этом вы не одиноки. Такие фальшивые императоры существуют во всех мирах и временах. Их терпят ради сохранения мифического величия или просто видимого благополучия. Вам прекрасно известно, что король царствует, но не управляет. Кстати, ваш Император дивно похож на своего родного папашу.
Присутствующие согласно закивали, а адмирал отвернулся, чтобы скрыть невольную ухмылку. По его мнению, майор больше других подходил Анне в качестве супруга. Он был хорош собой, умен, имел неукротимый нрав и относился к девушке с нескрываемой нежностью. Но Филиппу почему-то казалось, что у Анны и майора большая разница в возрасте, а в его поведении проскальзывало больше покровительства, чем страсти.
Настало время решать, примут ли хозяева предложенный гостями план, который больше всего походил на заведомо невыполнимую, самоубийственную авантюру. Вопрос был поставлен на голосование, и его результаты неприятно удивили адмирала. Против оказались только он и профессор Биллер, которому было жаль терять ценный генетический материал. Остальные, видимо, свято верили в чудеса.
Вот уже несколько дней Анна была не просто молчалива, а накрепко закрыта от окружающего мира. Все это время за нее говорил брат Александр, который и сам не произнес ни одного лишнего слова. Филипп уже начал всерьез опасаться за ее здоровье, но ему объяснили, что Анна просто экономит силы перед предстоящим испытанием.
Так называемый план заключался в том, что в ближайшие двадцать часов им всем предстояло покинуть Северное крыло. Всем, кроме брата и сестры Корвел, Себастьяна Лангвада и Оливии Данли. Мастер Данли до сих пор не вполне осознавала, что ей предстоит пережить, но была так увлечена белокурым красавцем Александром, что почти не задавала вопросов.
Оливия и Себастьян откровенно недолюбливали друг друга, и на фоне их взаимной неприязни идея Биллера о скрещивании казалась, по меньшей мере, бредовой. Данли не присутствовала на совещаниях, потому что Себастьян категорически отказывался сидеть с ней за одним столом.
Глядя на сосредоточенные и отрешенные лица Анны и Александра, адмирал чувствовал себя убийцей. Ему не раз приходилось посылать людей на смерть, в конце концов, он командовал военным флотом, но в каждом случае оставалась слабая надежда на благополучный исход. Сейчас у них не было даже этого.
— Мы закончили устанавливать оборудование, привели в порядок помещения наверху и подготовили их так, как вы просили. Но я все равно не понимаю, зачем кому-то нужно здесь оставаться! — Филипп резко поднялся из-за стола и в раздражении прошелся по комнате. — Мы можем ударом с орбиты уничтожить Северное крыло, а вместе с ним и всех незваных гостей. Я предлагал это много раз…
— Если вы выберете силовой метод, адмирал, то сильно осложните мою задачу, — Себастьян тоже поднялся и непроизвольно прижал ладонь к груди, словно испытывал сильную боль. — Давайте закроем, наконец, наше собрание, мне еще нужно успеть попрощаться с семьей.
С этими словами Лангвад направился к выходу, а за ним потянулись и все остальные. Филипп устало махнул рукой полковнику Гатлину, опустился в свое кресло и на минуту прикрыл воспаленные от недосыпа глаза.
Глава 8
Небо над дворцовым комплексом было затянуто серыми тучами, накрапывал редкий дождь, на площади перед старым Палатиумом застыли в ровном строю десантные катера. Адмирал Бран стоял на крыше у зубчатого ограждения и думал о том, что очень скоро это место превратится в руины, а вернее — огромную дыру в земле. В эти последние часы перед отлетом он попросил Анну о личной встрече в том самом месте, где они разговаривали в первый раз. Неужели это было меньше декады назад? Ему казалось, что с тех пор прошла целая вечность, и уже вечность он испытывает неодолимую тягу к юной чужеземной красавице.
Анна подошла совершенно бесшумно, но Филипп, даже не оборачиваясь, почувствовал ее приближение по дивному аромату духов. Он жадно вдохнул сырой воздух, повернулся и рискнул взять девушку за руку. Она позволила ему эту маленькую вольность.
— Вы выглядите усталым, Филипп, вам нужно отдохнуть.
У Брана вырвался резкий смешок.
— Самое время предаться беззаботному отдыху! — он склонился к тонкой изящной ручке и на несколько томительных мгновений прижался губами к нежной коже. — Я все еще не теряю надежды вас отговорить. Нет никакого смысла здесь оставаться, мы уничтожим их с большого расстояния, и никто не пострадает.
На прелестном сосредоточенном лице Анны застыло выражение стоического терпения. Она осторожно отняла у него свою руку и медленно пошла вдоль ограждения, легко касаясь пальчиками старых выщербленных камней.
— Либо вы так и не услышали нас, либо невнимательно читали послание Императора Фабиана. Сейчас все составляющие находятся на своих местах, картина полностью сложилась, и вам совсем не обязательно верить в существование высших сил, Филипп. Если вы не хотите собственными руками уничтожить Абсалон, дайте нам возможность сделать свою работу.
— Вы действительно считаете, что за Дверью притаилось вселенское зло, и опасность грозит всей планете?
— Под угрозой все живое на ней.
— Даже не знаю, что сказать, я привык мыслить совсем другими категориями…
Анна повернулась к адмиралу и положила ладонь ему на грудь, прямо над бурно колотящимся сердцем.
— Вы давно не спите, Филипп, вас мучают усталость и страх.
— Да, мне страшно. Я каждую ночь вижу во сне взрыв и вас в море огня. Вы именно это называете своей работой? Должен быть другой выход!
— Другого выхода нет, — Анна посмотрела ему прямо в глаза, и Бран почувствовал, как по телу разлилось животворное тепло. — Не волнуйтесь, я просто сняла накопившуюся усталость. А сейчас я покину вас, Филипп, меня уже ждут.
Адмирал обернулся и увидел, что у выхода на крышу стоит Николас Холдер. Быть этого не может! Неужели Анна замужем за молодым адвокатом? Парень играл свою роль настолько безупречно, что его кандидатура Браном даже не рассматривалась. Он потрясенно смотрел, как сначала встретились их руки, потом губы. Не обращая внимания на присутствие охраны и самого командующего флотом, Анна и Николас слились в страстном объятии, а потом внезапно исчезли.
Тронный зал старого Палатиума, несмотря на свою обветшалость, смотрелся гораздо лучше нынешнего, потому что в прежние времена архитектура была высоким искусством, а не будничным ремеслом. Но сегодня он выглядел, мягко говоря, странно. На небольшом возвышении стояли два деревянных трона, обитых вызолоченным синтетическим шелком. Они не имели спинок и были придвинуты максимально близко друг к другу, чтобы сидящие на них могли без труда соприкоснуться руками.
Ниже подиума в огромном зале творилось что-то невообразимое. Повсюду сидели, стояли и передвигались человекоподобные роботы, и каждый из них занимался тем конкретным делом, для которого был предназначен. Они
