помогать, теперь мешает.
— Нейт… — шепчу я, не дыша.
В салоне Кайл резко подаётся вперёд. Его рука взлетает, указывая направление, губы быстро двигаются, давая короткие команды без лишних слов.
Машина входит в поворот и сразу срывается. Я чувствую это всем телом, как будто меня саму выбивает из равновесия. Зад уходит слишком резко, глубоко, и на долю секунды кажется, что всё.
Конец.
Телефон в руках дрожит сильнее, но я не могу отвести взгляд. Кайл что-то резко, жёстко произносит, и я замечаю, что Нейт не паникует. Он ловит момент. Не выравнивает сразу, даёт машине уйти, как будто специально, и только потом тянет обратно. Грязно. На грани. Почти касаясь края трассы, где уже только снег и пустота… но машина выстреливает из поворота.
Я выдыхаю так резко, что сама пугаюсь звука.
Сердце бьётся где-то в горле слишком быстро и слишком громко. Ладони влажные, пальцы дрожат, но я не могу оторвать взгляд от трансляции.
Теперь это уже не просто гонка.
Это борьба.
И я впервые по-настоящему понимаю, почему Кайл сказал, что я не знаю, о чём говорю: потому что это не про скорость, это про контроль на грани потери. И про людей, которые умеют оставаться в нём, когда всё вокруг уже летит к чертям.
56. Финиш
Прямая.
Дорога вытягивается вперёд, и Нейт сразу давит на газ. Я вижу это по тому, как резко меняется звук — двигатель рвётся выше, звучание становится агрессивнее, машина будто выпрямляется и становится легче.
Перед Ферронами две машины.
Близко.
— Сейчас… — я прикусываю губу.
Нейт смещается влево, пробует, но не обходит. Один из соперников закрывает траекторию жёстко, без колебаний. Я чувствую, как внутри поднимается раздражение.
— Ну же…
Нейт не давит в ответ, он отступает, и в этом движении есть знакомая тактика выжидания.
Следующий поворот не такой опасный, но узкий. Машины заходят в него плотной группой. Я вижу, как Кайл поворачивает голову, быстро оценивая расстояние, и снова говорит.
Нейт уходит чуть шире, позволяет двум машинам впереди “схлопнуться” в идеальную линию слишком близко друг к другу, и в этот момент врывается внутрь. Резко.
Я невольно выдыхаю звук, похожий на вскрик. Машина буквально вклинивается между ними на грани касания. На секунду кажется, что сейчас будет контакт, что они заденут друг друга и всё закончится так же, как в том повороте… Но нет. Он проходит чисто.
Я чувствую, как сердце бьётся уже где-то в горле.
Перед Ферронами остаётся один: он держит дистанцию, не подпуская близко, и я вижу, как Нейт меняет стиль. Больше нет резких попыток, только постоянное, упрямое давление. Он садится ему на хвост, дышит в спину, не позволяя оторваться.
— Давай… — выходит уже почти беззвучно.
Последний поворот. Лёгкий, но именно в нём лидер допускает микроошибку — заходит шире, чем следует, всего на сантиметры, но этого хватает. Нейт не колеблется. Он уходит внутрь на грани сцепления, почти срезая траекторию, и машина буквально выстреливает вперёд.
Я вижу, как они поравнялись.
Секунда.
Две.
И…
Он пересекает финишную черту.
Первым.
Секунд через пятнадцать они появляются из-за поворота. Уже медленно, не торопясь, сбрасывая скорость.
Толпа тут же окружает автомобиль, и протиснуться к ним становится сложной задачей. Среди похвалы и восторженных возгласов я через некоторое время слышу хлопок автомобильной двери, а выйдя в первый ряд, застываю на месте. Одна из блондинок местных завсегдатаек прильнула к Кайлу в поцелуе.
Что-то резко звучно обрывается внутри. Саднящая боль пронзает сердце, и я чувствую, как мелко дрожит подбородок.
Это… низко.
Жестоко.
Да, мы не вместе. Да, у него и без того есть невеста.
Но видеть его близость с другой слишком болезненно. Я вспоминаю Марка. Эйприл. Невесту Кайла. Всё наваливается одно за другим, заставляя заново ощутить самые мучительные чувства, которые когда-либо посещали меня.
Пустота внутри разрастается слишком быстро.
Убивает.
Не в силах оставаться здесь, я разворачиваюсь обратно. Путь застилают навернувшиеся на глаза слёзы.
Я больше так не могу.
Я устала крутиться в предательствах и чувствовать себя отвергнутой.
— Да что с тобой не так, твою мать?! — вдруг раздаётся разъярённый голос Нейта, и следом раздаётся звук удара.
Толпа охает и замолкает. Я слышу, как Кайл сплёвывает, и надеюсь, что это была кровь.
Они что-то продолжают говорить, но я уже не вникаю, настроившись поскорее отсюда убраться. Я ускоряю шаг и скрываюсь в тени ближайшего дома, заворачивая за угол. Здесь, в тишине, чувства вдруг накрывают сильнее, и я прислоняюсь к стене спиной в попытках найти опору. По лицу потоком скатываются слёзы. Боль острыми клинками раз за разом врезается в тело, не давая забыть, что я ещё жива.
— Милая, тебе помочь? — обеспокоенно спрашивает пожилая женщина, остановившись неподалёку.
— Нет, спасибо, — сквозь всхлипывания произношу я. — Просто… накопилось.
Она понимающе поджимает губы.
— Точно ничего не нужно? Может, проводить?
— Нет-нет, спасибо, — выдавливаю я улыбку. — Мне уже… лучше.
Я отталкиваюсь от стены и направляюсь влево, в противоположную сторону от выезда с гоночной трассы. Смартфон начинает тихо вибрировать, на экране “Нейт”.
— Прости, — шепчу я и сбрасываю звонок.
Я ставлю на беззвучный и пишу ему смс “дай мне побыть одной”. Уверена, он поймёт и не будет надоедать. Я благодарна Нейту за всё, что он делал для меня и то, что до сих пор продолжает защищать, но сейчас я совсем никого не хочу видеть. Хочу остаться совершенно одна в тихом тёмном пространстве, чтобы хотя бы на время забыться.
Я иду по тротуару, смахиваю слёзы и пытаюсь проморгаться, чтобы восстановить остроту зрения, когда рядом резко тормозит машина. Раздражение прокатывается по телу волной, и я хочу сказать, чтобы меня оставили, но когда поворачиваю голову, слова застревают в горле.
Это не Нейт.
И не Кайл.
Чёрная машина с тонированными окнами больше похожа на стиль Марка.
57. Гонка. Другая вариация
Дверь открывается раньше, чем я успеваю сделать шаг назад. Мужчина в чёрном костюме хватает меня за локоть, я дёргаюсь в попытке вырваться, но хватка оказывается слишком сильной.
— Тихо, — бросает он, даже не глядя мне в лицо.
Второй уже оказывается рядом, хватает за плечи, и меня силой запихивают внутрь машины. Я цепляюсь за край крыши, пытаясь задержаться, но это замедляет движение лишь на секунду.
— Да что вы себе позволяете?! — слова вырываются и тонут в глухом хлопке двери.
Третий мужчина тут же прижимает меня к сиденью, не давая подняться.
— Сидеть.
Дыхание становится тяжёлым, сердце отбивает
