Несколько шажков, которые ей пришлось пройти до ширмы, отняли все силы. Оправившись, Дебора обнаружила воду в кувшине. Она прополоскала рот, после чего вымыла руки. Рядом с тазиком лежало полотенце, и Дебора с удовольствием вытерла пылающее лицо и шею. Все-таки она устала, очень устала.
Выйдя из-за ширмы, она обнаружила, что Тони проснулся. Он убрал ноги с кровати и выпрямился на стуле. На лице его было написано озабоченное выражение, а глаза были темными, почти черными. Даже темнее ее собственных глаз.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил он охрипшим со сна голосом.
Дебора с трудом выдавила слабую улыбку. Отвечать она не могла. Ей хотелось спать. Она должна немедленно лечь в постель и заснуть.
– Я очень беспокоился, – сказал он.
– Я тоже, – пробормотала она, обессилено повалилась на постель, укрылась одеялом и с облегченным вздохом опустила голову на подушку. Перед тем как погрузиться в благословенное забытье, она еще успела подумать о том, как хорошо, что рядом есть кто-то, кому она небезразлична.
Когда она проснулась, было уже утро. Ставни были открыты, и сквозь раздвинутые оконные занавески комнату заливали солнечные лучи. Где-то неподалеку жизнерадостно закукарекал петух, в воздухе ощущалось теплое и радостное предчувствие весны. Наконец-то надоедливый холодный дождь закончился.
Дебора потянулась. В голове прояснилось, и она почувствовала, что голодна. Вспомнив о прошлой ночи, она обернулась и бросила взгляд на стул, где вчера спал Тони. Его не было, и ночной столик тоже был пуст.
В коридоре послышались чьи-то шаги. Дверь распахнулась, и в комнату вошла пожилая полная женщина в чепце, с пухлыми розовыми щеками и приятной улыбкой. На первый взгляд она была старше Деборы лет на двадцать, не меньше. В руках она держала кувшин и миску.
Увидев, что Дебора пришла в себя, она замерла на месте от неожиданности.
– Ага, я надеялась, что вы придете в себя, миледи. Ваш супруг решил, что сегодня утром вам должно быть лучше.
Супруг? Выходит, Тони представил их как мужа и жену, ловко и изящно обойдя общественные условности. Интересно, он хотя бы отдает себе отчет в том, насколько лицемерным и ханжеским выглядит его поступок?
В животе у нее предательски заурчало.
Женщина рассмеялась.
– Чувство голода – это хороший знак. Я говорила вашему супругу, что вы выкарабкаетесь, и оказалась права. Меня зовут миссис Стриклер. – Она поставила кувшин и тазик за ширму и присела на краешек кровати. – А теперь давайте я помогу вам сесть. Но не спешите, от чересчур резких движений у вас может закружиться голова.
Дебора была очень благодарна ей за помощь. Миссис Стриклер взбила подушки и подложила их Деборе под спину.
– А где… – Дебора вовремя прикусила язык. Она уже совсем было собралась сказать «лорд Бернелл». – Где мой муж? – Два последних слова показались ей чужими и непривычными на слух.
– Он вышел подышать свежим воздухом, – ответила женщина. – Он очень рад, что вы поправляетесь. Вы не поверите, но я еще никогда не видела ни одного мужчину таким взволнованным, как сегодня утром, когда он ворвался ко мне в кухню и объявил, что вы пришли в себя.
– Неужели я была настолько серьезно больна?
– Ох, миледи, мы уж думали, что вы умираете. У вас была инфлюэнца. Очень опасная и заразная болезнь. У нас трое детей, поэтому мой муж совсем не обрадовался, когда в нашу дверь постучался его светлость и стал умолять нас о помощи. Я моментально распознала все симптомы лихорадки. Много лет назад она унесла моего младшего брата. Он умер еще до того, как мы успели прийти в себя и сообразить, что же делать. Я боялась, что мы потеряем и вас, но ваш супруг не сдавался. Он сам ухаживал за вами.
Нежный румянец окрасил щеки Деборы. Она вспомнила выражение беспокойства в глазах Тони прошлой ночью.
– Я редко болею.
– Иногда здоровые люди тяжело переносят любое заболевание. – Миссис Стриклер пошевелила угли в камине. – Ваш супруг приказал топить очаг углем. Он накупил его столько, что хватит на весь дом. Стыдно признаться, но именно тугой карман его светлости подвиг моего мужа явить христианское милосердие, однако, в конце концов, все устроилось к лучшему.
Дебора мимоходом подумала о том, что добрая женщина и не подозревает о том, кто такой Тони на самом деле. Впрочем, люди ее сословия не получают такого удовольствия от сплетен, как баронесса Алодия и ее матроны.
– Я долго была без сознания?
– Очень долго, несколько дней. Я начала бояться, что и его светлость сляжет с инфлюэнцей. Он ведь сам ездил в такой дождь за доктором. – Женщина направилась к двери. – Старый доктор Джеймс – просто мошенник и шарлатан, мы так и заявили его светлости. Но он пожелал сам убедиться в этом. И вернулся без доктора. Должно быть, доктор Джеймс наотрез отказался ехать с ним в такой дождь. И тогда его светлость поклялся, что сам вылечит вас во что бы то ни стало. Видели бы вы его, когда он возвратился после разговора с доктором. Прошу прощения, миледи, это, конечно, не мое дело, но небеса послали вам такого супруга, что вам можно только позавидовать. Он так сильно вас любит, что готов отдать за вас жизнь.
Да, Дебора могла легко представить себе эту сцену. Стоило Тони принять какое-либо решение, как он готов был горы свернуть, чтобы воплотить его в жизнь.
Что же касается последних слов хозяйки дома… Дебора постаралась не думать о них. Откровенно говоря, она пребывала в полной растерянности.
– С вашего позволения, я принесу вам кашу, – сказала миссис Стриклер. – Разумеется, она не очень вкусная, зато полезная, особенно с учетом того, что сейчас вам категорически противопоказана тяжелая пища. – И она вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь.
Дебора вновь прилегла на кровать и принялась размышлять о том, что услышала от миссис Стриклер. Тони был где-то рядом. Она ощущала его присутствие. И когда дверь открылась снова, она была разочарована, увидев, что это не Тони, а миссис Стриклер с кашей.
Несмотря на то что умирала с голоду, Дебора смогла с трудом справиться со своей порцией. Впрочем, более всего она обрадовалась чашке горячего крепкого чая.
Миссис Стриклер суетилась, как наседка, пока Дебора не доела последнюю ложку каши, а затем позвала сыновей, чтобы они принесли деревянную лохань и горячей воды. Мальчики не поднимали глаз и пробормотали «миледи», когда Дебора поблагодарила их за труды.
– Хотите, чтобы я осталась и помогла вам? – предложила миссис Стриклер.
– Нет, спасибо, – ответила Дебора.
– Очень хорошо. Позовите меня, если что-нибудь понадобится. – И славная женщина захлопнула за собой дверь.
Подкрепившись, Дебора ощутила прилив сил. Она быстро искупалась в корыте. Мыло, предложенное миссис Стриклер, резко пахло щелоком, однако Дебора сумела вымыть волосы, чему была очень рада.
