играть в любовь.
Но не выходило.
Один взгляд на него – и сердце сходило с ума, мозг отказывался соображать, а предательское тело требовало еще.
Как я смогу и дальше жить с ним в одном доме, если схожу с ума от желания? Может, это из-за длительного периода воздержания? И мой организм так мне мстит, требуя компенсацию за все годы до?
– Так, я смогу это пережить. Я должна, – произнесла тихо, поднимаясь. – Это просто… нервы и недостаток сна.
Первое, что я сделала – собрала вещи. Затем принялась наводить порядок на кровати. Для начала сняла постель, давно хотела поменять. Как дурочка замерла на пару минут, прижимая к лицу подушку, которая сохранила на себе аромат его тела. Такой сладкий, чувственный. И так зависла, что прозевала приход Стэна.
– Уничтожаешь улики?
Вскрикнув, я резко обернулась, еще сильнее прижимая к себе злосчастную подушку.
– Как ты меня напугал, – выдохнула я.
Он стоял в проеме, опираясь плечом о косяк и скрестив руки на груди. На лице равнодушная маска, только глаза горят так, что меня снова бросило в жар.
– Зачем так подкрадываешься? Я чуть инфаркт не получила, – отводя взгляд, попеняла ему и вновь принялась наводить порядок.
– Кэрри, ты ничего не хочешь мне сказать?
– А что я должна тебе сказать? – нервно отозвалась, пытаясь заправить свежую простынь.
Но руки дрожали, я переживала, и ничего не получалось.
– Ты считаешь, что нечего?
«Спокойно, выдохни, посмотри и улыбнись! Ты же взрослая женщина. Ты справишься!» – мысленно убеждала я себя.
Посмотреть получилось, улыбнуться нет.
– Если ты о том, что было ночью, – мужественно произнесла я, – то я очень тебе благодарна. Все было восхитительно, великолепно, – запнувшись, попыталась вспомнить, какие еще эпитеты он говорил этой ночью.
– Крышесносно, – подсказал Стэн.
– Точно. Именно так.
– Тогда что с тобой?
– А что со мной? – нервно сглотнула я, наблюдая за тем, как он отошел от проема и стал медленно двигаться в мою сторону. – Со мной все хорошо.
– Ты нервничаешь.
– Нет! – притворно возмутилась я.
– Да, – припечатал Бесфорт. – Очень нервничаешь, дрожишь, боишься смотреть мне в глаза. И я хочу знать почему?
– Тебе кажется, – отмахнулась я.
Мне страшно хотелось отступить, спрятаться за кроватью, но ноги будто приросли к полу, не давая мне сделать и шагу.
– Кэрри, со мной не надо играть и притворяться, – тихо произнес Стэн, подходя ближе и ласково касаясь моего лица. – И я тебе об этом уже говорил.
– Я не играю…
– Это хорошо, – кивнул он и четко произнес, глядя мне прямо в глаза. – Я думал, что эта ночь утолит голод. Я перестану хотеть тебя. Ошибся.
– Хотеть? – переспросила я, вытаращив на него глаза.
«Он хотел меня? О-о-о-о! Нет, я подозревала, но как же это приятно услышать от него лично».
– Мне все еще мало, Кэрри.
Его ладонь забралась мне под футболку и медленно поползла вверх, щекоча кожу и накрывая чувствительную грудь.
– Ох, – не смогла сдержать стона.
– Я все еще хочу тебя, – припечатал меня Бесфорт.
Всего три слова, а у меня аж голова закружилась.
– Стэн… я.
– А ты хочешь меня, – уверенно произнес он, лаская пальцами твердую вершинку груди, посылая разряды по всему телу, заставляя дрожать от возбуждения. – Так ведь?
– Да, – выдохнула я, когда другая его рука легла на поясницу, притягивая меня к нему еще ближе.
– И что мы будем с этим делать? – прошептал Стэн, ловя ртом мое сбившееся, частое дыхание.
– Не знаю.
– Знаешь, – шепнул мужчина прежде, чем поцеловать меня, увлекая на постель, которую я так и не успела застелить до конца.
У меня просто стоп-кран сорвало. Больше никакой пассивности и ожидания. Я сама хотела принимать активное участие в процессе. Хотела трогать его, ласкать, целовать, любить.
Наша близость была похожа на бой. Никто из нас не хотел уступать первенство. Мы катались по постели, как сумасшедшие, срывая друг с друга одежду, целуя и даже кусая, причиняя друг другу сладкую боль, пока наши тела наконец не соединились. Стэн вошел меня одним толчком, дергая бедра себе навстречу, буквально насаживая на себя.
Ахнув, я выгнулась в его руках, цепляясь за плечи так сильно, что оставляла после себя кровавые полосы, и быстро подстроилась под ритм.
Разрядка была быстрой и мощной, накрыв нас обоих с головой, взрываясь сотней огней перед глазами.
– Надеюсь, больше никаких пряток, Кэрри, – спустя пару оглушительных минут прохрипел Стэн, приподнимаясь на локтях.
– Больше никаких пряток, – тяжело дыша, согласилась я, с отчаяньем понимая, что как раньше уже не будет.
Мы либо оба выйдем из этой ситуации победителями, либо сгорим дотла, уничтожив друг друга.
Глава двадцатая
Следующая неделя была самой невероятной, волшебной и крышесносной, как любит говорить Бесфорт. Никогда бы не подумала, что могу быть такой счастливой. И для этого мне не надо было что-то делать, бежать, стремиться, работать до посинения и пытаться всем угодить.
Мне надо было просто быть собой, а еще… а еще, конечно, рядом должен был быть мужчина.
За эти дни мы со Стэном Бесфортом ни разу не вспомнили о нашем соглашении и об игре, в которой приняли участие. О будущем тоже не разговаривали, старательно обходя эту тему. Не знаю, как он, а мне было страшно об этом даже думать. Я хотела жить сегодняшним днем. И я им и жила.
Вроде бы ничего особенного не изменилось. Мы оба просыпались, завтракали, ехали на работу, где проводили положенное время, а потом Стэн приезжал за мной, и мы куда-нибудь ездили. Не всегда домой.
В понедельник, например, он вдруг потащил меня за город, к горе Рахмар, где брал свое начало национальный заповедник. Там, забравшись на вершину, мы любовались ночным городом, который сиял сотней тысяч разноцветных огней, всматривались в звездное небо, которое здесь было особенного ярким. А еще целовались до умопомрачения. Хотелось большего, но машина не то место для близости, даже такой желанной. Зато, когда мы вернулись домой, полностью утолили свою жажду друг другом.
Во вторник Бесфорт неожиданно потащил меня гулять по центральной улице. Мы ели мороженое, катались на аттракционах и гуляли по парку. В общем, вели себя как подростки на первом свидании. Даже поцелуи были скромными и сдержанными.
И мне нравилась эта игра. Кровь закипала сильнее, желание становилось ярче, и я считала минуты до того момента, как мы вернемся домой и тогда… о-о-о-о, тогда я могла делать что захочу.
Для Стэна Бесфорта не было ограничений. Он быстро показал и рассказал мне, что стесняться не стоит. Все это нормально и естественно. И
