поехал. Ну, я и попросил Люду.
— Попросил Люду о чём? — туплю и сама это понимаю. Мысли никак не желают складываться в логические цепочки.
— Съездить вместо меня к Алёхину блть! — цедит зло, сплёвывая в сторону.
Из меня вырывается смешок. Потом ещё один. Захожусь в нервном хохоте, не в силах остановиться. Руслан смотрит на меня как на умалишённую.
— Чё ржёшь?
— Я… я… — никак не могу перестать. Постепенно мой смех переходит в дёрганые всхлипы.
Руслан подходит ко мне. Решительным движением закрывает окно за моей спиной.
— Поехали.
— Куда? — спрашиваю скорее на автомате.
— Прокатимся. Кстати, дом я покупаю.
— Покупаешь? — моему изумлению нет предела.
— Ага. Передашь своему руководителю… как его там?
— Тима. То есть Тимофей Олегович, — исправляюсь поспешно.
— Ну вот. Передашь своему Тимофею Олеговичу, пусть перезвонит мне. Договоримся о встрече.
— Хорошо. Когда…
Не даёт мне договорить:
— Без разницы, когда. А сейчас поехали. Мне нужно выпить.
Глава 39
Тяжелый случай
— Я не буду, — уверенной рукой отодвигаю от себя деревянную подставку с разноцветными шотами.
— Бесишь, — только и говорит Руслан. Опрокидывает в себя рюмку за рюмкой.
— Ты бы закусывал.
— Может ещё шапку надеть, мамочка? — усмехается. Смотрит на меня пристально и при этом как-то… плотоядно.
— Даже не думай, — предостерегающе кручу головой из стороны в сторону.
Он вздыхает. Закидывает в рот горстку солёных фисташек из глубокой деревянной миски.
— Чё я, по-твоему, самоубийца? — фыркает. — Да и вообще. Не по-пацански всё это. Не по понятиям.
— Что именно? — пробую свой безалкогольный мохито. Вкус лайма и мяты приятно холодит язык.
— Женщина друга — табу.
— Я — не его женщина. Я вообще — ничья женщина.
Убираю в сторону стоящие на столе закуски, чтобы освободить место. Официантка принесла горячее.
Выбор в этой забегаловке, куда меня привёз Руслан, так себе. Но я настояла на том, чтобы как следует поесть, а не просто перекусить. Очень не хочется тащить на себе тушку убитого вхлам татарина. А он, судя по всему, вознамерился сегодня сделать свой месячный план по алкоголю.
Порядком захмелевший, Руслан смотрит на меня с ироничной ухмылкой на гладко выбритом лице.
— А хочешь, проверим?
— Что проверим? — сосредоточенно жую свой стейк с халапеньо и маринованным луком. Мне сейчас не до этих глупостей. Мне просто хочется есть.
Руслан тем временем достаёт смартфон из кармана брюк. Поднимает его в воздух, снимая себя на фронталку. Улыбается, делая козу пальцами. Затем ведёт камерой по бару, запечатлевая окружающее нас пространство.
Не обращаю на него внимания, продолжая поглощать свой ужин. Чем бы дитя не тешилось.
Подняв взгляд, упираюсь им прямо в чёрный глазок смартфона. От неожиданности даже перестаю жевать. Проглатываю застрявший в горле кусок.
— Что… что ты делаешь?! — возмущённо.
Руслан лыбится мне довольно с той стороны:
— Сторис снимаю. Для друзей! — почти ржёт там, за кадром.
Рефлекторно тянусь к нему, чтобы отобрать гаджет. Но не успеваю. Он сам убирает с меня фокус. Свайпает по экрану несколько раз.
— Готово!
Блаженно потянувшись, делает большой глоток пива из своего бокала.
— Что ты сделал, Руслан?
— Всего лишь кое-что запостил, — бормочет, ловко разрезая свою порцию мяса на небольшие кусочки.
— На хрена!?
— Ты сказала, что ты ничья женщина. Вот и проверим.
— Идиот.
— Ты повторяешься. А ещё я тупой, я помню. Я, например, ни разу тебя не оскорблял, — нацепив на вилку розовато-коричневый кусок говядины, макает его в соус.
— Прости. Я не хотела тебя обидеть, — говорю примирительно.
— Знаешь, меня очень сложно обидеть. Но кое-кому это удалось. Вот пусть смотрит теперь чужие сторис и дрочит там в одиночестве.
— Фууу… — морщусь непроизвольно.
— А что? — Руслан вновь подзывает официантку.
Обращается к ней:
— Ещё пива. Такого же, нефильтрованного.
Переводит взгляд на меня. Выглядит при этом абсолютно трезвым.
— Строит из себя обиженку. Вот пусть ещё немного пообижается.
— Странная у вас дружба, конечно. Я… — тяну скептически.
Взгляд Руслана внезапно становится жёстким, заставляя меня замолчать.
— Не говори о том, чего не знаешь. Серый — мой лучший друг. Я за него порву.
Театрально хлопаю в ладоши.
— Боже, какой накал! Какая страсть! Значит, он твой… как это сейчас говорят? Краш?
Руслан усмехается:
— Типа того. Надо у Люды спросить.
Тень набегает на моё лицо. Руслан замечает это.
— Люда была поздним ребёнком. Она родилась, когда родителям было уже под сорок. После меня мама долго не могла забеременеть. Они уже совсем отчаялись, а тут… словно подарок судьбы.
— Сейчас им где-то шестьдесят?
— Около того. Сколько себя помню, вокруг Люды все на цыпочках ходили. Она, как та принцесса из диснеевского мультфильма, всегда получала то, чего хочет.
— И однажды она захотела твоего друга. А ты и не заметил, — изрекаю мрачно. — Вот и сказочке конец.
— Возможно, так и было. Мы с Серёгой с детства тусовались вместе. Люда была на мне. «Руслан, отведи Людочку в школу. Руслан, нужно объяснить Людочке задачу, она не понимает. Руслан, встреть Люду после танцев, уже темно!» — говорит, словно передразнивая кого-то. По всей видимости, мать.
— Тебе это не нравилось? — интересуюсь понимающе.
— Спрашиваешь! — хмыкает иронично. — Конечно, не нравилось. Я был подростком. Тогда мне нравились шутеры на плэйстейшн, а ещё женские сиськи.
— Блин, зачем так грубо? — опять возмущаюсь. Он лишь смеётся в ответ.
— Но я был послушным мальчиком. Поэтому всюду и везде таскался с Людой. И Серёга всегда был с нами, за компанию. Я был уверен, что она для него такая же сестра, как и для меня… — произносит, задумчиво вглядываясь в пузырьки пива, танцующие в его бокале.
— Справедливости ради сказать, так и есть. Он говорил мне о Люде примерно в том же ключе, что и ты сейчас.
— Тогда какого хрена всё это происходит? — восклицает эмоционально.
— Откуда мне знать… — отвечаю невесело. — Так бывает. Люди влюбляются в неподходящих им людей. А потом страдают, накручивая себя.
— Ну, тебе лучше знать. Ты ведь женщина.
— Это уже сексизм какой-то, тебе не кажется?
— Не кажется, — парирует мне уверенно. — У вас, у баб, всегда так. Только и знаете, что требовать. Новый айфон. Тур на Мальдивы. Звезду с неба.
— Тебе просто попадались не те девушки.
— Что? — спрашивает скептически. — Скажешь, ты не такая? Вот чего ты, к примеру, на Серого обозлилась?
— А ты бы не разозлился? Если бы твоя девушка привела домой парня. Ты заходишь такой в её комнату, а там он. Голый. Даже без простынки! — говорю ехидно.
— Разозлился бы, конечно. Дал бы ему пи*ды. А потом бы с ней разобрался. Один на один. А ты — что? — машет рукой в сердцах. — Взяла
