да, и нет, — ответил старик, усаживаясь рядом с Ведосферой. — Сначала, для минимизации рисков, мы испытаем её на небольшом промежутке времени. Чтобы это сделать, нам понадобится…
— Достаточно! — перебил чей-то голос, донёсшийся из-за спин Кости и Тамары.
«Кажется, пора завести глаза на затылке», — промелькнуло в голове у зоолога.
В этот же момент, словно туз из рукава шулера, в руке учёного появился пистолет, и он тут же навёл его куда-то между Томой и зоологом. Костя хотел развернуться и обезвредить противника, но вдруг раздался выстрел.
— Ой! — скорчился Семён Васильевич, хватаясь за плечо.
— Всем руки за голову! — скомандовал чужак. — Живо построиться в одну шеренгу лицом ко мне!
— Старик ранен, ему нужна помощь, — спокойно произнёс Костя.
— Ладно, он может и дальше сидеть на стуле, — уступил незнакомец. — Только пусть пнёт ко мне ствол. А вы двое, просто сложите всё на пол. И смотрите, чтоб без фокусов!
Тамара и Костя медленно положили рюкзаки, оружие и «Бармена» под ноги, подняли руки над головой и осторожно повернулись лицом к агрессору. Учёный тоже выполнил требование террориста, пнув пистолет к его ногам.
— Ядрёши макароши! — вскрикнул Костя, опуская руки. — Игорь! Дружище! А я не узнал твой голос в этой суматохе. Богатым будешь! — усмехнувшись, добавил он.
— Руки за голову! — крикнул Белинский. — Никакой я тебе не дружище! Стой, где стоишь!
— Да ты чего, Игорёк? Обиделся, что ли? — опешил зоолог. — Пойми, всё это уже не имеет никакого значения! Скоро мы все исправим!
— Чего ты исправлять собрался, дурень? — спросил Игорь, держа Хруста на мушке. — Ты о других-то подумал?
— В смысле? — недоумевал Костя. — А что не так?
— Ты в курсе, что из-за тебя меня чуть не вздёрнули? В самый последний момент Валентиныч почему-то передумал и просто выпер меня из Ирия, как паршивого пса! Меня пнули под зад так, что я вылетел за ворота, нырнув лицом в грязь!
— Да сдался тебе этот Ирий! Разве это жизнь? — гнул свою линию Хруст.
— Да, Костя, жизнь! Причём самая что ни на есть настоящая! — утверждал Игорь. — В Ирие у меня была должность, люди меня уважали. До этого я никогда не ходил на работу с таким удовольствием. Мне это нравилось. А ты предлагаешь мне вернуться в прошлое… Туда, где я каждое утро тратил час жизни, чтобы добраться до офиса? Туда, где мне приходилось терпеть нелюбимую работу из-за чёртовой ипотеки?
— А как же Вера? — робко спросил Костя.
— А что Вера? — заметно успокоившись, ответил Белинский. — Нет её больше, сам знаешь, — потупив взгляд, добавил он. — Да… Признать это было трудно, однако… — Игорь тяжело вздохнул. — Однако я понял, что нужно идти дальше. Если Вера наблюдает за мной с небес, ей бы не хотелось видеть меня отчаявшимся и разбитым. Прошлое должно оставаться позади, зоолог. Раз нам посчастливилось выжить, то явно не для того, чтобы утонуть в собственных слезах.
— Ясно… — сухо ответил Хруст.
— Да что тебе ясно? — Белинский снова повысил голос. — Нормальные люди давно живут настоящим. Один ты, упёртый баран, до сих пор бегаешь за призраком прошлого. Пойми: все, кого можно было отыскать, нашлись в первый же год. В городе осталось не так много людей. А ты, будучи зоологом, искал Соню на протяжении трёх лет. Если бы она была в Полеграде, вы бы встретились. Либо девушка тебя избегает, либо её поглотил зелёный вихрь. Других вариантов нет.
— Легко рассуждать, когда ты знаешь, что случилось с твоей возлюбленной, — съязвил зоолог.
— Легко, говоришь? — крикнул Игорь. — Да ты хоть представляешь, что я тогда увидел? Я каждый день просыпаюсь в холодном поту. Думаешь, это легко? Легко не мне, Костя, а тебе. А всё потому, что ты чёртов лицемер!
— Да с чего это?
— Ты давно не испытываешь к Соне никаких чувств. И ты бы уже перестал её искать, но страх, что люди будут смотреть косо, заставляет тебя продолжать эту бессмысленную беготню. Твоя усталость от игры в несчастного героя превратилась в непосильную ношу, и ты не раздумывая решился на отчаянный прыжок в пространственно-временную нору.
— То, что в прошлом ты был неудачником, ещё не значит, что остальные тоже не хотят вернуться, — парировал зоолог. — К тому же, при перемешивании погибло много ни в чём не повинных людей. Неужели ты считаешь, что они это заслужили?
— Костя, ты хоть представляешь, сколько невинных душ было загублено за всю человеческую историю? Ты хочешь спасти их всех? Если да, то начни с Иисуса Христа.
— На всех жизни моей не хватит. Но за деяния наших современников отвечать должны мы.
— Костя, надо беречь живых, а не воскрешать мёртвых, — возразил Игорь. — Держу пари, ты даже не задумывался, что будет с теми детьми, которые родились после перемешивания. Большая часть ныне живущих пар сошлись после апокалипсиса. Значит, ни один из их малышей никогда не родится. Иными словами, вы их убьёте. Ты это осознаёшь? Ты понимаешь, что хочешь убить мою дочь?
— Ядрёши макароши… — опустил глаза зоолог.
— Я этого не позволю, — подвёл черту Белинский. — Дедуля, — обратился он к учёному. — Что за штуковина на столе? Зачем она нужна?
— Если говорить простым языком, то это батарейка для машины времени, — ответил старик, прижимая ладонь к ране.
— И много их у тебя? — спросил Игорь.
— Ведосфера была создана в единственном экземпляре, а построить ещё одну не представляется возможным.
— Хорошо, — вымолвил Игорь, переваривая сказанное. — Как её уничтожить?
— Боюсь, что никак.
— Кто ещё знает о машине времени? Есть ещё люди, которые смогли бы ею управлять? — не отставал Белинский.
— Знают лишь те, кто находится перед собой, сынок. А запустить её могу лишь я. Остальные учёные, с которыми я работал, погибли от рук человекообразного пришельца.
— С одной стороны, интересно было бы послушать рассказ о гибели ваших коллег, а с другой… Ох, — снова тяжело вздохнул Игорь. — Это уже не имеет значения.
Сжав зубы, Белинский холодно посмотрел на Константина, и по спине зоолога побежали мурашки. Он почувствовал недобрые намерения бывшего друга, но не мог ничего предпринять. Шмыгнув носом, Белинский перевёл взгляд на Семёна Васильевича, и через мгновение грянул выстрел. Человек, чей пытливый ум перевернул весь мир, в один миг превратился в безжизненное тело и завалился на бок вместе со стулом.
— Ублюдок! Что ты наделал? — крикнула Тамара, сделав шаг вперёд.
— Стоять! — приказал Игорь, наводя пистолет на девушку.
— Давай, стреляй! — завелась Тома. — Поубивай тут всех! Мы же такие плохие!
— Нет, Игорь! Хватит! — вмешался Константин. — Она тут не причём! Убей меня и убирайся!
Белинский без колебаний перевёл дуло на друга, но внезапно скорчился и пальнул
