раз в год. Иначе мне придётся наведываться к ним самому. Хотя хорошая мысль. Несколько часов на самолёте не так уж и долго.
— Если внуков упомянул, значит, у них с Кузьмой всё хорошо? Они поэтому всё время ходят, держась за руки?
— Ещё до Нового года Кузьма приходил ко мне, — улыбнулся герцог. — Сказал, чтобы я не беспокоился, Сабина родит мне наследника и даже не одного, а нескольких.
— Так и сказал? — удивился Маурицио. — У Кузьмы есть хорошая черта, если он что-то обещал, то обязательно это выполнит.
— Так и сказал, — кивнул герцог. — Почти слово в слово. Что Сабина обязательно станет мастером в ближайшие несколько лет, но её здоровью ничего не угрожает. Даже наоборот, она сможет родить здоровых и сильных наследников.
— За это можно выпить, — согласился Маурицио и сразу исполнил сказанное. — Но ты уверен, что у них родится мальчик?
— Не одного, а нескольких наследников, — важно повторил герцог мечтательным тоном. — Может, к этому времени и у Карла Альберто родится дочка. А там всё может быть…
— Эка далёкие ты планы строишь, — маркиз Сальви кивнул, подставляя бокал для добавки.
— Время летит очень быстро. Я отчётливо помню, как баюкал Сабину на руках, как радовался её рождению. Оглянуться не успел, а она уже уходит в другую семью.
— Что ж, рад за них, — сказал маркиз. — Тогда и нам нужно постараться и всё успеть, чтобы твои далеко идущие планы не испортить.
Глубокая ночь, жилой комплекс недалеко от поместья маркиза Сальви
Проснувшись, Мгуапе бросил взгляд на электронные часы, светящиеся в темноте. Показывало три часа ночи. Откинув одеяло, он встал и потянулся за тёплым махровым халатом, который ему очень понравился. А ещё бывшему генералу пришлись по душе мягкие и очень удобные тапочки. Да и в целом большая квартира на третьем этаже, тёплая и уютная, была гораздо комфортабельней той дыры, в которой Мгуапе жил последние три месяца. Здесь, по крайней мере, постоянно была горячая вода в душе, не едва тёплая и не скверно пахнущая.
Плотнее запахнув махровый халат, Мгуапе подхватил трость и вышел на балкон. Сигнальная техника, которую он расставил вокруг дома, показала, что к ним приближаются как минимум два мастера. Они пытались скрыть присутствие, ограничивая силу, но делали это крайне неумело. В отряд разведки бывший генерал их бы точно не взял. Во-первых, они допустили ошибку, что не проверили дом на предмет сигнальных техник, а во-вторых, выбрали неудачную точку проникновения во двор.
По всему выходило, что не только Мгуапе узнал человека, причастного к найму чернокожих мастеров, но и тот смог опознать бывшего генерала. Стоило ожидать, что они попытаются замести следы, убрав свидетелей.
Один из незваных гостей как раз собирался перепрыгнуть через забор, прямо под балконом. Глупый мастер даже не удосужился поднять голову и убедиться, что за ним никто не наблюдает. Мгуапе с тихим щелчком повернул рукоять трости, вытягивая узкий клинок, сантиметров сорок длиной. Когда-то он отдал за него целую горсть крупных алмазов. Переплатил сильно, но скрытый клинок его ещё ни разу не подвёл.
С возрастом Мгуапе становилось всё труднее ловко двигаться, но даже так он легко перепрыгнул перила балкона, падая на площадку. Глупый мастер тоже преодолел своё препятствие, оказавшись во дворе, но совершенно не заметил угрозы сверху. Бывший генерал приземлился рядом, использовав немного силы, чтобы смягчить удар. Ему повезло, так как в этот момент по дороге за домом промчался автомобиль, рёвом двигателя заглушив все звуки. Бросив взгляд на обезглавленное тело, Мгуапе быстрым шагом прошёл к углу дома, за которым находилась дверь чёрного хода. Второй незваный гость был немного проворнее товарища и уже увлечённо возился с замком, пытаясь вскрыть его отмычкой. Мгуапе коротко взмахнул клинком, отсекая и ему голову, но лезвие вспороло лишь воздух. Незваный гость оказался проворным и, скорее всего, уже понял, что попал в западню. Поднырнув под замах, он резко развернулся, ударяя Мгуапе длинным трёхгранным кинжалом в грудь.
— Хорошая попытка, — сказал бывший генерал на португальском, делая быстрый шаг назад.
Прыткий мастер удивлённо вытаращился на немолодого чернокожего мужчину, даже не заметив, когда тот успел нанести сразу два удара. Левой рукой он попытался зажать глубокую рану на шее, затем упал на колени и повалился лицом на землю. Мгуапе, в свою очередь, посмотрел на отрубленную правую руку прыткого мастера, зажатую у него под мышкой. Будь бывший генерал немного нерасторопнее, удар пришёлся бы ему точно в сердце. Отбросив отрубленную руку, Мгуапе наклонился, чтобы поднять трёхгранный кинжал. Оружие смертоносное, но сделанное из неотзывчивого металла, бесполезного для опытного мастера.
Спокойно перешагнув через тело, Мгуапе открыл дверь, поднялся по лестнице на второй этаж и постучал в дверь квартиры. Ждать пришлось недолго. Дядя Кузьмы открыл дверь, держа в руке тяжёлый крупнокалиберный револьвер.
— Куда здесь можно деть тела? — спросил Мгуапе. — Чтобы не поднимать много шума.
* * *
Как ни планировал я поехать домой утром четвёртого января, сделать этого мне не дали. Сначала я долго беседовал с Маурицио на самые разные темы. Он словно не хотел отпускать меня так рано, поэтому тянул время, говорил о безопасности моей сестры и о том, что у них всё будет прекрасно. Затем вспомнил прошедший приём. Попросил не сильно сердиться на Карла Альберто, говоря, что у него проблем сейчас столько, что его выходка с женитьбой на беглых Савойских ещё не самое страшное. А ещё поблагодарил за предупреждение о покушении на жизнь короля. Подробностей не раскрыл, но упомянул, что спецслужбы кого-то поймали и даже так, чтобы предъявить серьёзное обвинение, за которое предусматривалась смертная казнь.
После беседы с маркизом шёл большой праздничный завтрак, где тоже обсуждали громкую новость о свадьбе короля. И когда мы с Сабиной уже собрались садиться в автобус, примчались шумные испанцы. Сначала приехала дюжина вооружённых карабинеров на двух броневиках, затем несколько чёрных внедорожников и ещё один бронеавтомобиль, на которых обычно перевозят большое количество денег. Руководил своеобразным парадом герцог Луис де Борха-и-Энрикес, собственной персоной.
— Я привёз послание от Его Величества Карла IХ Леон Фернандо Мария Паскуаль де Бурбон-и-Аустрия-Лорена, — торжественно произнёс герцог после приветствия и краткого обмена любезностями.
С этими словами герцог вручил мне большой пухлый конверт с печатями, красивой надписью и гербом королевского дома Испании.
— А также благодарности за помощь в возвращении исторической ценности, — добавил
