тебя. Понял?
— Да, да, конечно! Клянусь! — закивал он, пятясь назад.
Я выдержал паузу, давая ему осознать серьёзность сказанного. Затем, неожиданно для самого себя, я вынул из поясного кошеля золотую монету и бросил её ему под ноги.
— Убирайся. Возьми это и найди себе ночлег. Но запомни: если хоть одно слово о том, что ты видел, выйдет за пределы этого леса, я найду тебя.
Кайл посмотрел на монету, затем на меня. Его глаза расширились от неожиданности, а губы дрогнули, будто он не знал, что сказать. Он нервно сглотнул, затем его лицо сменилось смесью страха и благодарности. Быстро наклонившись, он схватил монету, сжав её в кулаке, как самое ценное сокровище. Он быстро наклонился, поднял монету и закивал:
— Да, да, конечно! Спасибо! Я никому ничего не скажу, обещаю!
Я махнул рукой:
— Уходи. И больше не появляйся здесь.
Кайл не стал дожидаться повторного приглашения. Он быстро развернулся и побежал в сторону деревьев, исчезнув среди крон, словно растворившись в густой тени леса. Я ещё некоторое время стоял на месте, прислушиваясь к удаляющимся звукам его шагов, прежде чем вернуться к своей тренировке.
Собравшись, я понял, что оставаться здесь было нельзя. Привлекать лишнее внимание, даже в таком месте, как этот лес, было слишком рискованно. Решив не задерживаться, я выбрал окольный путь, чтобы вернуться в город. Каждый шаг был выверенным, каждое движение — осторожным. Я продирался через густую чащу, стараясь двигаться бесшумно, избегая основных троп и прислушиваясь к каждому звуку, пока не оказался на окраине Тиарина, готовый вновь затеряться в его шумных улицах.
***
Таверна была полна звуков — гул голосов, стук кружек и треск дров в камине. Когда я вошёл внутрь, таверна встретила меня гулом голосов, звоном кружек и треском дров в камине. Воздух был пропитан запахом жареного мяса, пряного эля и лёгкой гарью от камина. Официанты сновали между столами, ловко избегая задевающих их локтей и ног. На стенах висели потемневшие от времени гобелены, а в углу заведения стояла бочка, вокруг которой толпились несколько громко спорящих мужчин. Это место, как и многие другие в Тиарине, было наполнено жизнью, но не лишено своей доли теней. Уставший от лесного уединения, я выбрал самый дальний уголок, стараясь остаться незамеченным.
Скинув капюшон, я обвёл помещение взглядом. Завсегдатаи сидели за столами: кто-то громко смеялся, рассказывая истории о своих приключениях, кто-то тихо переговаривался, склоняясь над кружками, словно обсуждая что-то тайное. Среди посетителей не было ничего необычного — простолюдины, торговцы, пара путешественников. Никто не обращал внимания на очередного человека в тёмной одежде. Это было к лучшему.
Я заказал кружку эля и тарелку тушёного мяса. Пока ждал, скользнул взглядом по окнам. Закатные лучи ещё пробивались сквозь грязные стёкла, но ночные тени уже начинали красться по улицам. В этот час таверна была идеальным укрытием. Невозможно было предугадать, кто заглянет сюда за кружкой эля или укрытием от дождя. Каждое лицо казалось мне одновременно обыденным и подозрительным.
Мои мысли вновь вернулись к Драксу. Этот громила был не просто наёмником, он был частью той цепи событий, что началась в Айронхилле. Я был уверен, что он — ключ к тому, чтобы понять, кто стоит за нападением и что случилось с Амелией. Сегодняшний вечер мог стать решающим. Если Дракс будет в переулке, я найду способ заставить его говорить. А если его не будет? Придётся импровизировать.
Трактирщик прервал мои размышления, поставив передо мной кружку и тарелку. Его движение было быстрым, но я заметил, как его взгляд задержался на мне чуть дольше, чем у обычного клиента. Возможно, ему казалось странным, что я сижу в углу и ни с кем не разговариваю. Я кивнул ему в знак благодарности и, не спеша, начал есть. Еда была простой, но тёплой, и этого было достаточно, чтобы восстановить силы. Каждый кусок тушёного мяса казался мне маленьким отсроченным моментом спокойствия перед бурей.
Время тянулось медленно. Я начал считать минуты, чувствуя, как напряжение постепенно заполняет моё сознание. Сквозь гул голосов я уловил обрывки разговоров за соседним столом. Говорили о странностях в городе: о разбойниках, которые будто исчезают без следа, о каких-то тайных сходках в бедных кварталах, о человеке, чьё лицо никто не видел, но чьё имя было на слуху у каждого. Эти слухи только подогревали мою решимость. Возможно, мой инстинкт не обманывал, и сегодняшний вечер станет ключевым.
Я откинулся на спинку стула, стараясь расслабиться, хотя напряжение не покидало меня. Вечер медленно переходил в ночь, и свет в таверне начал тускнеть, сменяясь мягким мерцанием свечей. Огни в камине плясали, отбрасывая тени на деревянные стены. За стойкой трактирщик изредка бросал взгляды на своих гостей, а один из музыкантов настроил лютню и начал тихо перебирать струны, добавляя в атмосферу нотку уюта.
Вскоре я заметил, как несколько человек начали покидать помещение. Пара торговцев, обсуждавших свои сделки, поднялась и направилась к выходу, оставив за собой запах табака. Ещё один посетитель, в длинном плаще и шляпе с широкими полями, покосился на меня, прежде чем скрыться за дверью. Возможно, это было совпадение, но я инстинктивно напрягся.
Я допил эль, расплатился и поднялся, поправив плащ. Прежде чем выйти, я ещё раз обвёл взглядом зал. Однако мой уход оказался не таким незаметным, как я рассчитывал.
— Эй, парень! — раздался грубый голос позади. Я обернулся и увидел одного из завсегдатаев, массивного мужчину с грубыми чертами лица и пьяной ухмылкой. Он стоял, покачиваясь, но его взгляд был цепким. — Ты что, думаешь, круче всех тут? Сидишь, молчишь, как будто тень какая-то. Чего тут вынюхиваешь?
Я не ответил сразу, предпочитая молчание, но мужчина шагнул ближе, подогреваемый спиртным и жаждой конфликта.
— Может, ты шпион? — продолжил он, вызывающе скрестив руки на груди. — Или просто чужак, который думает, что ему здесь всё позволено?
— Я просто прохожий, — холодно ответил я, держа голос ровным. — У меня нет желания ни с кем спорить. Но раз уж ты так интересуешься, давай я угощу тебя кружкой эля. Может, это тебя успокоит.
Мужчина замер на мгновение, явно удивлённый моим предложением. Затем он хмыкнул и кивнул:
— Ну ладно, если ты угощаешь... Может, ты не такой уж и заносчивый...
Я жестом подозвал трактирщика и заказал ещё одну кружку эля для Грека. Когда выпивка оказалась у него в руках, он немного смягчился, но всё же бросил напоследок:
— Смотри, парень, не путайся
