если я чего-то хочу, то либо должна попросить, либо взять сама. Мне больше нравился второй вариант. К концу третьей нашей ночи я уже знала его самые чувствительные места, что он любит, от чего вздрагивает его тело и горит огнем взгляд.
Среду мы провели дома.
Это был серьезный и важный вечер для нас обоих. К нам с ответным визитом пожаловала чета Эймур. Девочек – спасибо Изнанке! – они оставили дома и явились лишь вдвоем.
Я по этому случаю сама приготовила ужин. Без помощи госпожи Бланк, кончено, не обошлось. Иначе бы точно ничего не успела. Но я тоже не стояла в стороне и активно занималась готовкой. Например, жаркое из свинины с томленым картофелем и тушеными грибами и овощами я готовила сама, как и овощной салат с теплой печенью и брускетты с паштетом из красной рыбы и сливочным сыром.
Господин Эймур довольно уплетал все и нахваливал, бросая на нас внимательные взгляды. А его жена жеманно улыбалась и большей частью пила воду, ограничившись салатиком.
– Неужели сама готовила? – промокнув губы салфеткой, спросил мужчина, откинувшись на спинку стула.
– Да. Это жаркое по рецепту моей бабушки, – отозвалась я, неосознанно прижимаясь к Стэну, который сидел рядом, бережно обнимая.
Рядом с ним я чувствовала себя увереннее.
– Очень вкусно. Дорогая, попробуй, просто пальчики оближешь.
– Не сомневаюсь, но у меня режим, – отозвалась его супруга, кисло улыбнувшись.
– Да брось, от пары кусочков вреда не будет. Видишь, девочка так старалась.
– Я рада за девочку, но я не хочу, – отрезала женщина и переключилась на нас. – Давайте лучше поговорим о вас. Я слышала, вы прошли помолвочный обряд.
– Да, – ответила я. – В субботу.
– Значит, у вас все настолько серьезно? – спросила Марта, небрежно поправляя свои золотистые локоны.
– А ты сомневаешься? – уточнил Стэн.
– В тебе я никогда не сомневалась, Бесфорт. Как, кстати, твое самочувствие?
Вроде невинный вопрос, а напряглись почему-то все. И я тоже, на всякий случай.
– Со мной все в порядке, – сухо отозвался мой жених.
– Конечно, в порядке, – вмешался господин Эймур, бросив на жену предупреждающий взгляд, – Видишь, дети счастливы. Что еще нужно?
– Действительно, – хмыкнула она, – что же еще может быть нужно?
И снова эти непонятные намеки, двусмысленные улыбочки и странные переглядывания. Я все больше убеждалась, что от меня что-то скрывают. Дело в родственных узах между двумя мужчинами? Или в чем-то еще?
Сразу после десерта чета Эймур засобиралась домой. Нам оставалось лишь их проводить.
– Думаешь, все прошло хорошо? – спросила я, повернувшись к Стэну.
Мне очень не хотелось напоминать ему о нашем соглашении, которое висело над головой тяжелым камнем, грозя раздавить и уничтожить все то доверие, что возникло между нами.
– Все прошло идеально, – отозвался мужчина, привычно притягивая меня себе, и поцеловал коротко, но крепко, мгновенно лишая кислорода.
Отстранившись на секунду, он вновь потянулся к моим губам, целуя более нежно, ласково и многообещающе.
– Подожди, – забормотала я, пытаясь успокоиться и поймать ускользающие мысли, – пожалуйста, минуточку…
– Не хочу, – прошептал он, обхватив мое лицо своими ладонями. – И не могу ждать, Кэрри. Я с ума схожу от одной мысли, что могу… касаться тебя, где захочу, когда захочу… Что имею на это право.
– Стэн, – выдохнула ему в губы, чувствуя, как от его слов – почти признаний! – закружилась голова.
– И ты просишь меня подождать? Мы и так слишком долго ждали, Кэрри, – увлекая меня в дом, отозвался он.
Чтобы спустя каких-то пару минут нежно пройтись бесстыжими губами по всему телу, лаская пылающую кожу, заставляя стонать от предвкушения и извиваться в его руках.
Уже значительно позже, когда шум в ушах немного утих, а дыхание восстановилось, я повернулась на живот, изучая профиль любовника, и спросила:
– Ты ничего не хочешь мне сказать?
– Я сейчас немного не в том состоянии, чтобы разговаривать, – произнес Стэн, продолжая лежать с закрытыми глазами.
Такой красивый, любимый, желанный.
– За что Марта Эймур так тебя не любит?
– Я же говорил – она никого не любит, кроме себя, дочерей и немного мужа.
– Мне показалось, что это что-то личное, – пробормотала я.
Зажмурившись на мгновение, словно перед прыжком, открыла глаза и выпалила на одном дыхании:
– Ты спал с ней?
Смотреть на него было неловко и немного страшно. Но я должна была увидеть реакцию, отследить, понять, сделать выводы. Дело было совсем не в ревности… ладно, признаю, и в ревности тоже, но еще я хотела знать правду.
Бесфорт медленно открыл глаза и повернулся, облокотившись о руку, согнутую в локте.
– И с чего это вдруг в твою очаровательную головку пришла такая странная мысль? – спросил мужчина насмешливо.
– Ты так и не ответил на мой вопрос, – заметила я, встречая его взгляд. – Это не так сложно. Да или нет. Всего одно слово.
– Я не спал с Мартой Эймур. Никогда. Веришь?
– Верю, – выдохнула я, чувствуя, как огромный камень свалился с души. – Но я все равно думаю, что это что-то личное. Может, – я на секунду задумалась, – может, она пыталась затащить тебя в постель, а ты отказался? В этом кроется причина ее ненависти?
Стэн в ответ громко расхохотался, закидывая голову назад.
– Ну нет. Марта Эймур никогда не пыталась меня соблазнить. Говорю же, она любит мужа, пусть и извращенной любовью, но любит. А меня ненавидит. Вот и все.
– Из-за того, что вы близки с господином Эймуром? – осторожно спросила у него.
– С чего ты взяла, что мы близки?
– Заметила. Он так на тебя смотрит, словно… словно любуется. Ты ему нравишься.
– А ты большая фантазерка, Кэрри, – усмехнулся Стэн, повалив меня на подушки и нависая сверху. – Видишь заговоры везде. Просто прими тот факт, что я ей не нравлюсь и все. Без причины. Просто не нравлюсь. И вообще… – Его рука забралась под одеяло и принялась изучать мое тело. – Вместо того, чтобы обсуждать эту мегеру, мы могли… заняться другими, более приятными вещами. Как ты на это смотришь?
Я была совсем не против.
Вечер четверга мы провели в клубе.
– Много работы накопилось, придется остаться, – пояснил он, когда машина остановилась у тротуара.
– Слушай, я могу сама добраться до дома на такси, а ты оставайся и работай, – заметила я, выходя на улицу.
– Нет. Хочу, чтобы ты осталась со мной.
– Зачем?
– Считай, что соскучился, – усмехнулся он, беря меня за руку.
Признание? Или просто слова? Соскучиться можно не по мне, а по моему телу и сумасшедшему сексуальному марафону.
Все эти дни я с отчаяньем ловила каждый намек, каждое слово, анализировала, думала, мечтала. А ведь зарекалась, что не влюблюсь, что смогу
