льда. Он поселился там уже давно и сейчас нарастил критическую массу.
С самого раннего утра Катя на видеосвязи со мной. Она переживает за меня, без нее я бы точно сломалась. Но сейчас я ей благодарна за поддержку и искренние слова.
Почти месяц пролетает незаметно. Я работаю, стараюсь вникнуть во все дела Андрея Игоревича. Иногда набираю цифры номера, который выучила наизусть. Я знаю, что ответа не будет. Этот номер мертв почти месяц.
Но я снова проверяю, хотя знаю, что ничего не изменилось. Где ты, Мирон? Этот вопрос звучит во мне, как тяжелый камень, брошенный в колодец моей памяти, он эхом множится в темноте, порождая еще больше вопросов. Он просто исчез. Его имя, ставшее в моем мире синонимом бури, опасности и какого-то извращенного, дикого притяжения, теперь — лишь безмолвная пустота.
Эта неизвестность — она как яд. Медленно, но верно разъедает меня изнутри. Это не просто страх за его жизнь, хотя он, конечно, тоже присутствует. Это страх от того, что я снова осталась одна. Уязвимая. И это пугает меня больше.
Мы расстались при ужасных обстоятельствах. В этом хаосе я столкнулась с его дикой, необузданной стороной. Словно его демон, дремавший в глубине души, явился мне во всей своей ужасающей красе, оставляя после себя лишь пепел наших отношений и ожог этого откровения.
Не хочу вспоминать, мне все еще больно…
Я выхожу из дома и направляюсь к машине, как вдруг вижу его.
— Анжелика, как раз тебя ищу, любимая.
Гоша приближается, коварно улыбаясь, а мои ноги уже ватные, и сердце сбежало из груди, оставив вместо себя зияющую дыру.
— Не смотри так, — он быстро нагибается и целует меня в губы.
Я стою и боюсь пошевелиться, только на глазах уже появились первые слезы.
— Анжелика, я что-то не так делаю? Думал, тебе нравится… Ладно, — он улыбается и горячими ладонями дотрагивается, замирая, до моих щек.
Пристально смотрит мне в глаза и медленно вытирает горькие капли, словно не понимая, что именно вызывает такую реакцию.
— Мы же теперь больше, чем любовники, мы — деловые партнеры. И ты мне очень, очень нужна. Пойдем.
Он, как ни в чем не бывало, берет меня за руку и ведет к своей машине. В голове — пустота. Кажется, я все это время вовсе не дышала, и сейчас от страха и предвкушения опасности сердце все-таки вспомнило, что оно здесь.
— В офис? — тихо интересуюсь я, оказавшись в его машине.
— Да. А потом поедем ко мне. Я помогу тебе снять… стресс.
Ага, а с ним и всю одежду. Нет, это какой-то страшный сон, который затянулся!
— Пожалуйста, оставь меня…
Гоша поворачивает голову в бок и выражает сочувствие на лице.
— Анжелика, перестань. Ты просто немного шокирована произошедшим. И это нормально. По большей части это из-за непонимания моих действий. Но, я помогу тебе разобраться.
— Да не хочу я, чтобы ты мне помогал! — не выдерживаю и кричу в ответ. — Я хочу, чтобы ты свалил из моей жизни навсегда!
Внезапно он зажимает пальцами мои щеки и нависает над мной. Близко, совсем близко, заставляя меня невольно зажмуриться.
— Мы сделаем, как я скажу, ты же не против? — выдыхает он мне в губы.
Я снова плачу и киваю ему, боясь произнести слово.
Гоша отстраняется, открывает бардачок и небрежно кидает мне пачку салфеток.
— Вытирай свои слезы.
Мы молча едем в офис. Меня сопровождают тремор и больная голова. В ушах звенит, в горле пересохло. Думаю, как сбежать, но боюсь совершить хоть одно неверное движение.
— Доброе утро, Анжелика Викторовна! — встречает нас на входе охранник, остальные следуют его примеру.
— Анжелика Викторовна, юристы подготовили документы для Совета директоров «Фортезза Групп», мне надо… — перехватывает меня коллега.
— Дайте я взгляну, — прерывает Гоша и тянется к ним руками.
— Позвольте сначала мне, — прерывает его начальник аналитического отдела, Александр Тимофеевич, не подозревающий о том, что пришел мне на помощь. — Документы сначала передаются в мой отдел, где я лично оставляю свой комментарий к каждому абзацу и проверяю на наличие ошибок и несоответствий.
— Абсурд. Мне требуется двадцать минут, чтобы взглянуть, — отвлекается Гоша.
—Абсурд или не абсурд — не вам решать, Георгий, — равнодушно отвечает он. — Руководство меняется, правила остаются неизменными. Так было и так будет.
Он уверенно забирает договор у нашего юриста, а я отступаю назад, пока они общаются, и Гоша явно недоволен этой беседой.
Я резко разворачиваюсь и бегу к выходу! Бегу так быстро, насколько могу, торможу такси и запрыгиваю внутрь.
— Быстрее, быстрее в центр!
Водитель едет, и я с ужасом наблюдаю, как из дверей нашего здания выбегает Гоша. Мы разминулись всего на несколько секунд. Это время сыграло мне на руку, не могу поверить!
Он, как хищник, взглядом выискивает меня, но безуспешно! Я так напряжена, что не могу расслабиться и выдохнуть. Кажется, легкие сжались. Делаю усилие и вдыхаю.
Куда ехать? Некуда бежать. Отсиживаться в отеле целую вечность я не смогу. Это так глупо. Телефон вибрирует, думаю, что это Гоша, но нет. Неизвестный номер.
— Алло, — решаюсь ответить.
— Привет, Анжелика.
— Кто это?
— Не узнала старого друга? Никос, - усмехается он.
— Я не хочу с вами разговаривать!
— А я вот хочу.
— Я все сделала. Я перевела вам договор. Оставьте меня в покое!
— Спасибо, конечно. Но только дело совсем не в этом. Буду краток. Мирон оплошал. И я предупреждал его, что будут последствия.
— Я ничего не знаю. Я честно не знаю о ваших делах, я никому ничего не рассказывала про ваши гаражи, — едва не плачу от страха я.
— О, малышка, я знаю, что ты умеешь держать язык за зубами. Именно поэтому я дам тебе шанс. Дам последний шанс твоему мужу, - он набирает в легкие воздух. — Передай ему, что у него есть неделя, чтобы решить наши проблемы. Ну, а потом… Он знает, какой ответ последует с моей стороны. Ты передашь это сообщение ему?
— Да…
— Умница. И... Молись, чтобы мы с тобой больше никогда не встретились, Анжелика.
Его голос звучит непривычно мерзко,
