целует меня в губы, потом в щеку, потом в лоб, пока не отстраняется, и моё тело оплакивает его потерю.
У меня перехватывает дыхание, и я издаю тихий стон, когда он встает, но тут же оказываюсь в его объятиях, когда он ведёт нас обоих в ванную.
Оказавшись там, он моет меня, его руки скользят по моей коже, одновременно успокаивая и дразня, пока нас обдает непрерывным потоком тепла.
Я вялая, расслабленная, но провожу кончиками пальцев по его правому плечу, прослеживая место, где раньше были видны три отметины от когтей. При освещении кажется, что его поцарапал зверь, царапины такие глубокие, что напоминают толстые шрамы. Впервые я увидела этот знак, когда мы бежали наперегонки, спасаясь от туннелей гоблинов. Я спросила Романа, что означает эта руна, но он сказал, что мне следует молиться, чтобы я никогда этого не узнала.
С тех пор я тоже видела такую же отметину на морде Жнеца, и это не похоже на совпадение.
Сейчас между мной и Романом так много правды, что я, не колеблясь, спрашиваю ещё раз:
— Что это за руна?
Он немного напрягается, но снова расслабляется, продолжая смывать мыло с моей груди и живота.
— Это не руна. Это называется «посмертные узы».
Настала моя очередь напрячься, поскольку ничто, связанное со смертью, не может быть хорошим.
— Что это значит?
— Посмертные узы — это обещание, которое ты даёшь кому-то, — говорит он, продолжая поглаживать мою кожу. — Если они умрут, ты обещаешь исполнить их особые желания после их смерти.
У меня на лбу появляются морщинки.
— Ты имеешь в виду… что-то вроде исполнения их последней воли и завещание.
Его губы приподнимаются.
— Это только один из способов взглянуть на них.
— Я так понимаю, они не похожи на клятву на крови, — говорю я. — Эта связь на самом деле связывает демонов.
Он медленно выдыхает, прежде чем прижаться губами к моей шее, двигаясь вверх по щекам, лбу, затем снова к губам. Нежные поцелуи.
— В этом мире демонов, полном лжи и иллюзий, посмертные узы — единственное нерушимое обещание.
— Что произойдёт, если ты не сделаешь то, что поклялся сделать?
— Я тоже умру, — говорит он, и это простое заявление вызывает во мне страх, но я позволяю тёплой воде и рукам Романа смыть мой страх. Я встречаюсь с ним взглядом, прижимаясь к нему всем телом.
— Можешь рассказать мне о своём обещании?
Он качает головой.
— Я не хочу скрывать это от тебя, но условия не могут быть озвучены вслух никому, кроме того, с кем я заключил связь. Условия могут быть только выполнены.
Я делаю глубокий вдох, принимая его ответ и снова погружаясь в тепло его тела и его силу.
Когда мы возвращаемся в постель и он обнимает меня, моё сердце сжимается. На короткое время, уединившись здесь, в джунглях, с Романом, я обрела истинный покой.
Если бы только я могла переживать этот момент вечно, отодвигая тьму, которая ждёт меня впереди.
Я погружаюсь в сон без сновидений, такой глубокий, что голос, призывающий меня проснуться, отзывается мягким эхом в моем сознании, лёгким толчком. Пока это не так, быстро превращаясь в суровую команду.
— Нова, проснись!
Глава 29
Я резко выпрямляюсь, потревожив Романа, который обнимал меня.
Его глаза распахиваются, когда я приподнимаюсь.
— Нова, что такое?
Я качаю головой, внимательно прислушиваясь.
— Что-то не так. Но я не знаю…
— Хорошо. Ты проснулась.
На моей левой ладони вспыхивают искры, и знак связи Жнеца поблескивает в лучах раннего утреннего солнца.
— Жнец?
Её рычащая речь в моём сознании — это и приятное вторжение, и повод для беспокойства.
— Иди скорее, Нова. Следуй за своими волками. Мои щенки приведут тебя ко мне.
Её голос обрывается, и все, что я могу выдавить, это:
— Мне нужно идти.
Роман не задаёт вопросов, быстро набрасывает руну, чтобы выдать мне одежду — джинсы, чёрную майку и ботинки, — и сам одевается, выбирая джинсы и простую чёрную футболку.
— Я иду с тобой.
Я останавливаюсь, спеша в ванную.
— Ты сказал, что вы с Жнецом не вторгаетесь на территорию друг друга. Я не уверена, где она хочет встретиться со мной. Ты воспримешь её присутствие как угрозу?
— Она заслуживает встречи со своими щенками, — говорит Роман. — Я не буду мешать.
Что бы Жнец ни хотела мне сказать или показать, Роману тоже нужно об этом знать. Помня об этом, я киваю ему.
Мгновение спустя он обнимает меня своими крыльями и уносит обратно в хижину. Почти каждое утро я нахожу своих волков греющимися вместе с Ингрид у камина.
Этим утром они собрались возле двери, маленькая летучая мышь прильнула к спине Темпл, их головы выжидательно повернуты в мою сторону. Энергия моих волков остра и язвительна, все четверо встревожены и напряжены, их тявканье призывает меня поторопиться.
К тому времени, как я подхожу к ним, Эйс уже рычит, и его рычание настолько резкое, что я подозреваю, что он разбил бы окно, чтобы выбраться, если бы я не появилась. Быстро подхватив Ингрид на руки, я ставлю её на стол с миской ягод, чтобы она могла поесть. Здесь она будет в безопасности, и я не могу рисковать, что она пострадает, если пойдёт с нами.
Как только я открываю дверь, Эйс издаёт вой, и все четверо моих волков убегают вместе. Я бросаюсь за ними, чувствуя, что Роман следует за мной, хотя он и остается на небольшом расстоянии.
Мы покидаем территорию, расположенную непосредственно вокруг дома Романа, знакомую территорию, которая для меня как дом родной, и мчимся по узкой дорожке сквозь густую зелень. Несколько раз мне приходилось перепрыгивать через густые заросли лоз или проскальзывать под низко лежащими ветвями, но с моими волками, идущими впереди, не так уж трудно предвидеть препятствия впереди.
Звук тихо журчащей воды доносится до меня за несколько секунд до того, как мы прорываемся сквозь заросли деревьев и останавливаемся на берегу низинного ручья. Широкий берег по обе стороны ручья покрыт рубиново-красным песком, который плавно спускается к воде, создавая яркий контраст с изумрудным окружением.
Мои волки останавливаются впереди меня, прямо у кромки воды, их ониксовый мех резко выделяется на фоне песка. Когда я подхожу ближе, поверхность под моими ботинками становится мягкой, оставаясь в тени раскидистых ветвей, которые тянутся поперёк водного пути. Роман едва переступает границу деревьев позади нас, только кончики его ботинок касаются песка.
Мои волки не обращают внимания на прозрачную воду, текущую у их ног, их внимание сосредоточено на другом берегу.
Пока мы ждём,
