помышлял нанести тебе какое-либо оскорбление.
- Самуил?
Голем в ответ пожал плечами, да так что Самсон слегка подпрыгнул.
- И всё-таки ты не ответил на мой вопрос, - укоризненно напомнил юноша.
- Какой вопрос?
- Почему мне обязательно нужно жениться?
- Но это же элементарно!!! Я уже присмотрел тебе отличнейшую партию, знатную богатую красавицу филистимлянку. Через этот брак мы в одно мгновение резко улучшим наше довольно зыбкое финансовое положение. Ведь средств катастрофически не хватает. А у меня впереди такие грандиозные планы!
Бережно несший на плечах хозяина Самуил громко присвистнул.
- Ты что моей погибели хочешь? – хрипло выкрикнул Самсон, пойдя багровыми пятнами. – Да ты вообще соображаешь, ЧТО мне только что предложил?!!
- Соображаю-соображаю, ещё как соображаю, - огрызнулся Исаак. – Это как раз то, что нам нужно… этот… как там его… Ага! Вспомнил! Мудреное заморское слово… «чёрный пиар»!!!
- Чёрный кто?
- Пиар!
- Никогда о таком не слыхивал.
- Что неудивительно, живя в глубокой провинциальной дыре, особо ума не наберешься.
- Эй, поосторожней там на поворотах, компаньон! – герой погрозил Изе кулаком.
В ответ Исаак как ни в чём не бывало торжествующе улыбнулся:
- Ага! Значит уел тебя таки, да? Знай же, что этот самый «чёрный пиар» поможет сделать из тебя ещё большую знаменитость, чем сейчас.
- Каким же это образом, можно поинтересоваться?
- А таким… что на данном этапе становления твоей героической славы нам необходим колоссальный скандал со всеми вытекающими. Лучшего и более результативного способа прославиться пока что никто не придумал. «Чёрный пиар» образно выражаясь и есть этот самый скандал во имя популярности.
- Ну что ж посмотрим…
Наутро они были в Фимнафе.
***
Филистимлянская семья к которой принадлежала выбранная Исааком невеста была одной из самых знатных и богатых в городе. Красавицу невесту звали Руфью и посвататься к ней оказалось делом почти нереальным. Попытавшегося проникнуть в роскошный дом Исаака грубо выбросили на улицу, спустив с цепей всех дворовых собак. Но предугадав подобный поворот событий хитрец принёс с собой в заплечном мешке рыжего боевого кота с оторванным правым ухом по кличке Авигдор Бромберг. Как только цепные псы бросились в погоню за нежеланным гостем, Изя словно заправский фокусник, ловко вытащил Авигдора на свежий воздух и тот, ошалев от яркого света, так набросился на яростно тявкающую свору, что случайные очевидцы потом рассказывали, будто ушлый толстяк притащил с собой к дому знатного филистимлянина карликового ручного тигра.
Наблюдавшие за всем этим Самсон с Самуилом чуть не надорвали животы от смеха, а из огромных ушей Голема даже посыпалась сухая глина.
- Ну, ничего… - потирая руки, спокойно проговорил Исаак, воровато оглядываясь на визжащий клубок сцепившихся насмерть извечных мохнатых врагов. – Мы ещё посмотрим, у кого медебейцелы крепче.
- Твои дальнейшие предложения, компаньон? – отсмеявшись, лукаво поинтересовался Самсон.
- Запасной план предусматривает похищение прекрасной невесты при помощи… вот его… - и пухлый палец указал на несколько опешившего от такой наглости Голема.
- Ты хочешь, чтобы Самуильчик украл филистимлянскую шиксе? – не веря своим ушам на всякий случай уточнил юноша.
- Ну да! А что тут такого? – очень воинственно отреагировал компаньон. – Как говорится в мудрой иудейской пословице: чем просить и унижаться, лучше стибрить и молчать.
- Э нет… так, братец, не пойдёт… - покачал головой Самсон. – Лучше сделаем мы вот что…
И герой выложил свой хитроумный план.
***
План был прост и невероятно дерзок. Не желая терять времени зря, находчивые евреи пошли на городскую площадь, где при большом стечении праздно гуляющих, стали подстрекать простой народ к смуте.
- Товарищи иудеи… - так во всю глотку орал неугомонный Исаак, – Сколько ещё мы будем терпеть ненавистное беззаконие и беспредел? Проклятые филистимляне не считают нас за людей, к собакам и тем лучше отношение …
- Ты чего глотку дерёшь? - вяло донеслось из толпы. – Давай по делу говори, если таки есть за что тебе сказать…
- Таки есть! Вот этот молодой человек… - Исаак опрометчиво указал на возвышающегося над толпой Голема, - влюбился в красавицу филистимлянку, но когда попробовал посвататься к ней, был с позором изгнан и травлен бешеными собаками.
- Я бы такого тоже к своей дочурке ни за что не подпустил, - весело донеслось из потешающейся толпы. – Какой шмегеге возжелает породниться с глиняным Големом. Ну разве что статуя какая мраморная на худой конец.
Гневно вращая глазами, Самуил зорко всматривался в толпу, желая опознать и тут же расквитаться с обидчиком.
- Самуильчик, ша, – слегка остудил обидчивого слугу Самсон. – Граждане. Этот благородный во всех отношениях человек ошибся, указав не на того жениха. Это я попытался свататься к прекрасной Руфи, но меня даже не пустили на порог её дома.
Толпа призадумалась.
- В самом-то деле, - сказал кто-то, - форменное безобразие… Что они там вообще себе думают? Чем им не понравился этот достойный чернобородый статный иудейский юноша?
- Точно – подхватили прочие горожане.
- Разве он не красив? – вскричал не на шутку разошедшийся Исаак. – Посмотрите, как он высок, черноволос, поглядите какая у него великолепная борода.
- Да, борода что надо… - согласились в толпе. – Эй, парень, за сколько её продашь?
- Борода не накладная, - тут же поспешил уточнить Исаак. – Вся как есть натуральная.
- Даю сорок шекелей серебром!
- Борода не продаётся…
- Пятьдесят шекелей золотом!
Неизвестно чем бы закончился весь этот торг, но по приказу Самсона настырные покупатели были отловлены Големом и изгнаны с площади с большим скандалом.
- Безобразие…
- Позор… Шанде ун а харпе!
- Смерть филистимлянам…
В общем как всегда среди иудеев громко покричали да разошлись, но нехороший слушок по городу всё же пополз. Как говорится, не успели Иссак с Самсоном даже сандалии развязать, как к ним тут же подошёл богато одетый смуглолицый мужчина, представившийся отцом прекрасной Руфи.
- Меня зовут
