В ушах громко начинает стучать, заглушая все остальное, что она говорит. Теперь я знаю, почему мое сердце устраивает такие гонки. Ребенок? Малыш? Мой малыш?
Мой ребенок.
Моя Шарлотта.
Мое будущее.
Я вытаскиваю телефон и пишу ей.
Пожалуйста, положи трубку.
— Погоди, Джей, — говорит она и убирает трубку от уха. — Эм... мне надо идти. Я позвоню тебе завтра. Ладно. Я тоже тебя люблю, — она нажимает на кнопку.
— Шарлотта, — говорю я, зайдя на кухню. Она быстро поворачивается. За долю секунды стою практически нос к носу с ней. — Ребенок? — спрашиваю я шепотом, моя рука уже находится под ее рубашкой, и растопыренные пальцы обхватывает ее живот. В ее глазах читается паника, когда она смотрит мне в глаза. Я провожу по ее лицу. — Я не сбегу. Господи, малышка, я обещаю, провалиться мне на этом месте. — Я стараюсь успокоить ее своими уверенными словами, но они видно являются причиной ее паники.
Я такой придурок.
В течение трех недель она просила меня поговорить с ней об этом. И мы бы поговорили, если бы она не была пьяна в тот вечер. Стойте!
— Шарлотта, ты напилась, зная, что ты ждешь от меня ребенка? — я не могу контролировать свой гнев, появившийся в голосе. Она смотрит на меня с замешательством, потом мигает несколько раз и говорит:
— Ты думаешь, что у меня будет от тебя ребенок?
— Я только что слышал тебя, Шарлотта, — она, что собирается мне лгать и по поводу этого?
— От тебя нет.
— Ты не ждешь от меня ребенка? — мой живот скручивает в узлы.
— Нет.
— От кого у тебя будет ребенок? — спрашиваю я в ярости.
— Я не беременна, придурок! — выплевывает она мне в лицо. — Господи, Митч, — говорит она с рыданиями, — второй раз в течение одного дня! Я еще могу понять, почему ты раньше разозлился, но…
Я не позволяю ей закончить фразу, просто атаковываю ее рот своим. Она пытается бороться со мной сначала, но я не переставая целую ее губы с таким яростным голодом и стону от ее вкуса.
Прислонив ее к столешнице кухонного островка, я начинаю целовал ее жестче. Я так изголодался по ней… что не могу удовлетвориться. Я опускаю руки вниз и дергаю за ее штаны. Она пытается отстраниться, но я продолжаю ее целовать еще сильнее, что она начинает хныкать, испытывая вкус поражения, она отвечает мне полностью. Я хватаю ее за попку и усаживаю на поверхность стола.
— Митч, нет, — она пытается выбраться из моих объятий и слезть. Я чуть-чуть наклоняюсь и ставлю руки по бокам ее бедер, теперь она полностью зажата мной со всех сторон. Одним быстрым движением, я хватаю ее за запястья, развожу широко ноги и резко придвигаю ее к себе, ее попка находится на краю стола.
— Я собираюсь заставить тебя кончить мощно мне в лицо, детка, — говорю я таким голосом, от которого она становится дикой.
— Митч! — начинает задыхаться она.
— Сейчас ночь, детка... ты знаешь время фантазий и всего остального, — я интригующе улыбаюсь, прежде чем опускаю лицо и медленно провожу кончиком носа по ее влагалищу. Я вдыхаю ее запах и у меня вырывается стон, который в полном смысле слова поднимается прямо от кончиков моих пальцев на ногах.
Я прохожусь легонько языком, пробуя на вкус ее кожу с обеих сторон от киски. Она начинает дрожать, и я прохожусь языком по ее губам, набухшим, сладким. Она чуть ли не скулит и двигается мне навстречу. Я лижу ее центр и слышу, как она ахает, поднимаю взгляд на нее.
— Детка, тебе нравится, когда мой рот находится на твоей киске?
— Да... да, — с трудом выговаривает она.
— Хочешь еще? — я возвращаюсь к ее теплому влагалищу, засасывая его снова.
— Да, — ее голос дрожит от желания.
— Я хочу услышать, как Китти мурлычет от моего языка, детка, — я лижу ее снова, она выгибается и стонет. — Я собираюсь отпустить твои руки, не отталкивай меня, — я приближаюсь к ее лицу и провожу своим носом по ее. — Хорошо?
— Да, — выдыхает она.
Я улыбаюсь и облизываю ее губы, отпуская ее запястья. Она откидывается назад, удерживаясь одной рукой, проводя другой по моей щеке. Она заглядывает мне в душу своими нефритовыми глазами, которые стали почти оливковыми, потемневшими от желания. Я поглощаю ее губы, заставляя раскрыться.
— Митч.
— Детка, не надо, — слегка отрицательно качаю головой. — Ты необходима мне, и ты нуждаешься во мне. — Когда я опускаю свои губы на ее в этот раз, они молча раскрываются. Ее рука скользит по моей щеке, она запускает руки в мои волосы, сжимая их в кулак и крепко целует меня, выбивая все дыхание из моей груди.
Она отстраняет рот и медленно движется к моему уху.
— Я хочу твой язык в своей киске, Митч, облизывай меня так, как ты целуешь меня в рот. Я хочу горячо скакать на твоем языке, — она кусает меня за мочку уха, и мой член дергается с такой силой, что яйца начинают болеть.
— Блядь, — выкрикиваю я.
— Я хочу этого, малыш... пожалуйста, — она облизывает раковину моего уха.
— Да, мэм, — я со стоном опускаю свою голову вниз, где она больше всего меня хочет. От вида ее блестящей киски, мой боевой дух мучительно растягивает материал брюк, готовый вырваться наружу. Я прижимаю палец к клитору и вижу, как поднимаются ее бедра, приподнимаясь над столом, прося еще больше.
— Митч... малыш, пожалуйста! — умоляет она, начиная вертеть бедрами. Я медленно скольжу языком по ее киске раз, другой, затем убираю палец и заменяю его своими зубами. Она визжит, я прикусываю ее, дразню, ударяю по клитору языком, сосу и смакую. Я вставляю в нее два пальца, начиная двигать ими осторожно, чтобы избежать детонации бомбы, которая готова вот-вот взорваться. Взрыв произойдет только тогда, когда я захочу этого. Когда я скажу.
— Митч... сейчас, черт побери! — она теребит, сжимая мои волосы. Или... когда она скажет, я все же за равенство.
Я массирую ее сладкие тугие стенки влагалища... Ммм... вот он.
Пальцы на ногах закручиваются.
Рот открывается в прекрасном «О».
И она отдает мне все.
Она смотрит мне прямо в глаза и дарит свой оргазм. Черт побери!
Как только она заканчивает дрожать, я медленно вытаскиваю пальцы, кладу в рот и сосу вкус ее возбуждения.
Шарлотта вытаскивает их из моего рта и захватывает мои губы, и кладет два пальца в рот. Она с упоением начинает сосать их, я чувствую, как ее язык скользит между ними, упиваясь своим собственным вкусом. Я наблюдаю за ней с каким-то благоговением.
— Черт, детка, это слишком горячо, — говорю я, чувствуя свое прерывающееся дыхание. — Ты смотрела порно, пока меня не было?
