на которые приезжают члены с женами и дочерьми, которые столь убраны, благопристойны и вежливы, что чужие оным удивляются».
Однако другие исследователи считают, что «Шустер-клуб» находился в доме № 64 по набережной реки Мойки. Тогда вопрос о первых хозяевах дома № 10 по Адмиралтейскому проспекту остается открытым.
Затем здание купил граф А. И. Стенбок-Фермор. Для нового владельца в 1844 г. его надстроил архитектор А. П. Гемилиан. После этого граф использовал здание в качестве доходного дома.
В браке с Н. А. Яковлевой (правнучкой богатого предпринимателя С. Я. Яковлева-Собакина) у Стенбок-Фермора было четверо детей — Александр, Анастасия (в замужестве Гагарина), Мария (в замужестве Волконская, а затем — Капнист) и Надежда (в замужестве Барятинская). Именно младшей дочери, княгине Н. А. Барятинской, граф оставил доходный дом на Адмиралтейском проспекте после своей смерти в 1852 г.
Судьба княгини, поначалу складывавшаяся счастливо, закончилась трагически.
Получившая хорошее домашнее воспитание, девушка довольно поздно (в возрасте 24 лет) в июне 1869 г. вышла замуж за князя В. А. Барятинского. Князь участвовал в польской кампании 1863 г., в Среднеазиатских походах 1866–1868 гг., в Русско-турецкой войне 1877–1878 гг. Дослужился до генеральского чина. С 1896 г. состоял генерал-адъютантом при вдовствующей императрице Марии Федоровне (супруге Александра III). В браке у Барятинских родилось восемь детей — три сына (Александр, Анатолий и Владимир) и пять дочерей (Мария, умершая в младенчестве Надежда, Анна, Ирина и Елизавета).
Н. А. Барятинская в наряде боярыни на костюмированном балу в Зимнем дворце. 1903 г.
После смерти мужа в 1914 г. княгиня состояла статс-дамой при Марии Федоровне и удостоена ордена Святой Екатерины I степени. В 1917 г. она уехала из революционного Петрограда в Крым, где у нее под Ялтой имелась усадьба «Сельбилляр» («Кипарисовая роща») площадью 13,5 десятин (14,7 га). Там она занималась благотворительностью и спасением в смутные годы произведений искусств, многие из которых ныне хранятся в музеях Крыма.
Неподалеку жила и ее патронесса — вдовствующая императрица Мария Федоровна. В 1919 г., незадолго до сдачи генералом бароном П. Н. Врангелем Крымского полуострова наступающей Красной армии, императрица была вывезена на английском военном корабле в Великобританию. Она хотела забрать с собой и княгиню Барятинскую, но та категорически отказалась покидать Россию. Вместе с ней остались ее дочь Ирина с мужем капитан-лейтенантом С. И. Мальцевым, их трое детей (Николай, Мария и Надежда) и отец мужа — генерал И. С. Мальцев. Ирина была беременна.
По доносу некоего А. Григорьева и бывшей горничной М. Новикас княгиня, ее беременная дочь, зять Сергей Мальцев и его отец в декабре 1920 г. арестованы чекистами и расстреляны.
Часовня, построенная в 2011 г. на месте расстрела княгини, ее дочери, зятя и его отца
Детей дочери няне М. Г. Шуйской удалось спрятать и затем переправить в Болгарию. 73-летняя Н. А. Барятинская к этому времени самостоятельно почти не передвигалась. Ее доставили к месту расстрела прямо в инвалидном кресле, которое привязали к автомобилю. Расстрелы производились в имении А. Ф. Фролова-Багреева, а тела сбрасывались в водосборный каптаж. Всего там расстреляли около шести тысяч человек.
В 2004 г. потомки Мальцевых-Барятинских собрались в Брюсселе и приняли решение построить на месте расстрела памятную часовню. Спустя два года, осенью 2006 г., часовню освятил митрополит Симферопольский и Крымский Лазарь. Над входом в часовню укреплена Курская Коренная икона Знамения Пресвятой Богородицы.
Часть дома на углу Адмиралтейского и Вознесенского проспектов в 1866–1870-х гг. снимала «Артель художников», возглавляемая И. Н. Крамским. Возникла эта «Артель» в 1863 г. в результате так называемого «Бунта 14-ти». Тогда группа выпускников Академии художеств отказалась участвовать в конкурсе на Большую золотую медаль, посвященном 100-летию Академии. Получение медали давало право на 6 лет стажировки в Италии с ежегодным получением около 6 тыс. руб. ассигнациями. Прочие выпускники Академии получали диплом классного художника и могли поступить на службу в чине коллежского секретаря, что давало годовой доход в размере 135 руб.
И. Н. Крамской
В тот год руководство Академии решило объединить конкурс для «исторических» и «жанровых» живописцев. Конкурсантам предложили изобразить какое-либо чувство на заданную тему (раньше «историкам» позволялось самим выбрать любой сюжет). Но те решили, что новые условия несправедливы и предложили разрешить свободный выбор сюжета. Состоявшееся по этому поводу заседание Совета Академии постановило восстановить прежние правила и всем конкурсантам предложить один сюжет — «Пир в Валгалле».
Четырнадцать студентов не согласились с этими требованиями и подали соответствующие заявления (Б. Б. Вениг, А. К. Григорьев, Н. Д. Дмитриев, Ф. С. Журавлёв, П. Заболотский, И. Н. Крамской, А. И. Корзухин, К. В. Лемох, А. Д. Литовченко, К. Е. Маковский, А. И. Морозов, М. И. Песков, Н. П. Петров и Н. С. Шустов. Заявления подали 13 человек, за исключением П. Заболотского. Но вместо него к этой группе примкнул и вышел из Академии скульптор В. П. Кретайн).
О несостоявшемся конкурсе доложили Александру II. За бунтарями, которым выдали дипломы классных художников 2-й степени, установили негласный надзор. Но им никто не мешал организовать свою «Артель», устав которой утвердили в 1865 г. Члены Артели совместно выполняли различные заказы — расписывали иконостасы, оформляли иллюстрации к истории периода правления Петра I и т. п.
Мемориальная доска
Кроме того, они устраивали выставки своих работ, благотворительные лотереи, проводили «четверги» с сеансами рисования с натуры и докладами по проблемам современного искусства.
Фактически «Артель художников» стала предтечей «Товарищества передвижных художественных выставок».
Первоначально «Артель» снимала помещение в доме № 4 на 17-й линии Васильевского острова, а затем уже перебралась на Адмиралтейский проспект, где жил И. Н. Крамской. После того как Крамской в 1871 г. вышел из «Артели», она фактически прекратила свое существование. Восемь ее членов (в том числе и Крамской) стали академиками Академии художеств, К. В. Лемоха даже был приглашен учителем рисования и живописи к детям Александра III.
Ныне о том, что в этом доме жил И. Н. Крамской и находилась «Артель художников», прохожим напоминает установленная в 1955 г. мемориальная мраморная доска. Автором доски является архитектор М. Ф. Егоров.
Следует также упомянуть, что в 1850-е гг. здесь снимал квартиру архитектор и художник Г. А. Боссе. Причем он владел доходным домом на Невском проспекте и особняком на 4-й линии Васильевского острова.
После 1917 г. доходный дом княгини Н. А. Барятинской стал обычным жилым домом. В 2001 г. постановлением Правительства РФ № 527 он признан памятником истории и культуры федерального значения.
«Дом Барятинской» (№ 10 по Адмиралтейскому пр.) в наше время
Последний дом по Адмиралтейскому проспекту в плане треугольной формы, занимает целый квартал между Адмиралтейским и Вознесенским проспектами и выходит своим западным фасадом на Исаакиевский собор. Он принадлежал князю А. Я. Лобанову-Ростовскому и, благодаря стоящим у входа скульптурам львов, известен как «дом со львами».
«Дом со львами» (дом № 12)
Это здание построено в 1817–1820 гг. архитектором О. Р. Монферраном и стало первым его сооружением в Петербурге. Его северный и западный фасады оформлены в классическом стиле. Они украшены
