили свою возню, но через пару мгновений снова пришли в движение. Рауль Данфи с майором подхватили Николаса и быстро вывели его из зала, за ними вышли все остальные. Адмирал Бран опомнился только тогда, когда за ним с грохотом захлопнулся парадный портал старого Палатиума. Чувствуя себя одним из этих нелепых сервисных роботов, он быстро зашагал через площадь к своему катеру.
Себастьян украдкой бросил взгляд на наручный хронометр и попытался расслабить сведенные судорогой мышцы. Десантную броню для них максимально облегчили и тщательно подогнали по размеру, но он все равно казался себе тяжелым и неуклюжим. Время ожидания неумолимо истекало, и он, наконец, решился повернуться к Оливии. Мастер Данли была белой, как мел, и все же умудрилась смерить его неприязненным взглядом.
— Даже мантия не сделала тебя похожим на Императора, ты все равно остался типичным ботаником.
Неожиданно для себя Себастьян криво усмехнулся.
— Зато ты выглядишь по-королевски, величие тебе к лицу.
От его скупого комплимента Оливия даже растерялась.
— Ушам не верю! Это что, шутка?
— Это правда, Лив. Рядом с тобой Императрица Кэтрин не потянула бы и на прислугу, — Себастьян осторожно сжал ледяные пальцы строптивой подруги. — Не бойся, мы с тобой в надежных руках.
Как Оливия ни пыталась храбриться, у нее непроизвольно дрогнул подбородок. Она вцепилась в его руку мертвой хваткой, но потом опомнилась, гордо выпрямилась и вызывающе обронила.
— Я знаю, потому что мне хорошо знакомы руки Александра.
Себастьян остался невозмутим. Сейчас он испытывал сочувствие к этой сильной женщине с непростым характером и ранимым сердцем. Он никогда ее не любил. Их давние отношения были следствием юношеской невоздержанности и отчасти любопытства с его стороны. Себастьян никак не ожидал, что эта короткая связь будет иметь такие разрушительные последствия. Оливия Данли питала к нему подлинные чувства и до сих пор не простила за то, что он ими пренебрег.
Оливия оглянулась на волшебников, которые стояли, опустив головы, словно готовились прыгнуть вниз с большой высоты.
— Ты знаешь, сколько нужно лететь до Одилона? — едва шевеля губами спросила она, но ее шепот почему-то прозвучал, как крик. — Никакого взрыва недостаточно, чтобы добросить нас туда, это попросту невозможно! Мы с тобой оба изучали космическую навигацию и законы Вселенной. Как ты можешь верить, что они на такое способны?!
Действительно, как? Природу магии Себастьян постичь так и смог. Он до сих пор не понимал, почему происходят те или иные чудесные превращения, и кто такие волшебники на самом деле, но уже привык доверять людям, которые не оставили его в беде и ни разу не подвели.
— Нас не добросят, а скорее забросят на Одилон, Оливия. Взрыв нужен не для придания нам необходимого ускорения, а для того, чтобы открыть портал. Долго объяснять. Ты просто делай то, что нужно и постарайся сохранить ясную голову. Наверное, нам с тобой будет страшно и неприятно, но продлится это недолго.
— Хуже всего ожидание неизвестности. Ты хоть знаешь, что именно будет происходить?
Себастьян протянул руку и осторожно похлопал Оливию по закованному в броню плечу.
— Ты тоже это знаешь, Лив. Придут безобразные могущественные старики, немного похозяйничают тут, а потом это место превратится в груду камней.
Мастер Данли раздраженно фыркнула.
— У тебя всегда все просто, Баст! Бери то, делай это, иди туда. Ты никогда не любил
