Затем ободряюще добавил:
— Не стесняйся.
Внезапно она заявила:
— Я вас боюсь.
— Ты? — удивился Тигр. — Меня?
Он усмехнулся. Она также едва заметно улыбнулась.
— Я даже не знаю, почему я вас боюсь.
— Давай выясним вместе.
Она слегка рассмеялась. Как нравился Тигру этот смех!
— А как же мы это сделаем? — наконец спросила она.
— Чего ты боишься… — спросил он. — Во мне есть что-нибудь страшное?
— Ну… я не знаю… — ответила девушка.
— Потому что я белый?
Мона удивленно и растерянно уставилась на него. Он спокойно позволял ей рассматривать его. Тигр продолжал наблюдать за ней. Груди у нее как-то удивительно приподняты кверху. Он впервые обратил на это внимание во время занятий по гражданскому праву еще в самом начале учебного года. Конечно, размышлял про себя Тигр, рассматривая их мысленно обнаженными, они, действительно, удивительны. Он никогда еще не видел перед собой коричневых грудей. Это было что-то необыкновенное. Приподнятые кверху, с теплотой подумал Тигр.
— Я… — сказала она, определенно находясь в возбужденном состоянии. — Возможно, поэтому.
— Я это знаю.
— Я всегда чувствую себя не в своей тарелке, когда нахожусь в обществе белых людей, — немного поколебавшись, сообщила она ему.
— Я могу в это поверить, — мягко сказал Тигр, — и понять это тоже могу, — добавил он спокойно.
— Вот это и пришло мне в голову, — сказала она.
Он слегка кивнул.
— Сколько тебе лет, Мона? — спросил он.
— Семнадцать.
— Ровно?
— Две недели назад стукнуло.
— Ты очень привлекательна… ты это знаешь?
Она улыбнулась, пошевелилась в кресле, груди ее тоже слегка шевельнулись. Тигру это понравилось.
— Спасибо, — сказала она.
— Ты это знаешь, — повторил он.
— Видите ли, — ответила она, стараясь не встречаться с ним взглядом. — Я догадываюсь, что недурно выгляжу.
— О, ты, значит, знаешь, что красива.
Она снова улыбнулась и посмотрела на него.
— Я верю вам на слово.
— Ты здесь счастлива?
— Вы имеете в виду Соерсвилль?
— Вот именно.
Она задумалась. Тигр терпеливо ждал ответа, наблюдая за ней. Он бросил взгляд на ее ноги. Он внимательно обозрел эти прекрасные ножки снизу вверх. Колени ее были сложены вместе. А выше их…
— Вообще-то, да, — ответила она.
— Ты учишься неплохо. У тебя хорошие оценки по всем предметам.
Она была довольно умна, несомненно.
— Я стараюсь.
— Что ты думаешь о том, что случилось вчера?
— Это ужасно. Просто ужасно. Действительно, очень плохо, — ответила она.
Тигр кивнул.
— Ты общаешься с белыми девушками?
— Видите ли… — ответила она. — Я живу не в Соерсвилле, естественно… в этом вся загвоздка. Понимаете? Девушки все очень хорошие. В целом, я имею в виду. Я уверена, что они бы общались со мной — живи я здесь.
Тигр кивнул.
— Джилл была ужасно хорошей… — очень спокойно сказала девушка.
Тигр кивнул.
— Она была твоей подругой? — спросил он.
Она смотрела на него. Несомненно, он увидел в ее глазах растерянность.
— Она дружила со мной, — мягко ответила девушка, — и это было очень любезно с ее стороны, потому что она, вообще-то не должна бы… так как она уже выпускница, на класс старше, чем я… и все такое… — Мона сделала паузу. — Мы много с ней разговаривали… мы работали с ней над школьной газетой… вы знаете об этом? — Тигр об этом не знал. — Я даже хотела пригласить ее к себе домой… — Она снова остановилась. — Звучит, возможно, дико, но это доказывает, как хорошо она ко мне относилась. Мона помолчала. — Я имею в виду то, что многие белые девушки… и ребята… просто неискренни, когда делают вид, что питают к нам дружеское расположение.
Она умолкла, и Тигр кивнул головой.
— Именно поэтому ты меня боишься?
Они помолчали. Он ждал ответа.
— Вероятно, — наконец сказала она очень спокойно.
— Итак… — заключил Тигр. — Я думаю, что дело все именно в этом.
Воцарилось молчание. Он продолжал спокойно сидеть, терпеливо ожидая, чтобы она рассказала еще что-нибудь, а его глаза любовались ею. Этими великолепными бедрами. Крутым изгибом этих юных бедер. Ее тонкой талией. Она была сложена божественно.
— У тебя есть друг? — спросил Тигр.
— Ну, как сказать… — ответила она неуверенно. — Встречаюсь с одним…
— Часто?
Она немного подумала.
— О… я выхожу гулять, возможно, раз в неделю. Хотя не всегда на свидание с молодым человеком. — Она помолчала. — Иногда я хожу на танцы или встречаюсь с подружками… — Она умолкла.
— Куда вы ходите с парнем, когда встречаетесь с ним?
— Это… зависит от обстоятельств… — Она помолчала, глядя на него.
Он ощущал, что между ними возникло взаимопонимание, это необходимое условие человеческого существования, без которого жизнь была бы так бедна. По сути дела, оно составляет самую суть нашей жизни. Ему стало горячо. Интересно, подумал он, испытывает ли она то же самое. Ее темно-карие глаза наполняла теплота и хотя она все еще выглядела чуть-чуть испуганной, но… На этой стадии их отношений… в этом не было ничего необычного… Он уже встречался с этим раньше…
— Иногда ходим в кино… — говорила она, глядя на него и сделав паузу, чтобы набрать воздух, а он любовался ее полуоткрытым ртом, ее губами, ее розоватым языком. — Иногда просто ходим на танцы или катаемся на мотороллере… о, все, что угодно! — Она улыбнулась ему. — Один мой знакомый парень затащил меня на мотогонки. Они мне не очень понравились.
Тигр улыбнулся и кивнул головой.
— Как они? — спросил он, как бы между прочим.
— Что вы имеете в виду?
— Они хорошо к тебе относятся?
— Мои ребята?
— Вот именно.
Она молча посмотрела на него. Ее глаза были полны теплоты.
— О… они хорошие, — сказала она.
— Они все — цветные ребята?
— Да, — ответила она. — Я никогда еще не встречалась с белым парнем, — добавила она, немного смутившись.
Тигр кивнул, почувствовав все возрастающее доверие девушки.
— Твои ребята ходят в нашу школу? — спросил он.
— Ну, например, я несколько раз гуляла с Джимом Грином, — с улыбкой сообщила она.
— Он хороший малый? — поинтересовался Тигр.
— О, он мне очень нравится. Он такой смешной. С ним так весело. И он красивый.
— Я знаю, что он красивый парень.
— Но ничего серьезного не было ни с кем, — вздохнула она. — Я еще слишком мала для таких вещей. Тигр усмехнулся.
— Ты чувствуешь, что нужно еще немного обождать, прежде чем завязать серьезные отношения с парнями… — уточнил он.
