довольно лыбится Руслан, когда я отпираю дверь нужного мне дома, пытаясь угадать подходящий ключ из связки, которую всучила мне Юля.
Больше всего перед этой встречей я боялась того, что клиент будет задавать мне какие-то неудобные вопросы об объкте, на которые я просто не смогу ответить. Но мои опасения не сбываются.
Руслан вполуха слушает мою сбивчивую презентацию, которую я провожу, постоянно сверяясь с содержимым файла, присланного мне Тимой. В определённый момент он просто останавливает меня небрежным поднятием руки.
— Можешь так не убиваться. Я и сам всё вижу.
Молча следую за ним на второй этаж. Такое чувство, что он намерен заглянуть в каждый уголок этого дома. Открывает все попадающиеся на нашем пути двери. Выдвигает по очереди ящики кухонной мебели.
Нетерпеливо выдыхаю:
— Прости, конечно. Ты ищешь что-то конкретное?
Намекаю на то, что он излишне скрупулёзен.
Он смотрит на меня с лёгким удивлением, как будто не понимает, о чём это я.
— Конечно. Я должен убедиться, что здесь всё как надо.
— Ты планируешь здесь жить? — следующий вопрос вылетает из меня сам по себе, минуя все мыслимые и немыслимые фильтры вежливости.
— А что? — коварно улыбается. — Хочешь присоединиться?
Вздыхаю устало.
— Если мне не изменяет память, мы закрыли этот вопрос на юбилее Марины Васильевны.
— Закрыли! — соглашается бодро. — Но что мешает нам открыть его снова?
— С какой стати? — скептически приподнимаю брови.
— С такой, что обстоятельства несколько изменились! — рапортует мне весело.
— О чём ты? — спрашиваю прохладно-равнодушно. На самом деле внутри у меня всё замирает. Меньше всего мне хочется, чтобы Серёжа делился подробностями нашей личной жизни со своим другом. Я же не говорю ничего Алёне. Хожу к психологу, как правильная. Мысленно фыркаю, представив Алёхина на кушетке у Елены Евгеньевны.
— А ты не понимаешь? — Руслан криво улыбается. Подойдя ближе, цепляет пальцем висящую на моей груди подвеску.
— Нет. Не понимаю. Может ты объяснишь мне? — говорю ровно, замечая как глаза Руслана из задорно-игривых становятся холодными, и даже безжизненными. Произошедшая с ним метаморфоза слегка пугает меня. Гордо вскидываю подбородок, скрывая свою реакцию.
Руслан отвечает медленно, как будто отрубая слово за словом:
— Мой лучший друг. Которого я знаю, сколько себя помню. Не разговаривает со мной уже месяц. Прикинь? — щурится, поджимая губы.
— Это должно меня волновать? — иронично бросаю в ответ.
Руслан продолжает, не обращая внимания на мой вопрос:
— Месяц назад он привёз мою сестру. К нам домой, посреди ночи. Практически вытолкал её из машины. Тебе это ни о чём не говорит? — пристально смотрит в мои глаза. Его взгляд — чёрный и словно бездонный, засасывает меня.
— Почему это должно мне о чём-то говорить? — почти хриплю. Сейчас я чувствую себя так, будто оправдываюсь перед ним. Хотя… какого хрена вообще?!
— Серый сказал, что больше видеть мою Люду не желает. Даже на фото. Так и сказал, прикинь. «Пусть она ко мне приближаться не смеет». Его слова.
Испытующе смотрит. У меня чёткое ощущение, что я вглядываюсь в бездну сейчас. Радужки глаз Руслана — невероятно глухого, ровного цвета. Непроглядная ночь.
— Я всё равно не понимаю…
Он перебивает меня:
— Отобрал ключи от своей квартиры. Дубликат. На тот случай, когда его нет в городе. Сказал, что всё равно поменяет замки.
— Я должна заплакать сейчас? — спрашиваю ядовито. Меня уже начинает бесить вся эта ситуация. Пусть сами там в своей итальянской семье разбираются!
— Люда ревела почти неделю. Ночью, в подушку. Прохожу мимо её комнаты, а она воет как зверь. Не знаю, что он ей спи*дел, она не признаётся. Как только спрошу — в слёзы.
— Руслан. Если ты всё здесь посмотрел…
— Не всё, — он резко придвигается. Схватив за плечи, прижимает к стене. Плещущая из него агрессия затапливает меня.
— Отпусти, — цежу сквозь зубы. — Если ты поссорился со своим дружком, это не повод трогать меня так.
— Извини, — он слегка ослабляет хватку, но руки не отнимает. — Я просто хочу понять. Какого хрена мой лучший друг ведёт себя как оскорблённая девственница?
— Да мне откуда знать?! Отпусти!
— Что-то мне подсказывает… Ты как раз знаешь, — веско роняет слова. — Какого хрена у вас там случилось? И при чём здесь моя сестра?
— Понятия не имею. Это у неё спроси.
— Спрашивал — она молчит.
— Значит, спроси получше. Когда я пришла, она уже была там! Голая, в его спальне, — добавляю едко, с удовлетворением глядя в его округлившиеся глаза.
— Х*ли ты пи*дишь? — его ноздри раздуваются. — Люда бы никогда не стала…
— Серьёзно⁇ — начинаю смеяться истерически. — Вы оба… вы оба — просто два идиота! Тупой и ещё тупее! — практически захлёбываюсь смехом.
— О чём ты?
Резко прекращаю смеяться.
— О том, что твоя ненаглядная Людочка наглухо втюрилась в твоего лучшего друга! И ты слепой, если этого не замечал!
— Пи*дёж.
— Зуб даю, у неё под подушкой дневник, обклеенный фотками Алёхина, — говорю на полном серьёзе.
Он ошалело таращится на меня, словно переваривая полученную информацию.
— Пи*дёж.
— Слов других не знаешь что ли? — злюсь, вырываясь из его хватки. Потираю плечо. Немного болит.
Руслан проводит ладонями по лбу, зачёсывая волосы назад. Вцепившись руками в голову, делает несколько шагов по кухне в разных направлениях.
— Руслан… — мне становится его даже жаль. Похоже, он реально шокирован.
— Послушай. Если тебя это успокоит, думаю, что у них с Алёхиным ничего не было.
— Успокоит?! — останавливается резко. Смотрит на меня диковато, во взгляде сквозит бешенство.
— В тот раз, когда мы встретились у его дома. Когда ты забирал Люду. Она тоже пришла внезапно. Мы… у меня был день рождения в тот день. Мы с Серёжей ужинали. Вдвоём. И тут твоя сестра.
Пауза. Я собираюсь с мыслями.
— В этот раз, месяц назад. Когда я пришла, она уже была там. Мы поссорились, из-за неё. Я ушла. Больше я не видела ни твою сестру, ни… Серёжу. Я правда не знаю, что у них случилось. Как она там оказалась, и вообще…
Руслан останавливается. Прислонившись спиной к стене, запрокидывает голову назад. Не глядя, достаёт из карманы сигареты.
— Здесь нельзя курить.
— Пох*й.
Закуривает. Жадно затянувшись, выдыхает дым. Тут же затягивается вновь.
Фыркнув, прохожу мимо него, чтобы открыть окно.
— Ты всегда такой? Любишь нарушать правила?!
Он как будто не слышит меня. О чём-то напряжённо размышляет. Нарушает молчание коротким:
— Это я дал ей ключи.
— В смысле? — перегнувшись через подоконник, с удовольствием вдыхаю свежий весенний воздух. Ненавижу запах табака.
— На девятнадцатом трубу прорвало. Восемнадцатый затопило. Из управляйки позвонили, сказали, нужно проверить. Серёга живёт на семнадцатом.
— И?
— Мне было некогда. Я как раз резину менять
