— Ладно, поехали! Время не ждет, сегодня к вечеру мы уже должны быть в Зингарде.
Мы отвязали лошадей от дерева и успокоили, так как после взрыва они очень нервничали и то и дело всхрапывали. Потом на пару с принцессой мы полчаса пытались запрячь их в карету, привязывая ленты упряжи то так, то эдак. Дело в том, что Алона, которая вчера их развязывала, не помнила совершенно, в какой последовательно нужно цеплять на них все эти постромки, лямки… короче, всякую кожанную хрень, а я-то и не знал этого! Поэтому мы долго там провозились, потом синхронно плюнули и просто завязали все это дело покрепче, надеясь, что не слетит по дороге, а сами забрались на карету, попутно побросав внутрь все наши шмотки и выпив весь мой запас воды. Провожаемые догорающим пламенем (сильная штука, эти склянки!), мы отправились прочь с гостеприимной полянки, оставляя на ней кучу тел, выгоревшее пятно костра, обугленные кусты, несколько поваленных деревьев…
Я дико заржал, представляя, что подумают те, кто наткнется на эту полянку после нас. Алона поначалу не поняла причины моего веселья, а после того, как я объяснил, засмеялась вместе со мной, аж слезы из глаз выступили. Повеселившись и сбросив все нервное напряжение дикого утра, мы выкатили на дорогу и поехали по ней, болтая о предстоящем визите в город. Я попросил Алону рассказать о том, есть ли в городе гномья община и где она может находиться. Принцесса сообщила, что гномы не живут общинами, но их сородичи обязательно есть во всех мало-мальски заметных городах Мардинана, а располагаются они на улице Кузнецов, благо такие есть в каждом городе. Гномы торгуют металлом, оружием, драгоценностями, а поэтому, как правило, живут весьма обеспеченно и с людьми не ссорятся. Вообще последний конфликт между людьми и гномами был лет триста назад, когда один из королей решил оттяпать кусок плодородной земли у подножья Гномьих гор. Гномы популярно объяснили корольку, что так поступать нехорошо и, разбив наголово всю его армию, послали его назад, попутно забрав себе немного пограничной земли королевства, так сказать — за моральный ущерб. Королек оказался упертым и собрал новое войско. Следующий поход оказался более продуктивным — королек умудрился сгинуть вместе с войском, а его сынок учел опыт папаши и помирился с гномами, которые оказались довольно незлопамятными, хотя захваченные земли вернуть почему-то отказались.
Узнав некоторые факты о жизни гномов, я принялся раскручивать Алону на общие сведения типа ценности монет, их эквивалента и возможности хождения. Гномка сперва удивлялась, из какой дыры я вылез на свет, что такого не знаю, но затем все же выдала требуемое. Оказалось, что в этом мире нет единой монетарной системы — каждый правитель чеканит свои монеты. Поэтому во всех странах принято просто не обращать внимания на саму монету, а больше на её вес. Так получилось, что имперские золотые немного крупнее гномьих, а мардинанское серебро по весу намного тяжелее имперских, но легче монет фантарской чеканки. Именно потому одна серебрушка равняется приблизительно двадцати-двадцати пяти медным монетам, а один золотой насчитывает пятнадцать-семнадцать серебрушек. Узнав, что на одну серебрушку можно дня три жить в хорошем трактире, я подумал, что даже сейчас имею достаточное состояние, чтобы не бедствовать годика полтора. А если еще выгодно продать оружие…
Как-то незаметно наш разговор ушел на тему, что делать дальше, после того, как доедем до Зингарда. Я описал свои примерные планы:
— Находим гномов, которые тебя знают, рассказываем, что приключилось и отдаем им тела твоих защитников, пускай сообщат, куда следует. Потом я с твоей помощью продаю им все своё оружие, мы избавляемся от кареты, берем двух ездовых лошадей и валим в сторону Денадена, где ты знакомишь меня с отцом твоей подруги, и я покупаю у него камень, если он, конечно, будет. После этого мы направимся прямиком в столицу, где я сдам тебя на руки королевской гвардии, а ты поцелуешь меня на прощание и, уходя к королю, помашешь мне ручкой. Конец истории! Хэппи энд.
— Чего? — не врубилась гномка.
— Все довольны и счастливы, — перевел я.
— Кстати, а у вас здесь никто не занимается банками?
— Банками? — поморщила лоб Алона. — Вроде бы нет, я только знаю, что горшечники должны быть в городе…
— Нет, я говорю про те заведения, в которые можно деньги положить на время, а затем забрать, да еще и с прибылью.
— Такого у нас точно нет, — обломала меня Алона, да еще и добавила. — Чтобы просто положить деньги на сохранение у нас обязательно нужно платить за охрану. А так, чтобы еще и прибыль получать… Где такое королевство есть, в котором существуют такие банки?
— Далеко, — грустно ответил я.
Блин, все деньги придется возить с собой. Разве что, если вдруг стану олигархом, придется дворец выстроить и охрану завести, чтобы сторожила. Обидно! У меня на банк были большие планы.
— А о чем ты раненого спрашивал? — обратилась вдруг ко мне гномка.
— Кто его нанял, зачем… Постой! А ты разве не слышала? Ты ведь рядом стояла.
Алона смущенно потупилась и заявила:
— Я вашего языка не знаю.
Так я и знал! И как же её интересно послом направили? Без знания языка, без навыков дипломатии, безо всяких практических рекомендаций? Нет, тут явно что-то не чисто, и я решил потом как-нибудь выяснить, что.
— А ты знаешь такого Каштарха? — спросил я Алону.
— Конечно, знаю, — с готовностью отозвалась та. — Это папин первый советник.
— Тогда такой вопрос: зачем ему нужна ты?
Принцесса опешила.
— Почему ты так решил?
— Потому что он послал минимум две вооруженных группы людей-наемников, чтобы убить твоих охранников, а тебя живой доставить к нему. Именно живой. Улавливаешь?
— Не может быть!
— Может. На пороге смерти обычно нет желания врать. — разочаровал я её.
И тут раздался возглас:
— Смотри, куда прешь!
За ним последовал мат, стук и лошадиное ржание, после которого наша карета вздрогнула и резко остановилась, так что мы чуть не слетели с сиденья под колеса. Я огляделся. Демоны бездны! За разговором я совсем перестал следить за дорогой и прошляпил встречную телегу, с которой не удалось разминуться! Радует то, что никто не пострадал. (Ну, мы-то целы!) Телега ударила краем в передок нашей кареты и сцепилась с ней колесами.
Я осторожно слез с кареты и посмотрел в ту сторону, откуда все еще продолжал доноситься мат. Оказалось, что шоферу телеги повезло меньше, он после удара упал прямо на дорогу и теперь стоял и матерился, отряхивая свою одежду от пыли. Я обошел телегу и подошел к нему. Глядя на меня, мужик притих и перестал материться. Оглядев его и не найдя на нем видимых повреждений, я миролюбиво повинился перед ним:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
