всё же столкнулся впервые. Бьорд ждал, мысленно приказывая тупой ноющей боли оставить его, ждал там же, в спальне, прислонясь плечом к шёлковой обивке стен: дальше его выгнать не смогли. Русые короткие пряди давно утратили всякую аккуратность, лицо осунулось и посерело.
Немного отлегло от сердца, когда лекарь известил, что, несмотря на сильное потрясение, молодая госпожа всё же сумела сохранить ясный рассудок, и последствия не должны быть ужасными и разрушительными.
— Я не большой специалист по травмам души и разума, — извиняющимся тоном напомнил целитель. — Но у меня есть карточка того, кто сможет помочь, если мои выводы всё же окажутся ошибочными, чего, надеюсь, не должно быть. Что касается телесных повреждений — они незначительные, госпожа Зоратт быстро оправится.
Бьорд отлепился от стены и приблизился к постели, присел на самый краешек, дотянулся до здоровой руки. Виррис несколько раз бережно обтёрли влажной тряпицей, смоченной в тёплой воде, а потом в травяном отваре, разорванную одежду испуганно таращившая глаза горничная поспешно унесла и помогла переодеться в чистое и целое. Перед осмотром лекарь накапал в стакан с водой какое-то лекарство из маленького тёмного пузырька, выуженного из саквояжика. Так всем будет спокойнее, — объяснил он, и Вир действительно позволила оказать всю необходимую помощь. Без истерик и почти без слёз.
Теперь она спала. Синяки и ушибы смазали, добавив живительной магии, прекрасное лицо лекарь почти полностью исцелил, осталась лишь небольшая припухлость губ и маленькая трещинка. Но это должно было пройти через сутки самое позднее. С покалеченной кистью руки возился дольше.
— Несколько косточек раздроблено, это ж с какой силой били! Я сделал всё, что мог, господин Зоратт. Всё срастётся как нужно, но восстановление займёт время. Фиксирующую повязку пока не снимайте, я сам буду проверять. Обезболивающий эффект сохранится надолго, не переживайте. Для остальных ушибов я оставил мазь, вон в той баночке. Ребро тоже… Но там была трещина, я уже срастил, завтра будет в полном порядке… Господин Зоратт, ну что вы, самое страшное уже позади, ваша жена очень сильная, она справится. Обрабатывать ушибы могу я, или вы сами, как будет удобнее.
У него не осталось сил кивать, он просто прикрывал глаза на каждую рекомендацию целителя. Он оставался безупречно приветливым, но бросил несколько странных взглядов на застывшего возле Виррис Зоратта.
— Я лично буду за ней ухаживать, — заверил Бьорд, не оборачиваясь, всё гладил и гладил волосы девушки, чистые, заплетённые в свободную косу. — Если в поведении и реакциях моей жены будет что-то…
Он протолкнул застрявший в горле спазм.
— Повторюсь: на мой взгляд, у госпожи Зоратт достаточно крепкий рассудок, к счастью. Будем надеяться, пережитое скоро перестанет тревожить её память, но, если что…
— Я тоже надеюсь. Скажите, а помимо этих травм… Я должен знать, вы понимаете.
Бьорд замялся, мучительно подбирая слова, не зная, как подступиться к деликатной теме.
— Госпожа Зоратт не пострадала, её не тронули. Ничего самого непоправимого не случилось.
От негромкого весомого тона Зоратту разом задышалось легче, но на несколько мгновений он спрятал лицо в ладонях и сидел, чуть покачиваясь. Потом нашёл безвольную ладонь Виррис и, не обращая внимания на присутствие целителя, прижался к ней щекой.
— Господин Зоратт, я вам ещё нужен?
— Да, по ещё одному деликатному вопросу. — Зоратт поднялся, приглашающе указал на выход из спальни.
Они вышли в коридор, и штатный целитель поправил замочки на саквояжике.
— Я догадываюсь, о чём пойдёт речь. Господин, я не собираю и не распространяю сплетни, никогда, ни при каких условиях. Репутация вашей супруги не пострадает.
Он с достоинством выдержал испытующий взгляд прозрачных глаз, после чего Зоратт медленно кивнул.
…
Арви вернулся, когда почти стемнело.
Виррис спала, Бьорд из окна её спальни смотрел в небо, отыскивая зоркими глазами первые светлые звёздочки. Первый безумный страх почти схлынул, но осталось понятное беспокойство за горячего на всю голову мальчишку. На этаж племянник поднялся человеком и заглянул сразу после тихого стука, не дожидаясь разрешения войти. Вошёл как был, с дорожной пылью, осевшей на обуви, в полурасстёгнутой сорочке, взъерошенный, мало похожий на себя безукоризненного, образец элегантности. На суровом, непроницаемом лице молодого человека глаза выделялись непривычным ярким блеском.
— Ей лучше? — без перехода спросил племянник, почти дойдя до постели.
Зоратт вызвал горничную, а сам, приобняв Арви за плечо, вышел с ним за дверь. От юноши остро пахло чужим страхом и дымом. И очень много тревоги в глазах.
— Лекарь оказал Виррис всю необходимую помощь. Она молодец, хорошо держалась. Сейчас отдыхает. Ты сам как? Ты…
— Никаких следов, как я и обещал, — недобро усмехнулся Арви. — Место действительно безлюдное, несмотря на относительную близость к городу. Ты в порядке?
— Нет, — пожал плечами Бьорд. — Арви, мальчик… Я не успел толком поблагодарить тебя за помощь… Благодаря тебе мы действительно успели. Не спрашивай, я ещё не в себе. Но прошу тебя: давай всё остальное завтра? Ужинай сегодня без меня, я останусь с Виррис, а все визиты вежливости с утра, ладно? Не обижайся, но у меня…
— Не только у тебя, — слабо улыбнулся оборотень. — Никаких обид, что ты! Я только хотел убедиться, что всё в порядке. Нам всем надо отдохнуть, а мне ещё и искупаться как следует. Оно даже когда горело, воняло немилосердно. Доброй ночи, дядя.
«Пусть она действительно окажется доброй», — попросил Зоратт у тёмно-синего бархатного неба.
Глава 17
Он покинул её спальню один раз и ненадолго. Связался со своим секретарём, предупредил Фавьена, что берёт внеплановый выходной, оставил ряд указаний дворецкому, выслушал бесстрастно его извинения, вызвал возницу, отвозившего Виррис к заказчице, снова обратился к Бергу, и тот расторопно созвал всех слуг.
— Полагаю, не надо напоминать никому из вас, что о вашей госпоже болтать не следует. Нигде, никому, ни с кем. Если будут вопросы, или кому-то из вас необходимо будет удовлетворить своё любопытство — милости прошу ко мне, я дам исчерпывающие ответы, — Бьорд обвёл льдистым взглядом каждого из присутствующих, не забывая держать уголки губ приподнятыми в намёке на улыбку.
Берг слегка склонил седовласую голову и взглядом, не менее строгим, чем хозяйский, приморозил поспешно кивающих слуг. Покончив с не самыми приятными, щекотливыми, но требующими внимания моментами, Зоратт поспешил обратно. Возле лестницы осунувшийся племянник негромко беседовал с целителем; последний, завидев хозяина, почтительно наклонил голову.
— Ты же отдыхать пошёл, — укорил Бьорд, растирая занывшие виски. — Ты точно нормально себя чувствуешь?
«Не зацепило, не ранило?» — добавил он мысленно.
— Да что мне сделается, — отмахнулся Арви и зевнул. — Сейлар, благодарю, вы меня успокоили. Можете идти. Бьорд, я всего лишь пытал
