Ведьмочка задавила на корню желание выругаться и, мысленно возблагодарив уроки своей наставницы сирены, присела в низком книксене.
– Ваше величество, прошу простить за неподобающий вид.
Глаза Титании заискрились смехом.
– Рада с тобой познакомиться, девочка, – пропела она и, подхватив её под руку, потащила за собой.
Лесной король куда-то уже исчез, и его матушка забросала гостью градом вопросов. Аталиса ещё не пришла в себя и чтобы не показаться невежливой, отвечала наобум, совершенно не думая, что говорит. Впоследствии выяснилось, что эльфийская королева вытащила из измученной девчонки чуть ли не всю историю её жизни, в том числе, и об её сиротстве, хотя она не любила об этом распространяться.
Аталиса с младенчества воспитывалась в ведовской обители и с тех пор навсегда возненавидела как притворную, так и непритворную жалость, которую к ней проявляли окружающие. Подарки от родителей соучениц девочка всегда выкидывала, но делала это потихоньку, чтобы никто не видел. Она не хотела обижать подружек, – ведь некоторые из них искренне её жалели. Во время каникул Аталиса была единственной ученицей, которая оставалась в ведовской обители. Подружки всегда звали её с собой, но она неизменно отвечала отказом, особенно, после того, как из любопытства поддалась на уговоры одной девочки. Как только они оказались в поместье, и она познакомила её со своей семьёй, Аталиса сразу же поняла, что зря приехала. Предчувствие её не обмануло. В общем-то, родители подружки не были плохими людьми. Просто они оказались жуткими снобами. Сами того не замечая, они то и дело унижали маленькую гостью, как правило, своими бестактными замечаниями. Каникулы показались девочке вечностью, и она еле дождалась возвращения в ведовскую обитель.
Собственный голос, который в подробностях излагал её детские обиды, привёл Аталису в чувство. Она смущённо улыбнулась и попыталась замять разговор, но отмолчаться ей не удалось. Титания заинтересовалась её пребыванием у Вотара, и хотя ведьмочка была уже настороже, отвечая на её многочисленные вопросы, это мало помогло. Эльфийская королева только тогда смилостивилась и отпустила полуживую девчонку, когда вытянула из неё всю подноготную, да и то только затем, чтобы её привели в порядок перед предстоящим ужином.
Многочисленные служанки, завладевшие ведьмочкой, обращались с ней вежливо, но ни в грош не ставили её пожелания. Вскоре она перестала сопротивляться и стала послушной куклой в их ловких руках. Вымытая, одетая, причесанная и накрашенная Аталиса заглянула в зеркало и не узнала себя в отражении. Каким-то чудом, а может и на самом деле при помощи магии, с её кожи свели все веснушки и многодневный загар. Зазеркалье показало бледную томную красавицу в голубом воздушном платье.
"О!.. А я очень даже ничего!" – восхитилась ведьмочка. Опасаясь за сохранность нежных луговых цветов, украшающих причёску, она вызвала снежное заклятие, собираясь продлить их жизнь, но старшая распорядительница резко ударила её по руке и под угрозой наказания запретила применять магию.
Самоуверенности ведьмочки хватило ненадолго. Как только она оказалась в пиршественном зале, то сразу почувствовала себя гадким утёнком в стае лебедей и бросила жалобный взгляд в спину уходящей распорядительницы. Она с трудом поборола желание удрать следом, чтобы не видеть устремлённых на неё презрительных взглядов надменных эльфийских красавцев и красавиц. Многозначительные переглядывания и серебристый смех вернули её во времена достопамятных каникул из детства, и она снова почувствовала себя униженной и осмеянной, как тогда, когда оказалась среди приглашённых расфуфыренных гостей в очень скромном ученическом платье ведовской обители.
"Ну нет! Не смей кукожиться, ты уже не та маленькая девочка! Больше никто и никогда не посмеет смотреть на тебя как на ничтожество!" – Аталиса выпрямилась и, гордо вздёрнув голову, смерила окружающих не менее надменным взглядом. – Господа, меня не интересует ваше мнение! Можете не стараться! Мой друг Улльтор находит меня достаточно привлекательной, и потому мне глубоко наплевать на ваше презрение, жалкие любители показухи!.."
Разгорячённая ведьмочка настолько углубилась в перечисление предполагаемых пороков и соответствующих им болезней тщеславных эльфов, что не сразу заметила наступившую в зале тишину. Она вздрогнула, услышав одинокие хлопки, и резко развернулась.
– Браво, девочка! Так их поганцев! А то некоторые пустоголовые фрейлины уже готовы душу продать за магические мази. Да и их кавалеры не далеко от них ушли, чрезмерно увлекаясь кое-какими эликсирами, – пропел изнеженный красавец эльф, идущий по проходу между коленопреклонёнными придворными и, приблизившись к Аталисе, окинул её одобрительным взглядом.
– Для смертной ты выглядишь совсем неплохо. Конечно, не красавица, но телосложением почти не отличаешься от эльфов. Наверно, любишь много танцевать?
– Ваше величество, вы не ошиблись в своих предположениях, – смущенно пробормотала ведьмочка, приседая в глубоком книксене. Заметив, что синие глаза эльфийского владыки недовольно блеснули, она поняла, что чем-то нарушила установленный этикет и, встав на колени, покаянно улыбнулась.
– О! Простите моё невежество, ваше величество! Я совсем не знаю обычаев вашего двора, но поверьте, я искренне преклоняюсь перед легендарным королем мира фейри и ради него готова пойти на любые жертвы!
Услышав слова ведьмочки, Оберон просветлел лицом и подал ей руку.
– Идём, девочка, сегодня ты будешь развлекать меня за ужином.
– Ага, в качестве обезьянки! – не удержался кто-то от ехидного замечания.
– Раэтиэль, придержи язык! Не будь ты моим наследником, сейчас сам бы прыгал в обезьяньей шкуре и развлекал придворных дам забавными ужимками, – не оборачиваясь, произнёс Оберон.
– А вы рискните, ваше величество! – подзадорил отца Лесной король и, улыбаясь, подхватил ведьмочку под руку с другой стороны. Она смерила его поражённым взглядом. Раэтиэль снова сменил облик, и знакомыми на его лице оставались только холодные зелёные глаза.
– Смотри, а то когда-нибудь допросишься! – Оберон бросил на сына весёлый взгляд. – Ну, что поедешь со мной на ночную охоту или без промедления займёшься новой игрушкой? – спросил он и лукаво покоился на ведьмочку. – Кстати, сделай что-нибудь, чтобы девочка не транслировала свои мысли всем без разбору.
После слов эльфийского владыки Аталиса попыталась закрыться, как её учили наставницы, но от волнения никак не могла сосредоточиться. Споткнувшись, она на мгновение повисла на руках своих спутников.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
