Небесно-голубые глаза затуманились.
– Бейби они тоже нравятся. Я подумала, что нужно подарить ей несколько. Если ты сохранишь их, то сможешь использовать как приданое, когда она вырастет.
На мгновение Бака пронзила острая боль – он знал, что не увидит, как будет подрастать Бейби. Он снова опустил девочку на пол.
Анника отошла к очагу. Прошло какое-то время, прежде чем она сказала:
– Я приготовила тушеное мясо и галеты. И, ты не поверишь, даже попыталась испечь яблоки. Конечно, это не пирог, но… – Она пожала плечами.
Он смотрел, как она суетится у плиты, помешивая, нюхая, пробуя.
– Зачем? – вырвалось у него помимо воли.
– Зачем что? – Она снова повернулась к нему лицом. Щеки у нее покраснели, но он не мог с уверенностью сказать, что было тому причиной: то ли она смутилась, то ли ей просто стало жарко.
– Зачем ты это делаешь?
Она уперла руки в бока и нахмурилась.
– А что, я не могу помочь, если мне хочется?
Он указал на Бейби.
– Но платье, ужин… Почему вдруг?
Анника отошла от очага и подошла к Баку. Он почувствовал себя неуютно и сделал шаг назад. Голос у нее был тихим и теплым как растопленное масло. От него у Бака по позвоночнику пошли мурашки.
– Мне хотелось что-то для тебя сделать. Ты столько работал последнее время, и, потом, я подумала, что надо отпраздновать выздоровление Бейби. Я решила сделать тебе сюрприз – сшить ей платье и приготовить этот скромный праздничный ужин.
Он знал, что хмурится, но не мог совладать с собой. Она стояла так близко, от нее пахло такой чистотой и женственностью и она выглядела такой довольной, что он с трудом удерживался от того, чтобы не потянуться к ней. Потом он услышал ее шепот:
– Пожалуйста, не порть праздник. Подавив свои темные инстинкты.
Бак попытался улыбнуться.
– Подожди одну минутку, я умоюсь.
– Давай, я пока буду накладывать еду.
Бак подошел к умывальнику, благодаря судьбу за эту передышку. Наливая воду из кувшина в эмалированную миску, он пытался привести в порядок свои смятенные мысли. Он не мог повернуться и уйти, как делал это на протяжении последних двух недель, ведь Анника ждала, что он оценит ее усилия и порадуется вместе с ними. Закрыв глаза, он плескал воду на лицо и шею, призывая всю свою силу воли, чтобы продержаться ближайшие несколько часов.
Анника убрала тарелки со стола и сложила их на скамейке. Бак сидел за чашкой кофе, а довольная Бейби восседала у него на коленях и показывала ему бумажных кукол и многочисленные туалеты, которыми их щедро снабдил «Сирэ энд Робак». Анника заметила, что в первые минуты Бак испытывал неловкость и смущение, но, поскольку она не стала заострять на этом внимание, а Бейби в своей обычной очаровательной манере вертелась и трясла кудряшками, красуясь в новом платье, он скоро отвлекся от своих мыслей и стал веселиться вместе с ними.
Он даже похвалил ее готовку. Тушеное мясо, которое она постепенно научилась готовить, следуя его указаниям, получилось восхитительным. Галеты же, хотя ей и казалось, что она делает все так же, как Бак, вышли жесткими как подошвы. А десерт – Анника налила в тазик горячей воды и по одной опустила в него тарелки – что ж, печеные яблоки пропеклись только наполовину, но были съедобны.
Не желая, чтобы атмосфера вновь стала такой же, какой была до того, как они сели за стол, Анника не стала мыть тарелки, а, вытерев руки посудным полотенцем, подсела к Баку и Бейби.
– Ну, а теперь у нас будет праздник.
Он скептически посмотрел на нее, приподняв одну золотистую бровь.
– Праздник?
Она кивнула.
– Дома, когда мы давали обед, все после обеда собирались в гостиной, пели песни, рассказывали разные истории и лакомились воздушной кукурузой.
Подобное, идиллическое в описании Анники, времяпрепровождение было похоже на сценку из книжки сказок! Наблюдая за золотоволосой девушкой, сидевшей напротив него и говорившей о доме с блеском в глазах, Бак все больше преисполнялся решимости сделать все от него зависящее, чтобы Бейби получила шанс жить такой же жизнью.
– О чем ты думаешь? – Анника посмотрела на него.
– Я не знаю никаких историй.
– Ах, бедняжка.
Он не мог не улыбнуться.
– Бедняжка? Сильно сказано, мисс Сторм.
– Но должен же ты знать парочку каких-нибудь историй. Неужели твоя мать никогда не рассказывала тебе сказок?
– Не помню. Она была повитухой и часто уезжала из дома, чтобы оказать помощь тем, кто нуждался в ее услугах. А когда бывала дома, ей нужно было заботиться о нас троих да и об отце в придачу. У нее не было времени рассказывать истории.
Не зная, как реагировать на такое заявление, Анника сменила тему.
– Тогда давайте споем.
– Я не знаю ни одной песни.
– Неправда.
– А если и неправда?
– Неужели ты не умеешь веселиться?
– Для чего?
В отчаянии она положила руки на стол и наклонилась к нему.
– Жизнь – это не одна лишь тоска и скука.
– По моему опыту этого не скажешь.
Анника вздохнула, но попыталась сохранить хорошее настроение. Бак вдруг встал и, посадив Бейби на стул, пошел прочь от стола. Не уйдет же он сегодня так же, как уходил каждый вечер на протяжении последних двух недель! Анника поверить не могла, что он может быть таким бесчувственным.
– Ты уходишь? – В голосе ее слышалось разочарование.
Он покачал головой.
– Нет, просто поищу одну вещь.
Он встал на кирпичи перед очагом и начал переставлять стоявшие на полке банки и коробки. Наконец достал одну из заднего ряда, потряс ее, потом открыл и заглянул внутрь. Подойдя к Аннике, он протянул ей жестянку. Она тоже заглянула внутрь и заулыбалась.
– Воздушная кукуруза!
– Ее немного, но жучки не успели до нее добраться, так что мы можем ее съесть.
– Ох, Бак, какое чудесное дополнение к вечеру.
Она прижала жестянку с кукурузой к груди так, будто он преподнес ей что-то очень ценное.
Баку пришло в голову, что жизнь в четырех стенах вдали от людей подействовала на рассудок Анники. Иначе как объяснить, что такое скромное подношение сделало ее такой счастливой.
Анника поспешила налить на сковороду масло и бросила туда кукурузу, радуясь, что Бак оттаял. Минуту назад она совсем было решила, что он уйдет, но сейчас он держал Бейби на коленях и рассказывал ей истории о бумажных куклах, лежавших перед ними на столе, которые сам придумал.
Подняв глаза, он улыбнулся ей над головой Бейби, и сердце у нее запело от радости.
Это было начало.
– Мы с Бейби разговаривали недавно, – начала Анника, внимательно глядя на Бака, – и я думаю, что наш сегодняшний праздник – прекрасный случай для того, чтобы выбрать ей настоящее имя. – Она пыталась сдержать свой энтузиазм, который прямо-таки выплескивали из нее, пока она объясняла, о чем думала в эти последние дни. – Она как будто начинает жить заново после выздоровления, и это подходящий случай выбрать для нее новое имя. А ты как думаешь?
