отношений? – не унималась Джонсон. – Он же выглядит как греческий бог! Высокий, широкоплечий, с благородными чертами лица. А ещё, ему чертовски идут эти очки! Считаешь, что я поверю, будто у тебя за четыре года не было никаких крамольных мыслей в его сторону?
– Зато у тебя они уже есть, как я погляжу, – усмехнулась Миранда, снова наполняя бокалы. – Люся, он старше меня на двенадцать лет! У него за плечами военная карьера и специальность дипломата. А теперь посмотри на меня…
– Я видела, как на тебя реагировали мужчины в офисе, когда ты приходила к Марку в коротких юбках. Если тебя принарядить, то ты вполне ничего так, – отметила Людмила, отправляя в рот кусочек горького шоколада.
– Ну спасибо! – фыркнула собеседница. – Я тебе вообще не о том сейчас говорю. Я младше Юрия, у меня даже близко нет тех навыков и того опыта, что есть у него. Пожалуй, нет ни одной области, в которой я бы его превосходила, но при этом являюсь его начальницей. Мы сколь угодно можем называть Хирано моей нянькой, но на деле я – его непосредственный руководитель, который имеет права отдавать приказы и выше меня только совет директоров. И при этом мы не в состоянии никуда друг от друга деться, минимум двенадцать часов в сутки находясь бок о бок. Как думаешь, есть ли что-то более неловкое, чем оказаться в одной постели двум людям с такими вводными данными? А как потом разгребать последствия?
– Как-то мне всё меньше и меньше в последнее время кажется, что быть тобой – это весело… – протянула Люся после некоторой паузы. – По всему выходит, что толку никакого от такого телохранителя нет.
– Ну почему же? – не согласилась Миранда. – Он ведь отлично справляется со своими прямыми обязанностями. К тому же, если уж на то пошло, именно благодаря Юрию я спокойно отношусь к мужчинам с любой внешностью.
– Действительно, сложно запасть на смазливую мордашку, когда ты каждый день общаешься с таким красавчиком, – протянула журналистка, беря в руки стакан. – Твоё здоровье!
– Надеюсь теперь разговор о мужчинах можно считать закрытым?
– Шутишь что ли? А какой смысл тогда вообще пить? – взвилась девушка. – Ладно, допустим с телохранителем у тебя и правда ничего нет, но в офисе даже ставки делали из-за чего ты пропала больше чем на неделю. И я не верю, что это никак не связано с мужчиной.
– «Три письма…» – мысленно успокаивал себя Кристофер. – «Ещё три письма и я уберусь отсюда, чтобы не слышать всего этого кошмара.»
– Ты разве не в курсе – я была здесь, на заводе, и проводила проверку, – спокойно ответила глава «Бесконечности». – Вам же должны были направить официальное письмо.
– Это ты кому другому про ревизию будешь заливать, – фыркнула Люся. И повторила: – Не верю, что это не связано с мужчиной. Всё в нашей жизни с ними так или иначе связано…
Миранда успела влить в себя ещё две порции алкоголя, прежде чем она решилась ответить. Вернее, чем у её собутыльницы закончилось терпение.
– Ну давай, рассказывай уже наконец, кто там умудрился разбить тебе сердце и из-за кого этим вечером ты решила накачаться алкоголем в такой сомнительной компании, как я! – не выдержала наконец Людмила. – Обещаю, что никому об этом не расскажу и не стану писать статьи на эту тему.
– Не могу сказать, что мне разбивали сердце, – протянула Ми, которую наконец проняли то ли обещания компаньонки, то ли бутылка водки, запасы алкоголя в которой стремительно приближались к концу. – И уж точно я не стала бы из-за него напиваться. Но в некотором смысле ты права, в моём плачевном состоянии виноват мужчина.
– Дай угадаю! У вас был отпуск, полный страсти, а потом он в чём-то провинился?
– Люся, по-моему, ты слишком много общаешься со своим оператором, – покачала головой девушка, явно не одобряя такой ход мыслей. – Мы же вроде не так быстро пьём, чтобы в каждом действии видеть исключительно интимный подтекст…
– Но ведь за что-то он должен взять на себя ответственность?..
– Мать вашу, да что вы так прицепились к этому слову?! – бутылка, которую Миранда как раз взяла в руки, с грохотом опустилась на стол, едва не расплескав содержимое. Уже столько раз за сегодня прозвучавшее слово сработало как триггер и смогло наконец прорвать плотину спокойствия. – Ответственность, ответственность, ответственность… Да пусть себе засунет свою ответственность, лишь бы больше вообще ко мне не приближался! Я что, игрушка что ли, что меня можно сломать, а потом собрать заново?
– «Она имеет полное право злиться сейчас,» – стараясь сохранять спокойствие, Кристофер в третий раз попытался вчитаться в одни и те же строчки.
– Ого как тебя это задело, оказывается… Э, погоди, ты что делаешь?
И без того ошарашенная внезапной вспышкой гнева, сейчас Людмила с удивлением наблюдала, как Миранда стягивает с себя блузку.
– Что значит «что»? – в ответ поинтересовалась Миранда, принимаясь за молнию на юбке. – На улице ужасная духота, а мы пьём крепкие алкогольные напитки. Хочешь сказать, что тебе не жарко?
– Не настолько, как тебе, по всей видимости… – протянула журналистка, всё же снимая с себя пиджак и оставаясь в тонкой майке. – Ты, кстати, в курсе, что комбинации под одежду ещё моя бабушка носила? Тебе же двадцать четыре, где, в конце концов, комплект кружевного белья?
– Ну так-то я тебя выпить приглашала, а не соблазнять. Хотя выражение твоего лица, когда я снимала кофту, было бесценно!
Под негромкие женские смешки Крис наконец разделался с предпоследним письмом.
– Итак, некий мужчина всё-таки замешан в твоей депрессии, хотя пьём мы вроде как не из-за этого, – продолжила свои расспросы Джонсон, когда они подняли очередной тост.
– Как же оказывается опасно общаться с журналистами… Ты совсем не хочешь просто молча напиваться?
– Не отвлекайся давай! – на этот раз Люся сама наполняла бокалы, раскрутив крышку своей фляги. – Даже если он и повёл себя, как придурок, может он просто не в состоянии по-другому выразить свою любовь?
– Нет там никакой любви, – Миранда поморщилась, отправляя в себя порцию текилы, но всё же решила проигнорировать ту нехитрую закуску, что лежала перед ней. – Он мне сам об этом сказал, даже гадать не надо. Недавно я сделала одну глупость. Случайную ошибку, в результате которой мы и встретились, если это можно так назвать. И если бы не это, он бы спокойно прошёл мимо, даже не подозревая о моём существовании. И вот лучше бы и правда прошёл: я бы предпочла с ним не пересекаться ни в прошлом, ни, тем более, в будущем.
– Мда уж… –
