абсолютный опыт участия в фильме о Безумном, наняла актеров, чтобы они все это обыграли. И вот он здесь, с монтировкой, готовый вышибить мозги этому клону Никки, стоит ему только спиной повернуться.
Сердце Зэда ускорилось. Он сомневался, что захочет когда-либо еще посмотреть "Безумного" после всего этого. Скорее всего, он даже в принципе забросит все хорроры. Kакой хоррор может сравниться с такой ночью? Если он и Бриана выберутся отсюда, страха ему на всю жизнь хватит.
Чем там занимался Никки?
Что бы он ни делал, Зэд не мог этого разглядеть. Зэду нужно было подойти ближе. С включенным фонарем глаза Никки не привыкли бы к темноте снаружи. Может Зэду удастся прокрасться через парковку. Он должен попробовать. Держа монтировку в руках, как пещерный человек дубинку, он не отступит и от драки, особенно, когда будет охранять того, кого любит. А Бриану он любил сильно. Он не мог смириться с мыслю, что она испытывает страдания опасности... или хуже.
Никки не заметил Зэда, пока тот прокрадывался в переднюю дверь. Зэд слышал как Никки хрюкает, и звук был похожий на то, как будто ботинки шлепают по грязи. Добравшись до прохода, он сильно сглотнул, борясь с рвотным позывом.
Распластанное тело женщины лежало на полу. Поначалу Зэд увидел только ноги, и сердце почти встало в ожидании, что это может быть Бриана, но у этой женщины не было татуировок Брианы. А ноги не были присоединены к телу. Никки задрал знаковый тесак, который весь был в крови. Когда он ударил тесаком вниз, Зэд понял, что это был за звук шлёпанья ботинок, как только лезвие дошло до трупа. Зэд задрожал. Этот Никки был не просто убийцей. Он был расчленителем, как и выдуманный прототип. В фильмах тела разделывали на мясо. А этот Никки для чего это делал?
Пройдя через дверь, Зэд оказался слева от Никки. Возможности его ушатать отсюда конечно не было, но была возможность застать сукиного сына врасплох.
Зэд сделал выпад.
* * *
Как только мужчина проник в закусочную его отца, Никки двинулся как раз вовремя, чтобы избежать удара монтировкой в череп. Заместо этого, мужчина рванул вперед и раздробил голову мертвой близняшке, которую Никки четвертовал. Мужчина заныл, как будто это его ударили и, пока Никки вставал в стойку, мужчина развернулся показывая свою футболку.
"Безумный Х: Возвращение Никки Гектора".
На него скалилось его же лицо. Никки моргнул, чтобы отогнать наваждение. Зачем жертве носить футболку с изображением своего убийцы? Для его понимания, это была какая-то жесткая мета-ирония. Это вышвырнуло все настроение сцены. Этот парень определенно был мужским персонажем-героем. Он, вероятно, не тянул на роль "выжившего пацана", но он хотя бы старался, в отличии от двух других мужчин, которых он убил. Между этим парнем и Никки не было никакой истории, так что пока он не тянул на его персонального "Доктора Сэма Лумиса" либо "Томми Джарвиза". Hо, неужели он метил на эти роли? Не из-за этого ли он надел футболку с предыдущей главой саги о Никки? Может это был какой-то мститель, одержимый убийствами, по типу Томми Дойла из "Хэллоуина 6: Проклятие Майкла Майерса"?
Парень замер, как и Никки. Они смотрели друг на друга с любопытством.
- Господи, боже мой, - сказал мужчина. - Это реально ты.
- Во плоти, - Никки блеснул улыбкой скелета.
Но мужчина распознал его не так, как он того ожидал.
- Ты - это он, - продолжил мужчина. - Ты - Джонатан Зейн.
В голове у Никки, при упоминании этого имени, проскочила боль. Это было болезненное дежа-вю, призрак прошлой жизни, больше иллюзия, чем воспоминание.
- Нет... - oн потряс головой.
- Господи... Что ты натворил, Джонатан?
- Нет никакого Джонатана.
- Нет, есть. ТЫ - это он! Никакой косплей не может быть настолько хорош. Боже, твой глаз...
- Я - Никки Гектор! А ты кто, черт тебя дери, такой?
- Зэд. Я здесь за своей девушкой, Брианой. Ты забрал ее, не так ли? Больной ублюдок. Лучше бы, чтобы она была жива. Говори, где она!
Никки посмотрел на труп на полу. Очевидно, это была не та женщина, о которой говорил Зэд. Наверняка мужчина смог бы узнать свою девушку, прежде чем башку ей размозжить. А другую звали Риз. Никки слышал, как ее звали остальные. Оставалась только блондинка из сральника, та, которой он дал уйти.
- Твоя футболка... - начал Никки.
- Забыл, что она на мне, - скорчил гримасу Зэд.
- Почему ты в футболке со мной?
- Потому что я - твой самый большой поклонник. Во всяком случае был... До этой ночи.
- Мой кто? – прищурился Никки.
- Я - твой большой фанат! Tвой большой фанат!
- Тогда почему ты удивлен от того, что я сделал?
- Где она, Джонатан? – Зэд поднял монтировку выше.
Опять от имени у Никки закружилась голова. Он сжал тесак, чтобы хоть как-то заземлиться.
- В холодильнике для мяса? - продолжил Зэд. – Туда ты их постоянно в фильмах складываешь.
Никки кипел. Отсылки к фильмам, находясь в фильме, были своего рода банальными тропами, которые сделали поздние фильмы такой стыдобой. Этот, финальный выход, не будет самопародией. Он хотел криков от аудитории, не смешков и закатывания глаз. Но Зэд был прав. Никки на самом деле приносил тела в холодильник, прямо как папа его учил. Это место для мяса, и это было место, где все эти люди сейчас находились, вероятно, и всегда там были.
- Пошли, - cказал Зэд, указывая через стойку. - Двигай.
Но Никки не сдвинулся. Футболка Зэда захватила его внимание, дразня его, портя сцену, и снимая напряжение отчуждённой бессмысленностью самой отсылки. Он старался держать этот фильм строго в рамках жанра хорроров. Футболка должна была уйти. Как и человек в нее одетый.
Никки задрал тесак, с него стекала кровь.
- Брось! – проговорил Зэд.
У монтировки была неплохая дистанция, но Никки чувствовал, что Зэд боится прибегнуть к силе. У Никки же не было никаких проблем с насилием. Он упивался им. Он карьеру себе на нем сделал, каждый раз с каждым новым великим убийством. Забирать жизни - было для него удовольствием, но для Зэда - это будет горестный опыт, тот, которого он попытается избежать.
- Время для закрытия, - сказал Никки. - Вынужден попросить вас исчезнуть!
Он сорвался с места с тесаком наперевес, разрывая футболку Зэда, а под ней и
