– Стюарт, – успокоила его Клэр, – тебе не нужно ничего объяснять. Я ведь уже говорила тебе, что она просто ревнует.
Стюарт долго смотрел на жену, но Клэр продолжала улыбаться, решив не признаваться мужу, как расстроили ее девичьи сплетни.
– Ты уверена, что все нормально? – снова спросил он.
– Знаешь, ты как-то все очень усложняешь, – прошептала Клэр. – Я пошла привести себя в порядок, а вернувшись, слышу от тебя, что выгляжу ужасно.
– О, дорогая моя, прости меня! – покаянно ответил Стюарт. – Я не хотел…
Клэр заставила себя беззаботно рассмеяться.
– Я просто поддразнила вас, майор, – кокетливо проговорила она. – А теперь хватит беспокоиться обо мне. Я себя прекрасно чувствую и хочу танцевать.
К ее облегчению, Стюарт улыбнулся, с изящным поклоном подал ей руку и увлек на середину зала. Остальная часть вечера прошла без всяких происшествий. Клэр больше не видела Салли Разерфорд, хотя и искала злобную девицу взглядом. Стюарт больше не отходил от жены ни на шаг, исполняя роль любящего и внимательного супруга с такой естественной легкостью, что Клэр почти поверила в искренность его чувств. Вдруг слова, сказанные сегодня в экипаже, все-таки были правдой? Клэр выпила несколько бокалов шампанского, и это позволило ей расслабиться. Если бы не раздражающий гнусавый акцент гостей, то она даже могла бы подумать, что танцует на одном из сотен балов в Саванне.
Лишь около трех часов ночи они со Стюартом наконец уселись в его элегантный экипаж и поехали домой, на Луисбург-сквер. Клэр откинула голову на плюшевую подушку и широко зевнула.
– Устала? – тихо спросил Стюарт.
– Да, но я очень хорошо провела время, – ответила Клэр, громко икнула и испуганно посмотрела на Стюарта. – Извини, пожалуйста…
– Ты выпила слишком много шампанского, – рассмеялся он.
– Нет, неправда, – запротестовала Клэр. – Я просто хочу спать.
Стюарт усмехнулся, услышав, что язык у нее слегка заплетается. Обняв жену за плечи, он притянул ее поближе к себе и удовлетворенно вздохнул, когда она тут же уютно устроилась, положив голову ему на плечо.
– Не позволяй мне уснуть, – пробормотала Клэр. – Иначе я ни за что не проснусь.
– Не беспокойся, моя дорогая, – вполголоса сказал он, целуя ее мягкие локоны. – Я что-нибудь придумаю. Могу, например, оставить тебя здесь на всю ночь…
– Ты этого не сделаешь, – в полудреме проговорила Клэр.
– Да, – прошептал он, – ты права. Я этого не сделаю.
И он этого не сделал. Когда они подъехали к дому, Клэр действительно крепко спала у Стюарта на плече. Но вот экипаж остановился, и Стюарт легонько потряс ее, однако в ответ она лишь что-то протестующе пробормотала во сне и еще теснее прижалась к мужу.
Стюарт подождал, пока Сэмюэл спустится с высоких козел и откроет дверцу, а потом взял Клэр на руки и вынес из экипажа.
– Вам помочь, мистер Уэлсли? – предупредительно осведомился слуга.
– Нет, я справлюсь сам, – бросил через плечо Стюарт.
Сэмюэл посмотрел, как его хозяин несет свою жену по парадной лестнице на крыльцо дома, потом с понимающей усмешкой взял лошадь под уздцы и повел ее на задний двор.
– Если хозяин думает, что ему удастся сегодня ночью заняться любовью с этой маленькой леди, то он глубоко заблуждается, – рассмеялся слуга, похлопывая лошадь по шелковистой шее. – С ней все ясно.
18
Когда на следующее утро Клэр проснулась, солнце стояло уже высоко. Она потянулась и зевнула, а потом взглянула на спящего Стюарта. Тот лежал на боку лицом к ней, подсунув одну руку под голову, а другую положив Клэр на живот. Клэр улыбнулась и без всякого стеснения принялась разглядывать мужские достоинства своего супруга. Стюарт спал обнаженным, и ослепительная белизна ростынь резко контрастировала с его смуглой кожей. Рельефные мускулы его плеч сейчас были расслаблены, но Клэр вспомнила, какими твердыми они были под ее рукой, когда они со Стюартом танцевали вчера вечером на балу.
«Я действительно никогда не видела более красивого мужчины», – сонно подумала она, по-женски высоко оценивая его мягкий чувствительный рот. Легкая дрожь пробежала по телу Клэр, когда она вспомнила о тех пьянящих ощущениях, которые дарили ей вчера днем эти губы…
Еще одно смутное воспоминание возникло у нее где-то в глубине сознания. Воспоминание о том, как он положил ее на мягкую постель и начал медленно и нежно раздевать. Раздевать! Судорожно вздохнув, Клэр прижала руку к груди, коснувшись пальцами шелковистой ткани ночной рубашки. Клэр совершенно не могла вспомнить, как надевала ее или как снимала бальное платье. Последнее, что осталось у нее в памяти, – это отъезд с бала. Ну да, они сели в экипаж, и ей так хотелось спать, что у нее просто слипались глаза. Она припомнила, как положила голову мужу на плечо и как просила, чтобы он не давал ей заснуть. Но что же было потом?!
– Я отнес тебя в постель.
При звуке красивого и выразительного голоса Стюарта, раздавшегося у нее над самым ухом, Клэр вздрогнула и удивленно посмотрела на мужа.
– Доброе утро, – пробормотал он и нежно поцеловал ее в губы.
– Доброе утро, – ответила она и вдруг почему-то застеснялась. Неожиданно ей стало неловко при мысли о том, что ее красивый и сильный супруг раздевал ее и укладывал в постель. Клэр представила, как он снимал с нее одежду, и тут же мучительно покраснела.
– Прости, что вчера вечером я заснула, – прошептала она смущенно.
– Почему я должен тебя прощать? – мягко спросил он, протягивая руку и убирая локон с ее щеки.
– Ну, потому что тебе пришлось… укладывать меня в постель, – проговорила Клэр, сгорая со стыда.
– Я не имел ничего против, – заверил ее Стюарт с лукавой улыбкой.
– И все же… – пролепетала Клэр, закрывая глаза.
– Я не имел ничего против, – твердо повторил Стюарт.
Лениво улыбаясь, он подвинулся к Клэр поближе, обнял ее рукой за талию и притянул к себе.
– Но, – прошептал он, – если ты действительно чувствуешь себя виноватой, то можешь вымолить у меня прощение. Мне почему-то кажется, что тебе удастся это сделать без особого труда…
С этими словами он откинулся на спину и потянул жену на себя. Глаза Клэр расширились от неожиданности.
– Стюарт, опомнись! Средь бела дня! – воскликнула она.
– А какое это имеет значение? – медленно произнес он, соблазнительно проводя пальцами вдоль ее спины, а его губы уже искали ее рот.
Когда Стюарт целовал ее, глаза Клэр медленно закрылись, и она без всякого сопротивления разомкнула губы, чтобы его язык мог совершить свое интимное и нежное вторжение. Поцелуй был восхитительно долгим, становясь с каждой секундой все более глубоким и страстным. Стюарт продолжал ласкать спину Клэр, потом его руки скользнули ниже и вскоре добрались до ее ягодиц; он прижал их к себе, и бедра его пришли в движение.
