заключенных, их затолкали туда. Впереди сели милиционер с автоматом и водитель. В следующий «газик» сели еще несколько милиционеров.
– Все, поехали! – сказал старший, обращаясь к водителю.
– Куда вы нас везете? – обратился Валентин через сетку к сидящему впереди милиционеру.
– Отпускать вас везем, передавать в надежные руки, – и милиционер улыбнулся.
– В какие надежные руки? Если мы невиновны, то будьте любезны нас отпустить!
– Вот мы вас сейчас и отпустим!
Вскоре они выехали на трассу, ведущую к Москве, и остановили машину у большого моста, который пересекал основную дорогу. Затем «газики» съехали вниз. Таким образом, они остановились в совершенно пустынном месте.
– Почему вы нас не выпускаете? – стал приставать к милиционеру Воробьев. – Вы же сказали, что отпустите!
– Сейчас отпустим! Только братве Макса передадим и отпустим.
– Какой еще братве?
– А вы что, не знаете, какая у Макса братва? Беспредельщики, киллеры! Формально мы не имеем права вас держать, вы на самом деле свидетели убийства. Поэтому сейчас подъедет братва Макса, которая требует вас живыми, которая пообещала все жилы из вас вытянуть, но узнать информацию, где находится Кузя. Так что мы вас сейчас освободим.
И действительно, вскоре появилась тонированная «девятка». Машина почти вплотную подъехала к «газику» и два раза мигнула фарами.
– Вот и братва приехала! – сказали милиционеры.
Теперь Валентин видел, как из машины вышли трое коротко стриженных ребят в куртках. Навстречу вышли милиционеры без оружия. Они что-то стали им говорить. Валентин слышал, что разговор ведется на блатном жаргоне. Один из парней подошел ближе. Теперь его хорошо видели и Валентин, и Воробьев. Он что-то сказал, обращаясь к милиционерам. Но в машине ничего слышно не было.
– Все, они нас сдали! – сказал Воробьев. – Это те бандиты, которые с Максом сидели! Они с нами цацкаться не будут – сначала пытать будут, а потом убьют. Да и пытать будут гораздо жестче, чем менты! Я этого не выдержу! Валентин, я не выдержу!
– Молчи! – сказал Валентин.
– Но мы же невиновны! Мы же только свидетели! Нас подставили! Шест убивал их!
Но Валентин молчал. Что он мог сказать? Ничего.
Наконец парень отошел. К машине подошли еще двое из группировки Макса с обнаженными пистолетами. Опять они стали оживленно о чем-то говорить с милиционерами. Наконец милиционер оттолкнул их в сторону и, подойдя к машине, где сидели Валентин с Воробьем, открыл дверь и спросил:
– Ну что, пацаны, не передумали? Отдаем вас бандюкам Макса, или передумаете? Как ты, Воробьев?
– Я буду давать показания! – закричал Воробьев. – Я покажу, где находится Кузя! Только отвезите меня обратно в отделение!
– Вот это другой разговор! – милиционер быстро захлопнул дверь машины и, показав ребятам, что все закончено, побежал к водителю. Через минуту машина рванулась с места и поехала обратно в сторону Люберец.
– Что же ты, гад, сделал? Ты же предал! Тебя же теперь убьют! Тебе не жить! – закричал Валентин на Воробьева.
– А мне и так не жить! Они хотели нас бандюкам отдать! Они нас сразу бы убили! А я больше не выдержу. Я совсем другой человек, не такой, как ты.
Валентину было не по себе. Получается, так. Сейчас Воробей сдаст Кузю. Кузю с ребятами арестуют в ближайшие дни, и подозрение падет на них. Попробуй потом докажи, кто из них выдал – Воробьев или Валентин! Кузе проще их двоих шлепнуть – и Воробья, и его за компанию. Он не будет разбираться…
Через несколько минут машина приехала в отделение милиции. Там их развели по разным кабинетам. Теперь Валентину было ясно, что Воробьев дает активные показания.
В кабинет заглянул знакомый уже оперативник и поинтересовался:
– Ты ничего не надумал? Не собираешься дополнять рассказ Воробьева?
– Нет, – покачал головой Валентин, – я ничего не знаю.
– Ну, парень, смотри, твоя воля. По закону мы тебя еще сутки можем подержать.
Еще сутки Валентин просидел в отделении милиции. За это время никто его не бил, никто не вытаскивал на допросы, на разговоры. Ближе к вечеру его перевезли в другое отделение милиции, где находился ИВС. Там он видел, что к вечеру стали появляться первые задержанные. Первым привезли паренька из его старой команды.
Только его завели, как бы показали, вероятно, милиционеры вспомнили, что они друг друга знают, и тут же увели обратно. Валентину стало ясно, что стали брать всю группировку.
На следующее утро дверь камеры открылась, и сержант скомандовал, назвав его по фамилии:
– Выходи!
Валентин молча вышел. Его подвели к дежурному. Тот протянул ему книгу, где нужно было расписаться.
– За что я расписываюсь? – спросил Валентин.
– За то, что выходишь, и за то, что получаешь свои вещи обратно, – сказал дежурный.
Валентин стал расписываться. Он получил вещи. Тут он увидел, что в отделении началась суета. Кого-то привозили, кого-то вывозили, народу было много. И там и сям бегали милиционеры в пятнистой форме – так называемый ОМОН. Вероятно, их и вызвали, чтобы брать группировку. Потом по коридору прошли какие-то важные мужчины в штатском, вероятно, начальство из Москвы вызвали, из МВД.
Валентин собрал свои пожитки и направился к выходу, как вдруг увидел того милиционера с автоматом, который их сопровождал, и – бог ты мой! – с ним идут два парня, те бандиты из группировки Макса. Но почему-то теперь они были в верхней одежде. У обоих торчали из-под мышек рукоятки пистолетов Макарова. «Ничего не понимаю! – подумал Валентин. – Эти бандиты, да еще открыто вооруженные, ходят по отделению милиции? Получается, что они легально действуют?»
Оперативник заметил Валентина и быстро схватил его за руку.
– А ну-ка, дорогой, пойдем поговорим в этот кабинет!
Они вошли в кабинет.
– Ну что, – сказал оперативник, – здорово мы вас развели?
– В каком смысле?
– А вы думали, только вы, бандиты, можете коммерсантов и лохов разводить, а милиция ничего не может? Вот мы вас и развели!
– Ничего не понимаю.
– Ты что, думал, что эти бандиты, которым мы должны были вас выдать, были настоящими, от Макса?
– А кто же это?
– Да это наши сотрудники, переодетые! Зато мы добились результата – вся группировка во главе с Кузей арестована. И знаешь благодаря кому?
– Благодаря Воробью, кому же еще! Теперь Воробей не жилец!
– Нет, дорогой, он как раз и жилец. А вот ты не жилец.
– Почему это?
– А потому, что мы всех арестовали, а тебя мы выпускаем. Вот какая неувязочка получается! А Воробья мы тоже чуть подержим, а потом отпустим. Так что все подозрения и стрелки, говоря вашим языком, упадут теперь на тебя, Валентин! Так что вот так, не захотел нам помогать, теперь
