— Готовь самолет, — говорю я, прежде чем соединиться с мистером Уилсоном.
— И куда мы летим? — он вытаскивает телефон из кармана.
— Домой. Я потерял Шарлотту. Я... облажался по-крупному, — Блин, я просто обосрался! — Уилсон! — тут же говорю даже не дослушив его приветствие.
— Мистер Колтон! — его голос звучит восторженно и приторно сладко и у меня вдруг возникает такое ощущение, будто я забросил мыло в тюремный душ.
— Мне необходимо, чтобы вы отменили транзакции. Немедленно! — я стараюсь сдерживаться, но у меня это выходит не слишком удачно.
— Эм... эм... мистер Колтон, — он запинается.
— Сейчас, Уилсон, или я закрываю счет и перевожу все до последнего цента в другой банк!
— Э-э, да, сэр... это... уже сделано, — говорит он нервно.
— Хорошо, — я вешаю трубку.
— Итак... что случилось? — с ухмылкой спрашивает Кайл. Черт побери его и его чертовую ухмылку!
— Я пытался управлять своим железным кулаком, — моментально отвечаю я. Это срабатывает только в спальне...
— И?
— Она бьет меня по голове им же, — я прислоняюсь к стене лифта и закрываю глаза.
— Ты собираешься сделать меня шафером, да? — смеется он.
— Если она не вгонит меня в гроб сначала, — я открываю глаза. — Чееееееееерт! — кричу и впечатываю кулак в стену.
Двери открываются и мой телефон звонит снова. На этот раз, это мой ассистент.
— Эрика, собери все наши вещи и встреть нас в аэропорту. Мы летим домой.
— Но, мистер Колтон…, — начинается она.
— Отмени все. У меня есть срочные неотложные семейные дела. Кайл летит тоже.
— У вас обоих чрезвычайная ситуация в семье? — спрашивает она с недоумением в голосе.
— Просто делай то, что я говорю, пожалуйста, — вешаю трубку. — Кайл, сотри эту охрененную ухмылку со своего лица! — кричу я, садясь в машину. — Мне следует позвонить ей? Или написать смс-ку? Или просто прийти? Что мне делать? — я смотрю на него, потом на свой телефон.
— А черт его знает! — он пожимает плечами, откидывается на спинку сиденья и закрывает глаза. Через несколько минут тишины медленная ухмылка опять расплывается на его лице. — Может тебе следует передать записку во время ее занятий йогой, — бормочет он.
— Это заняло у тебя слишком много времени, чтобы додуматься до такого, мудак? — я борюсь с желанием ударить его ногой, доказывая свою точку зрения. Он просто хихикает... и эта его ухмылка парит у него на лице. Я хотел бы просто стереть ее.
Я выскакиваю из лимузина, как только мы попадаем в аэропорт. Эрика выпрыгивает из гольф-кара, которые везет наш багаж, сваленный в одну кучу сзади.
— Я хочу черт побери прибавку к жалованью! — кидает она, проходя мимо.
— Сделаю, — отвечаю я, немного шокированный ее агрессивностью, и поворачиваюсь к Кайлу. — Неужели все в компании заработали прибавки в прошлом месяце?
— По-видимому, — отвечает он с восхищением. Мы все поднимаемся в самолет и рассаживаемся. Я отправляю быстрый текст Шарлотте перед тем, как шасси отрываются от земли.
Я исправлю все, детка.
И...
Я собираюсь исправить все с нами тоже!
После этого я выключаю телефон и начинаю обмозговывать свой план новой игры. Надеюсь я смогу придумать хотя бы основу за ближайшие несколько часов.
Глава 12
Шарлотта
Деньги! Пять... четыре... три... два... один.
— Какого хрена с тобой происходит? — с порога кричит Сиси, врываясь в мою спальню. — Ты не берешь эту чертову трубку весь день, и мама позвонила мне, чтобы я забрала собак? Я засела за свой долбаный телефон с ней на целый чертовый час, выслушивая о ее каждом предполагаемом хреновом недуге, известном человечеству, который у тебя, по ее словам, случился! Твои чертовы пальцы сломаны… ты, что не могла позвонить мне сама? — Она тихо плюхается на кровать.
Я поднимаю левую руку вверх и кручу ей.
— Неа... все вроде бы работает!
— Чарли, что происходит? — она толкает меня в плечо, вздохнув я поворачиваюсь к ней… в ее случае, лучше покончить с этим быстро. — Хм... красные, опухшие глаза и нос, гора старых использованных салфеток, любимая уродливая удобная пижама и решение отправить детей и собак к кому-нибудь на ночь, — говорит она и постукивает по губам указательным пальцем. — Мне кажется, что причиной всего этого стал «Митч долбанный мудак, которому следует отрезать яйца и скормить». Я права? — спрашивает она. Ее глаза широко открыты, она явно злиться. Вот именно в такие моменты, я очень люблю ее, потому что эта, слава Богу, сумасшедшая стерва всегда на моей стороне!
— Динь, динь, динь, динь — ты права! — я кружу пальцами в воздухе (не теми, что раньше, конечно).
— Мне следует слетать в Германию, чтобы надрать ему задницу, сестренка? — она опускается рядом со мной.
— Нет, не стоит так беспокоиться и тратить свои бонусные мили на полет. Мы расстались, Сиис... все кончено, — говорю я, пытаясь держать себя в руках и успокоить свой дрожащий подбородок, но я с треском проваливаюсь в этом.
— Не может быть! — она резко садится. — Кто стал инициатором?
— Он.
— Почему?
— Хм... у него было несколько личных проблем, которые заставили его вести себя иначе по отношению ко мне. Я не знаю, точно. Он не разговаривал со мной почти три недели, а потом вдруг решил, что собирается вернуться к тому, что было между нами. Видимо, я должна была прыгать до потолка от счастья! — я плачу, и она протягивает мне бумажный носовой платок.
— Ты не...?
— Вот он…закончил. Я должна была вернуть денежные средства, которые остались на моем счете.
— Постой-ка! Он уволил тебя? — вскрикивает она. — Это незаконно!
— Эм... ну..., — Дерьмо! — Это своего рода было как-то тайно, поэтому нет никаких документов.
— Это немного подозрительно, — она хмурится.
— Ну, это было как бы на испытательном сроке. И они посчитали, что я как бы пробую свои силы, поэтому заключили со мной контракт. — Контракт... я ненавижу это слово! — Я не смогла сегодня утром оплатить ипотеку. — Я сажусь рядом.
— Мы пройдем через это дерьмо… не волнуйся! — Она обнимает меня. — Это все объясняет, почему я уже несколько недель ничего не слышала от этого возбужденной-задницы ублюдка.
— Да?
— Да, он не отвечает мне в течение нескольких недель!
— Ты переписывалась с Митчем?
— Все время. Мне нравилось трахаться с ним, — она пожимает плечами. — Не в том смысле, как тебе нравилось трахаться с ним, конечно, — добавляет она и это заставляет меня заплакать снова. Черт побери, мне нравилось трахаться с ним! — Прости, — она морщится. — Ладно, хорошо, я заберу собак, Полина забросила детей к родителям, поэтому отдохни и постарайся прийти в себя.
